Роман Злотников - Мир Вечного. Лучший дуэт галактики (сборник) Страница 262

Бот выбросило из ангара «Псковитянки» почти над самым планетоидом. Одинцов, сидевший за штурвалом, глухо ругнулся и врубил тормозные на полную мощь. Людей в боте размазало по поверхностям.

— Тут искусственное гравитационное поле, — бросил Одинцов, закладывая вираж, — придется садиться на маневровых.

Все понимающе кивнули. Полубой окинул бойцов суровым взглядом и приказал:

— Внутрь никому не лезть. Туда идем только мы с Диком.

— И я, — спокойно добавила Лив. Касьян бросил на нее насупленный взгляд, но промолчал. Она действительно стояла у истоков этой истории и сильно помогла им теперь, а потому имела право. Да и что случилось бы, если бы он вздумал ей запретить, было ясно на примере Небогатова…

Бот коротко взревел маневровыми соплами, гася инерцию и нейтрализуя притяжение искусственного гравитационного поля планетоидов, и врезался в поверхность искусственного мирка посадочными опорами. Гулко хлопнули отстрелянные аппарели, и десант высыпал наружу.

— Куда? — рявкнул Полубой, досадливо морщась. — На пузо — и веером!

Абордажники ушкуйников были более привычны к схваткам в вакууме и стальных брюхах кораблей, чем на поверхности. И потому, несмотря на все тренировки, поначалу слегка растерялись. Но среагировали быстро. Касьян поднял голову. Три корабля людей и два инопланетных закрутили в вышине круговерть боя… В этот момент из рощицы ударили залпы плазмобоев.

Касьян перекатился, уходя от взрывов, и тревожным взглядом отыскал Лив. Но она прилежно выполнила его команду и сейчас лежала метрах в десяти левее, сжимая в руках знакомый таирский шест. Риталусы невозмутимо присели еще чуть дальше. Касьян перевел взгляд на рощицу и ухмыльнулся:

— Да уж, не ту позицию выбрали, ребятки. — После чего приподнялся и скомандовал: — Переводчики — на непрерывный огонь! Огонь не целясь. Номера с первого по пятнадцатый с левой оконечности рощи к центру, с шестнадцатого по тридцатый — так же, но с правой. Товсь… Огонь!

Выстрелы слились в сплошной гул, в котором практически сразу стали слышны вопли боли и ужаса.

Полубой хищно оскалился.

— А не хрен было занимать позицию в окружении горючего материала…

Через минуту все было кончено. Под воздействием высокотемпературной плазмы дерево сгорает в секунды, как порох… На месте рощи дымилось выжженное пятно. Касьян приподнялся, окидывая взглядом пространство долинки, — похоже, больше врагу укрыться было негде. Но все равно следовало держать ухо востро. Он скомандовал:

— Перекатом — вперед!

Бойцы по очереди, справа-слева по одному начали вскакивать на ноги, пробегать десяток шагов и тут же падать, сразу же отползая на пару шагов в сторону. Все как учили…

Через десять минут, когда они приблизились к той самой арке в скале, Касьян дал команду остановиться и некоторое время внимательно разглядывал то, что было видно через нее с помощью электронного бинокля-дальномера. Никакого движения внутри не было. Он вздохнул и коротко бросил Дику и Лив:

— Держитесь за мной… — И рванулся вперед.

Сразу за аркой оказался большой зал или холл с полом, выложенным разноцветной мозаикой. От него шли три прохода. Касьян прикинул расположение пиков с окнами и скользнул к левому. Сразу после дверного проема начинался коридор, полого забирающий вверх и вправо. Касьян стремительно двигался вперед. Риталусы цокали когтями рядом. За спиной слышалось хриплое дыхание Дика и, чуть дальше, Лив.

Они прошли полтора витка, по прикидкам Касьяна, поднявшись где-то на половину высоты скальной стены, когда коридор внезапно расширился и плавно перетек в большой зал, все пространство которого заполняли высокие и толстые колонны, между которыми во всех направлениях шли короткие каменные стенки высотой чуть выше пояса. Полубой нахмурился. Идеальная позиция для засады.

— В оба смотреть, — бросил он и, быстро оглядевшись, скомандовал: — Дик, двигаешься вдоль левой стены, я — вдоль правой, Лив — ты по центру, но метров на шесть дальше нас.

— Но… — начала было Лив.

— Не спорь, — мягко прервал ее Касьян, — у тебя же нет дальнобойного оружия, а если завяжется рукопашная, то ты всегда успеешь подскочить.

Лив сморщилась, но молча кивнула.

Они двинулись вперед. Риталусы, шустро перебирая короткими ножками, семенили рядом.

Первым опасность заметил Дик. Он успел вскинуть руку и даже попытался отшатнуться назад, за стенку, когда выстрел из станкового лучемета, срезав угол стенки, располосовал ему живот. Дик рухнул вперед на гору своих вывалившихся кишок.

Касьян качнулся вперед и тут же сделал кувырок, потом другой, уходя от луча. Сзади послышался грохот обрушивающихся искромсанных стенок, а затем раздался голос:

— Вы не пройдете…

Касьян зло скрипнул зубами. Лучемет стоял в небольшой нише у бокового хода. Метров за двадцать до него стенки заканчивались и начиналось открытое пространство. Идеальная позиция, да и оружие для ее защиты тоже, самое то — станковый лучемет с автоматом наведения и бронекапсулой стрелка. Нет, из плазмобоя его, конечно, снять можно и в этой бронекапсуле, но пока Касьян будет вставать и разворачивать громоздкий ствол, его уже три раза располосует лучом на куски.

— Может, поговорим, Майкл, — тихо произнесла Лив.

Пару мгновений в зале висела тишина, а затем удивленный голос неуверенно отозвался:

— Мисс Уиллер?

— Да, мистер Макнамара.

— Но… вы-то здесь отку… — И, осекшись, внезапно разразился смехом: — О, господи, ну как же мне в голову-то не пришло. Лив Уиллер, таирская подданная… ну конечно, вы как раз та третья, что была с этими двумя на Хлайбе.

— Да, это я, — спокойно отозвалась Лив, — и у меня есть вопрос: зачем вы это все затеяли?

— А затем, что у нас нет другого выхода, — зло отозвался Макнамара, — иначе нас просто уничтожат. Все человечество скопом. Американцев, русских, таирцев, арабов… А если мы сможем доказать им свою полезность, обучаемость, то тогда у нас есть шанс. Шанс на выживание. Вы понимаете это?

Касьян зло ощерился:

— Вот оно как?! Значит, чуть что — и лапки кверху? Делайте с нами что хотите, добрые дяди, только не очень больно. Так, что ли?

— Я все равно не пропущу вас, — глухо отозвался Макнамара, — сколько вас там было в боте — три десятка? Я положу всех. Да вы и сами это знаете. На такой-то позиции…

Касьян скрипнул зубами. А ведь прав, стервец. В этот момент что-то холодное и влажное коснулось его ладони. Полубой обернулся. Нет, ну надо же! За последнее время он так привык обходиться только своими силами, что едва не забыл о риталусах. Слава богу, сами о себе напомнили.

Касьян присел на корточки и уставился им в глаза…

Через минуту он выпрямился и, повернувшись в сторону прохода, весело крикнул:

— А и не надо. И так справимся.

Риталусы скользнули вперед. Спустя мгновение из-за поворота послышался выстрел, затем другой… Касьян осклабился. Его ящеркам был нипочем даже плазмобой, а тут всего лишь лучемет.

Еще два выстрела и… вопль, полный ужаса и боли. Касьян метнулся вперед, держа наперевес плазмобой, но его вмешательство уже не потребовалось. Ствол лучемета был смят, тренога станка подрублена, а прозрачная бронекапсула развалена почти пополам. Макнамара лежал чуть дальше, привалившись к стене. Вся правая сторона его туловища была оторвана напрочь вместе с рукой. Между торчащих обломков ребер судорожно трепетало залитое кровью правое легкое. Касьян осторожно двинулся вперед.

Макнамара поднял на него полные боли глаза и прохрипел:

— Вы не понимаете… это единственный выход… вы… уничтожили всех…

Полубой хмыкнул:

— Ну, это мы еще посмотрим. Бог — не выдаст, свинья — не съест.

Макнамара дернулся и просипел:

— Шеек… останови их…

— Шеек? — Касьян резко обернулся. В то же мгновение Лив, которая выбралась из-за стенок, вскрикнув, опрокинулась на спину и, перекувыркнувшись, врезалась в стенку. Касьян вскинул плазмобой, но никого не было видно. Он скользнул вперед, к выходу из ниши.

Полубой, косясь по сторонам, подскочил к лежащей Лив и… едва не пропустил удар. Он шатнулся в сторону, взмахнул плазмобоем, неуклюже блокируя выпад. Раздался звон металла о металл, и правый бицепс пронзила резкая боль. Полубой скосил глаза. Рукав комбинезона был распорот, а сквозь него через длинный разрез уже появилась кровь. Касьян раздвинул края разреза и тихо выругался. Порез был длинный, но неглубокий. Но заниматься им времени не было. Где-то рядом притаилась стремительная и незаметная смерть… Полубой отбросил плазмобой и извлек из ножен клинок. От плазмобоя в ЭТОЙ схватке все равно толку было мало. Лив пошевелилась и застонала. Полубой, не поворачиваясь к ней, тихо спросил: