Роман Злотников - Мир Вечного. Лучший дуэт галактики (сборник) Страница 255

— Как далеко, мисс? — только и спросил здоровяк.

— Ну… пока на неделю пути. А там посмотрим…

— Ну, с богом… — Зазнобин по ушкуйной традиции наложил на себя крестное знамение и кивнул рулевому. «Псковитянка» вздрогнула всем телом и мелко завибрировала. Ходовые генераторы пошли вразгон, напитывая энергией двигатели. Частота вибрации все больше увеличивалась и увеличивалась, пока наконец совсем не исчезла. Небогатов озабоченно покачал головой и, наклонившись к Ивану, тихо заметил:

— А успокоители пора калибровать…

Зазнобин согласно кивнул и улыбнулся про себя. Вот неугомонный… все должно быть в идеальном порядке. Да с этими успокоителями они еще не одну сотню парсеков отмахают и не заметят. Но вслух говорить ничего не стал. Небогатов был командиром эскадры, отправляющейся сейчас к терминалу «чужих» и состоявшей из четырех кораблей. Двух старых — «Садко» и «Псковитянки» — и двух новых, захваченных у пиратов, — «Новогородца» и переделанного обратно в транспортник «Походника».

Сигнал от Сандерсовой закладки пришел на той неделе. От адреса терминала. А сегодня, часов в восемь утра, уже и от второй. В принципе все шесть кораблей были почти готовы к старту. Но в рейд идти решили четырьмя. На «Поморце» и «Северянине» (как назвали два оставшихся бывших пиратских) как раз поменяли сердечники ходовых, и, в принципе, их надо было бы погонять в тестовом режиме на различных нагрузках. Да и оставлять Новый Город совсем уж без защиты тоже боязно. Хотя совсем без защиты он бы и так не остался. Единственную оставшуюся работоспособной часть Кронштадта — центральное ядро — перегнали на орбиту Нового Города, дооснастили орудиями и уже начали монтаж припоздавших к Кронштадтской битве генераторов силового поля. Так что не сегодня завтра Новый Город обзавелся бы собственной вполне приличной орбитальной крепостью. Что, вкупе с планетарными батареями, давало надежду на то, что эскадра, подобная разгромленной пиратской, обломает о Новый Город зубы и без тактического гения капитана Небогатова. Но, в любом случае, даже в учебнике для начального курса военно-морского училища сказано, что без маневрового наполнения крепостной район обороны сильно уязвим и не способен реализовать до половины своих возможностей. Так что «Поморца» и «Северянина» решено было оставить. Тем более что опасность повторения атаки теперь перешла из области гипотетической в совершенно конкретную. И связано это было отнюдь не с пиратами…

Все началось с того злополучного исследовательского корабля. В то утро многие жители Рюрика были подняты со своих постелей необычным явлением. В небе на Рюриком вспыхнула новая яркая звезда. Причем настолько яркая, что на несколько мгновений перекрыла утренний рассвет, превратив утро в день.

Небогатов, по старой флотской привычке поднявшийся рано и как раз разминавшийся легкой зарядкой на террасе своего дома, даже прекратил упражнения и свесился с перил, глядя на новую звезду сквозь сильно прищуренные ресницы.

— Странно, — пробормотал он, — похоже на термояд. И кому пришло в голову использовать столь грязную… — Тут он оборвал речь, замерев от пришедшей в голову мысли. Она была столь необычной, что он не выдержал и, плюнув на зарядку, торопливо двинулся к своему кабинету, располагавшемуся на втором этаже огромного дома, по пути слегка досадуя на Решетникова, отгрохавшего для них с Верочкой такую громадную домину. Ну не было необходимости громоздить для них пятерых (считая дочку, нянечку и старика Нащокина) аж три этажа. Но Решетников был неумолим.

— Это сейчас у вас пока одно дите, а там как пойдет — и три этажа мало будет. Эт когда в русских дворянских семьях мало детей было-то?

Впрочем, Верочке дом нравился. С ее развитым эстетическим чувством, ее очень умиляли все эти резные перильца, переходы, балясинки. Она так и говорила: «Прямо терем!»

Небогатов влетел в кабинет и сразу же бросился к коммуникатору:

— Контроль?

— Слушаю, господин капитан первого ранга, — (после Кронштадтской битвы его все упрямо именовали только так, несмотря на все его объяснения, что он-де в отставке).

— Где исследовательский корабль?

— Да он это… того… взорвался, значит.

Небогатов рухнул в кресло. Черт, да как же это?.. И главное, что бы это значило?

В то, что это случилось само по себе, вследствие какой-то неисправности, он ни секунды не верил. Во-первых, для того чтобы взорвать полностью исправный, прошедший все наладки и калибровки современный корабль, надо очень сильно постараться. Во-вторых, ну нет на современных кораблях термоядерных установок такой мощности и, соответственно, с таким запасом активного вещества, чтобы получился взрыв такой силы. А в том, что это был термоядерный взрыв, Небогатов уже почти не сомневался. Впрочем, что значит почти… можно же точно удостовериться!

— Эй, контроль!

— Здесь.

— Каков фон по орбите взрыва?

— А-а… не замеряли, господин капитан.

Небогатов ругнулся. Но про себя. Это ему понятно, что взрыв, скорее всего, термоядерный, а ребята-то ни сном ни духом…

— Замерить — быстро. И все параметры на запись.

— Принято, — отозвался оператор контроля пространства и через минуту доложил с легкой растерянностью в голосе: — Превышение фона в тысячу сто сорок раз.

Небогатов понимающе кивнул и тут же бросил:

— Разброс обломков?

— Считаем… — виновато доложил оператор.

— Ладно… — И, еще раз напомнив: — Все параметры на запись, понял! — дал отбой.

Совещание у губернатора сорганизовалось стихийно. Все присутствующие никак не могли понять, кто и зачем подорвал над Новым Городом исследовательский корабль «Макнамара сайенс фаундейшн». Причем термоядерным зарядом. Чтобы заразить поверхность? Но чтобы заражение было хотя бы ощутимым, заряд следовало подорвать километров на сто пятьдесят ниже. Провокация? Да, возможно. Но зачем и с какой целью? Уж больно все как-то неуклюже исполнено.

В конце концов сошлись на том, что «Макнамара инк.», поняв, что новогородцам стало известно об их роли в пиратском рейде, нанесла упреждающий информационный удар, создав повод обвинить новогородцев в агрессии против мирного исследовательского судна. В этом случае все обвинения «Макнамара инк.» со стороны новогородцев показались бы попыткой переложить вину с больной головы на здоровую. Но новогородцы и не шибко-то собирались выставлять свои обвинения. Зачем, ежели есть план наказать компанию и ее владельца куда как больнее и заодно поправить собственный бюджет. На том и порешили, посмеявшись над неуклюжей попыткой заткнуть рот тем, кто, в общем-то, и не имел планов его открывать. Несмотря на сомнения мисс Клейн, Сандерса, Полубоя и Небогатова…

Как выяснилось, правы были как раз сомневающиеся. Макнамара оказался блестящим игроком. «Макнамара инк.» не стала выдвигать никаких обвинений. Она… хранила скорбное молчание. Ситуацию раздували другие. Сетевые каналы, известные своей желтизной, бульварные листки, падкие на сенсации любого пошиба журналисты…

— А правда ли, что вы потеряли исследовательский корабль?

— Да, это так, — скорбно отвечали в пресс-службе корпорации.

— А верно ли, что он был потерян над так называемым Новым Городом?

— Все верно, — с тяжким вздохом соглашались в пресс-службе.

— А насколько достоверны сведения, что его безжалостно взорвали?

— По тем данным, что у нас имеются, все произошло именно так, как вы говорите.

— А можно ли доверять информации, что русские применили для взрыва корабля термоядерный заряд?

— Дистанционные замеры (сами понимаете, мы больше не рискуем приближаться к этой планете) показывают, что ваше предположение верно.

— А чем вызвана столь неприкрытая агрессия со стороны русских?

— Без комментариев…

И мало-помалу в прессе Содружества начала раскручиваться кампания, в которой русские (причем все, скопом, а не только новогородцы) представали этакими кровожадными монстрами, только и ждущими повода, чтобы вцепиться кому-нибудь в глотку. Причем даже не повода, а удобного момента…

Поэтому маршрут пришлось выбрать несколько более длинный. С обходом областей наиболее интенсивного движения кораблей Содружества и зон патрулирования его флотов. Но благодаря тому, что все корабли эскадры имели скорость хода гораздо большую, чем у стандартных контейнеровозов, фора все равно сохранялась.

Рейд предстоял дальний, опасный, поэтому состав экипажей довели до штатной численности. Даже на «Походнике» сформировали свою абордажную группу (которой, в случае чего, скорее предстояло стать группой отражения абордажа). И хотя команды были не шибко слаженные, но на «Садко» и «Псковитянку» собрали своих, уже не раз ходивших, так что сладиться должны были довольно быстро, а что касается «Новогородца», то когда еще слаживать команду, как не в дальнем подходе?