15 жизней Этейн 2 - Ираида Мельникова Страница 16

- Уфффф. Вот приставучая!!! И как тебя ангел целый год терпел?

Бурчалка-ангел, наверное, махнул своей волшебной палочкой и я оказалась в своей комнате. Ну, или чем он там махнул? Не важно. Главное, что теперь я оказалась в полной безопасности.

- Эй! Ты ещё здесь, Слэйт? Можно я буду тебя звать «бурчалкой»?

Тишина, даже птиц не слышно.

- Хм. Обиделся, значит. Ну и… Между прочим, я тебя не звала, Слэйт, и не просила стать моим ангелом. И вообще, я жду Нейла.

- Что? До сих пор? Пора бы уже о нем забыть.

- Да, жду. А ты вроде бы хотел с ним разобраться? Ну как? Выяснил, почему вместо тебя прилетал Леон-Нейл?

А в ответ – снова тишина.

- Собственно, как всегда. Все молчат. И никто не хочет мне рассказывать про Нейла.

Покачала головой, погрустила, вспомнила нашу лесную избушку, где мы в последний раз виделись с Нейлом. Что ж, и поплакала немного. Не без этого. Все ж печалюсь я по нему, скучаю страшно. Увижу ли когда-нибудь моего любимого? Не знаю.

Что ж… а теперь пора заняться добрым делом. Постараюсь предупредить императора о грозящей опасности. А уж получится или нет, как Господь рассудит.

Поднялась со стула, только взялась за дверную ручку, чтобы выйти из комнаты, как услышала в голове:

- Этейн!

Ох, какой-то знакомый голос, а никак не признаю.

- Да, кто это?

- Это Вершитель Никомо.

Сердце застучало вдвое быстрее. Боже! Это он! Тот, кто отнял у меня Нейла!

- Да, я поняла. Здравствуйте.

- Я не могу перед тобой объявиться. У тебя нет голографического проектора.

- О-о-о, ммм...зачем Вы здесь?

- Перед тем, как ты отправишься к императору…я спрошу.

- Да, пожалуйста. О чем?

- Если бы ты знала, что не сможешь ему помочь, ты все равно бы к нему пошла?

- Да. Ведь есть надежда, что я что-то смогу изменить.

- Что ж…иди.

- Это все, что Вы хотели узнать?

- Все, прощай.

- Постойте…постойте. Прошу Вас… скажите мне, что с Нейлом?

Возможно, скоро я стану ненавидеть тишину. Последнее время всегда, когда я задаю им неудобный вопрос, меня сразу же оглушает звенящая тишина. Они не хотят мне говорить, что с ним.

И что же я должна сделать, чтобы они мне ответили? Умереть?

Почувствовала, как задрожали колени и подкосились ватные ноги. Без сил сползла по стене на пол, глаза снова наполнились слезами, горло перехватило, точно обручем, не позволяя проглотить вязкий и горький ком.

За что они так со мной? Зачем лишили любви? Почему? Мы же никому не мешали. Никому ничего плохого не делали. Ничего не меняли в моей жизни и судьбе.

Или меняли?

Слезы высохли. Бросило в жар от внезапно осенившей меня догадки.

Неужели наша любовь могла что-то поменять в наших жизнях? Или на что-то повлиять?

Ну, предположим, у ангела уже нет жизни или судьбы, чтобы её можно было изменить. А вот мою…

Ох, и сейчас, вопрос этот странный от Вершителя Никомо. Почему вдруг он обратился прямо ко мне, а не задал его через моего ангела Слэйта? Странно. Очень странно и удивительно.

Ну, может, когда-нибудь они сжалятся и все мне расскажут. По крайней мере, я на это надеюсь.

А сейчас я должна выполнить то, что обещала самой себе.

Я должна предупредить императора. И если я продолжу сидеть на полу и жалеть себя, то не успею его предупредить.

Вскочила и быстрым шагом отправилась в его покои. Авось, успею.

***

Наверное, провидение мне благоволило.

Сегодня император Никифор II Фока собрал Совет в приёмном зале, и мне пришлось чуть-чуть его подождать, прогуливаясь неподалёку от входной двери в парке.

Я укрылась в беседке, откуда мне все было видно. Как только Совет закончится, я сразу же обнаружу себя и попрошу аудиенции. А пока посижу здесь. Вдруг мать появится, или Иоанн – её любовник. Тогда точно расспросов не оберёшься. Она обязательно станет допытываться, с чего вдруг я здесь околачиваюсь.

К счастью, ничего подобного не случилось, никто из моих врагов меня не обнаружил, и я, только завидев отчима-императора, выходящего из приёмного зала, выскочила из беседки и устремилась в его сторону.

- Добрый день, отче.

Он будто вздрогнул, свита его обернулась, подозрительно оглядывая меня с головы до ног.

Удивлённое и напряжённое лицо Никифора сразу же смягчилось, когда он увидел меня:

- Ох, птичка-невеличка моя. Неужели решилась наведать меня, старика? Соскучилась поди, маешься одиночеством в своей светёлке? Ну, какими судьбами? Что нужно моей горлинке от старого императора?

Он действительно меня любил, точно я была его ребёнком. Не удивительно, ведь он растил меня с пелёнок. Своего -то отца я не знала. Он умер сразу же после моего рождения. Но, несмотря на это, я все равно имела счастье почувствовать отцовскую любовь.

- Всемилостивейший Василевс. Позвольте Вашей рабе поговорить с Вами и приложиться в почтении к отцовской длани, вкусив милость Вашу. Я очень скучала. А сегодня особенно. Вдруг сон мне ночью привиделся. Позвольте рассказать и побыть немного в вашей компании.

Он расплылся в улыбке и милостиво склонил голову.

- Всенепременно, горлинка. Пойдем-ка вон туда, под сень ивы. Там и прогуляемся, а ты расскажешь о том, что тебя гложет и расстраивает.

Всю мою ещё такую коротенькую жизнь меня удивляло, что грозный полководец, суровый, беспощадный и жестокий воин, всегда находил для меня время, чтобы выслушать мои многочисленные детские жалобы. Он всегда был отзывчивым и очень добрым как со мной, так и с моими братьями.

Не понятно, откуда взялась эта нежность и участие с его стороны к чужим детям, но факт остаётся фактом.

До сегодняшнего дня я полагала, что он безумно любит свою супругу Феофано, мою мать, поэтому и принял душевно её детей от предыдущего брака.

Но теперь, после того, что услышала в шкафу…

Сейчас мне все понятно. Мой отчим, похоже, стыдится того гнусного обстоятельства, какой ценой он когда-то занял трон.

Получается, что ценой смерти моего настоящего отца - императора Романа II, вероломно отравленного супругой. Мой отец не знал, что его любимая жена, моя мать, уже давно снюхалась с любовником Фокой.

Ох, а вот закон бумеранга никто не отменял.

Теперь уже Фока находится в