Откройте рот, скажите: "Р-Р-Р"! - Фунтик Изюмов Страница 97

— Я хотел посмотреть, как организован приём пациентов! — твёрдо сказал Серпенсий, подумал, и добавил, — Ну… мало ли… вдруг ваш опыт пригодится остальным… врачевателям?..

— Извольте, — хмуро проскрипел хозяин, и не повышая голоса окликнул, — Доминикус, можно запускать следующего.

— Вот сюда, на этот стул, пожалуйста… — предложила я.

— Ай! — подпрыгнул Серпенсий.

— Что такое? — всполошилась я, — А… гвоздик в сиденье вылез… Ну, не взыщите! Мы не так давно открылись, довольно много потратились на оборудование… на хорошую мебель не хватило! Обещаю, через полгода мы всю мебель в приёмном покое заменим!

— А вот… господин лекарь в отличном кресле сидит! — пожаловался Серпенсий, потирая себя чуть пониже спины.

— Так это, считайте, вывеска лечебницы! — всплеснула я руками, — Доктор не может выглядеть бедно и сидеть на дешёвой табуретке! Кто же тогда к нам пойдёт? Кто согласится платить хорошие деньги? Если доктор выглядит, как нищеброд, то и платить нам будут, словно нищенские подачки. Нет-нет-нет! И не уговаривайте!

— И не собирался… — буркнул Серпенсий, шаря рукой по стулу, — Ага… ладно, тогда я вот так, с краешка…

Ну, сказать честно, это я сама, десять минут назад, гвоздик из сиденья магией вытянула. Надеялась, что получив незапланированный «укол», наш гость покинет нас в поисках другой лечебницы, уже для людей. Ну, нет, так нет?..

— Госпожа Фелиция… с питомцем!

— Проси… — совершенно в том же тоне, что и минутой раньше, отозвался хозяин.

Домовой пропустил госпожу Фелицию, и сам промаршировал через всю комнату вслед за ней. И встал чуть сбоку от удивлённого Серпенсия. Тот хотел что-то сказать, но домовой приложил палец к губам и укоризненно шикнул, одновременно кивая на хозяина, мол, не мешай! Я одобрительно подмигнула Дементию.

На этот раз, это был хомячок, который имел весьма унылый вид, и всё время пытался завалиться на бок. Мы с хозяином принялись за осмотр, перебрасываясь по ходу дела краткими выражениями, едва слышными для посторонних ушей.

Краем глаза я видела, как встрепенулся ястреб на руке Серпенсия, как уставился на больного хомячка. На всякий случай, я придвинула поближе металлическую трубку, для прослушивания сердец крупного рогатого скота. Если ястреб кинется на добычу, я ему этой трубкой ка-а-ак… зазвездю! Только бы хозяин не вздумал магией пуляться!

А пока посмотрим, что же с бедным хомячком?..

— Сюзанна, выпиши нашему пациенту укропной воды! — распорядился, наконец, хозяин, — Госпожа Фелиция, не волнуйтесь, у вашего любимца просто газики…

Это хорошо, что Серпенсий не в курсе наших взаимоотношений. Иначе, услышав «Сюзанна» вместо «Сьюзи», он бы точно насторожился!

Ой-ё! Святые рогалики! А фамильяр господина Серпенсия, оказывается, не только на хомяка клюв точит! Почуяв хищную птицу, в своей клетке завозилась Бусинка, а ястреб, в свою очередь, услышал её возню. И теперь приготовился атаковать клетку!

— Вы позволите, сударь? — я вопросительно взглянула на хозяина, и переставила клетку с Бусинкой в шкаф.

Теперь у ястреба броситься сразу на клетку не выйдет. Размах крыльев не позволит. Перепелятник нахохлился, и принялся крутить головой, прикидывая, с какой стороны ему лучше пролететь, выпуская когти…

Госпожа Фелиция, мило улыбаясь, уже шла на выход, хозяин, опустившись снова в кресло, потянулся за книгой, а Серпенсий вдруг закрутил своим