Откройте рот, скажите: "Р-Р-Р"! - Фунтик Изюмов Страница 140

слухи о недомогании принца разнятся. Некоторые утверждают, что заболел не он, а его фамильяр. Как известно, у принца, как и у его отца-императора, фамильяр — чёрный дракон. Я попробовал посетить императорские конюшни. Сказал конюхам, что я из провинции, что никогда драконов не видел, и предложил им конти, если они покажут мне принцева дракона, хотя бы издалека. Но те отказались. Я увеличил сумму до грана, до двух гран… дошёл уже до лари! Но конюхи только отрицательно покачивали головами. Хотя в их взглядах можно было прочесть корыстные интересы, но — нет. Это странно, потому что конюхи из простонародья, и лишние деньги им бы не повредили. И за что? За то, что позволили бы мне взглянуть на дракона из-за забора?

Так что, я не могу точно ответить на вопрос кто болен: принц или его дракон. Мне просто не хватило времени, чтобы выяснить это точно.

Принцесса Алисия… Ну, что можно сказать про пятилетнюю принцессу? Хорошо кушает, гуляет с мамками-няньками? Она, кстати, тоже была на балконе, и я ей искренне посочувствовал: её нарядили в красивые, но ужасно тяжёлые одежды, и ей пришлось почти двадцать минут стоять неподвижно. Для пятилетней девочки — кошмар!

Про императорскую семью — всё. Продолжать про придворных?

— Да, конечно… — несколько рассеянно согласился хозяин. Похоже, он усиленно размышлял над всем сказанным. А вот я все размышления отложила на потом. Я только внимательно слушала и впитывала информацию. А подумать над ней можно когда угодно!

— Хорошо… Я так понимаю, сам император, во время своего выступления, пригласил на балкон тех, кого считает наиболее приближёнными? Так вот, кроме императорской семьи, там были всего трое: Главный императорский телохранитель, Главный имперский маг, и личный врач его величества. Что, кстати, вызвало некоторое недоумение среди народа. По их словам, обычно там бывает не протолкнуться.

Итак: Главный телохранитель, если официально, то командир Отряда телохранителей его величества, Гюстав Барнейб. Единственный, кто стоял непосредственно рядом с императором, во время его выступления. Как бы, показывая свою готовность прикрыть императора собственным телом в случае опасности. В народе судачили о следе от ожога у него на лице. Почему, дескать, не свести это? Магией? Основное предположение было, что так он якобы показывает императору свой героизм, в надежде, что этот «героизм» окупится наградами за верную службу. Однако, были ещё слухи, что этот ожог господин Барнейб получил, когда сопровождал принца, а тот седлал дракона. Вроде бы, дракон был не в духе и пыхнул огнём, а Гюстав Барнейб случайно оказался не в том месте, не в то время… Как известно, раны, нанесённые драконом, магическому лечению не поддаются. Точнее узнать не удалось.

Я заметила, как судорожно стиснули пальцы хозяина подлокотник кресла. Но больше он ничем своего волнения не выдал, и ни слова не сказал.

— Двое других, — сухо излагал факты инспектор, — маг и лекарь, находились в глубине балкона и рассмотреть их, как следует, не получилось. Судя по всему, они тоже, каждый по-своему, оберегали императора: один контролировал магические потоки вокруг дворца, другой был готов помочь императору лекарствами. Ещё раз хочу повторить, что