Пробуждение ярости - Мелина Боярова Страница 64

Если бы последние месяцы я не сливала энергию в сферу, а нормально тренировалась и питалась соответственно, тогда бы смогла создать плетение, способное поразить монстра. Но нас ведь считали отбросами, кормили соответственно и отбирали последние крохи энергии.

Чем, по их мнению, нам следовало сражаться? Ржавыми мечами? С ними много не навоюешь. Однако не помирать же на радость монстрам?

Я сформировала чароимпульс и швырнула его в морду твари, выскочившей прямо на меня. Выбиваться из общей массы не планировала, но судьба, как обычно, не оставила выбора. Одного плетения злыдню оказалось мало. Он лишь тряхнул мордой, оскалился и ринулся в атаку. Мне ничего не оставалось, как выставить руку и пропустить через себя поток спокойствия.

— Замри! — процедила сквозь зубы.

Злыдень застыл на считанные секунды, и его тут же сразил мечом воин, в котором я неожиданно узнала Прозора. Оказывается, наши охранники не остались в стороне?

— Так его, девочка! Давай, глуши следующего! — зло усмехнувшись, крикнул мужчина.

Я еще дважды использовала дар, прежде чем мы очистили свою линию обороны. Андреас к этому времени завалил четверых монстров, а остальные штрафники общими усилиями уложили еще пятерых матерых гневов, не считая мелочи, крутившейся под ногами. Однако радоваться было нечему. Половина нашего отряда погибла, и еще четверть получила ранения, а на смену злыдням явилась тварь посильнее.

Только мы перевели дух, как земля содрогнулась с такой силой, будто само городище треснуло пополам. Мой взгляд метнулся к дубовым створкам ворот, посередине которых зияла крупная дыра. Через этот пролом сначала повалил сизый дым, покрывающий обрубки бревен морозным инеем. Затем из клубящейся тьмы медленно и неотвратимо полезло что-то невероятно огромное и злое. Гигантский нав, выбравшийся на насыпь, заслонил собой часть неба и уперся рогами в купол, который затрещал под могучим натиском, угрожая разрушиться. Тварь взревела, оповещая о своем прибытии и сотрясая городские стены

Моя сила внутри откликнулась на этот зов, пульсируя в висках оглушительным эхом. Хаос вокруг и степень ужаса усилились в разы. Против такого монстра не выстоять даже призывающим, а о простых людях и говорить нечего. Наши силы казались ничтожными искрами перед подобной мощью. Чаростражи, бросившиеся в атаку, попадали один за другим. Наву стоило лишь махнуть лапищей, как он снес ближайшую башенку вместе с фигурками защитников.

— Вперед, отбросы! — гаркнул на нас командир. — Отвлеките тварюгу, пока подтянутся свежие силы!

А ведь помимо нава в пролом пролезли злыдни и переруги. Их отвлек на себя Андреас, но тварей было слишком много. Против полутора десятка монстров, которых мы уничтожили недавно, пришли еще столько же. Тогда как защитников осталось вдвое меньше, а самые сильные атаковали главного противника.

Я замерла, понимая, что нам не выстоять. Нав остановился у разрушенной стены. Мышцы на его огромном теле перекатывались под черной плотной кожей, а между длинными когтями на лапах проскальзывали всполохи молний. Такой зверь одним взмахом запросто разрушит целый квартал. Его нельзя пропускать дальше в город.

Но что ему жалкая горстка защитников, не обладающих хоть сколько-нибудь значимым даром?

Я ощутила, как чужая холодная ярость и воля проникают в меня, захватывая каждую клеточку тела. Гнев использовал силу, чтобы поработить защитников, заразить их безумием и обречь на погибель. Понимание того, что нав уничтожит все живое, если его никто не остановит, пересилило страх раскрыть собственную тайну. В груди нещадно давило, голова пульсировала от разрывающей боли. Меня накрыло осознанием, что в данное мгновение моя собственная жизнь и судьба всего города повисла на волоске. Даже Владеющий не совладал бы с гневом, который подходя порабощал всех, до кого дотянулся. Защитники падали один за другим, а их тела тут же разрывали гневы. Простые люди сходили с ума, сами кидались навстречу погибели. Андреас припал на колено и стискивал голову руками, отчаянно сопротивляясь давлению. Боярича защищал только щит, по которому усердно молотили лапами злыдни. Медлить было нельзя.

Оттолкнув дрожащие щиты чаровников, которые хоть как-то сдерживали натиск тварей, я сняла дедов амулет и шагнула навстречу чудовищу. Позади меня раздались удивленные возгласы. Переруги и злыдни замирали при моем приближении, а мелкие анчуги и шиги бросались врассыпную. Я перестала скрываться, не видела в этом смысла. Позволив волне спокойствия вырваться наружу, ощутила,