Бутоны зла. 31 история для мрачных вечеров - Борис Хантаев Страница 76

А тени и после в лесу видели. Много раз встречали и голоса Малуши и Невзора слышали. Но что с их телами сделалось, никому не ведомо.

Ночь крови и костей

Яна Вуд

Пошла пятая весна с тех пор, как я поселилась в чаще Лунного леса на окраине Смольграда. Ведьм в народе недолюбливали, потому за помощью ко мне обращались редко. И уж точно ко мне ни разу не заходил князь.

Он пришел не один, его сопровождали пятеро рослых матерых гридней. Я наблюдала за ними через приоткрытую дверь, безотчетно теребя черную прядь волос.

Князь Ратибор облачился в простую одежу и дорогое оружие с собой не взял. Хотел сойти за обычного воина, смекнула я и закатила глаза. А то у него на лбу не было написано, что он князь.

Темные волосы князя шевелил ветер, глаза его, серые, как омытые водою речные голыши, глядели зорко.

Я не стала дожидаться, пока незваные гости постучат, толкнула дверь и ступила за порог. Князь замер, его спутники ощутимо напряглись, их заскорузлые руки тотчас нащупали рукояти мечей.

– Утро доброе. – Я плотнее запахнула шерстяную накидку поверх длинного льняного платья. Несмотря на то что уже наступила весна, зимний холод еще не разжал когти. – Что привело вас в такую рань, гости дорогие?

Я знала, в моем голосе чувствовалась насмешка, но ничего не могла с собой поделать. Люди редко вызывали у меня приязнь. В особенности высокомерные князья, полагавшие, что вправе распоряжаться и государством, и всеми, кто в нем обитал.

Князь не сводил с меня презрительного взгляда.

– Ведьма, – холодно произнес он. – У нас к тебе дело. Если выполнишь все, что от тебя требуется, мы тебя не убьем. Тебе будет и дальше позволено жить в этом лесу и заниматься… – Он замялся. – Тем, чем ты здесь занимаешься. Колдовать, изводить добрый люд, порчу насылать.

Я фыркнула и изогнула бровь.

– Вестимо, ибо именно этим и занимаются ведьмы. – Мои губы скривились в презрительной усмешке. – Любопытно, все князья столь же мудры и великодушны, как ты, Ратибор?

Князь втянул в себя воздух. Взгляды гридней сделались смертоносными.

Не выдержав, я расхохоталась.

– Что, княже, если ты не облачился в дорогие одежи, думал, я тебя не признаю? Я, может, и живу в лесу, но не дремучая и знаю побольше иных горожан.

Ратибор скрежетнул зубами.

– Если поведаешь кому-нибудь о том, что к тебе приходил князь, проведешь остаток своей жалкой жизни в темнице.

– В жизни не слышала столько добрых слов, – едко усмехнулась я, с трудом подавив желание впиться зубами ему в глотку.

– Как с князем говоришь! – ощетинился один из гридней, рослый белобрысый детина с почти прозрачными голубыми глазами.

Я скрестила руки на груди и сдвинула брови.

– Иначе себя вести не научена. – Я хмыкнула. – Я ведь ведьма, что губит добрых людей.

– Будешь хамить, заплатишь головой, – прошипел он.

Я прожгла его презрительным взглядом.

– А вот и не заплачу. Беда у вас, видно, серьезная стряслась, раз князь самолично к ведьме пожаловал. И моя голова на плечах вам сейчас куда важнее расплаты, которой ты грозишься, ратник.

Он стиснул зубы, но промолчал. Я невольно поежилась. Проклятый утренний холод пробирал до костей.

Я махнула рукой.

– В дом идемте. Разговор у нас, видно, будет не из коротких. А задницу я себе отморозить не хочу.

Князь шагнул вперед: теперь он стоял почти вплотную ко мне, возвышаясь надо мной на целую голову. Напряженный взгляд его темных глаз скользил по моему лицу, точно силясь прочитать меня, разгадать.

– Неудивительно, что у такого дурного существа и язык дурной, – наконец изрек Ратибор.

Я белозубо осклабилась.

– Осторожнее, князь. Как там говорят, с кем по пути, с тем и по нраву. Как бы тебе в моей грязи не замараться.

* * *

Родная изба встретила меня теплом растопленной печи.

Я указала на лавки, что стояли по обе стороны стола.

– Рассаживайтесь, люди добрые. Может, желаете чего-нибудь испить?

– Отравить нас хочешь, ведьма? – вопросил все тот же белобрысый воин.

Я закатила глаза.

– И зачем мне вас травить? Чтобы опосля сюда нагрянули другие ратники да сровняли мое жилище с землей, а меня на куски разорвали? – Я обернулась к князю, что сел, вестимо, во главе стола.

Я едва удержалась, чтобы вновь не закатить глаза и не ляпнуть что-нибудь непотребное.

– Рассказывай, княже, что стряслось. У меня тоже, знаешь ли, есть свои дела. Как ты там сказал, порчу навести, народ извести, петуха зарезать для лешего. – Я запоздало прикусила язык. Все-таки без непотребства не обошлось.

Князь стиснул челюсти так, что желваки заиграли на его острых, как лезвия, скулах.

– Последнее время все чаще пропадают гонцы и торговцы, – проговорил он. – Люди боятся и покидать город, и наведываться в него. Поговаривают, что в Мглистом лесу, через который проходит дорога в город, поселилось лихо. Но никто не ведает, что это за лихо. Все, что осталось от пропавших странников, – пятна крови да обрывки одежды.

Пальцы князя на столе сжались в кулаки, точно он одновременно боролся со злостью и бессилием.

– Неведомая тварь взяла город в осаду, – продолжил Ратибор. – И этому пора положить конец.

Я закусила губу, теряясь в раздумьях. Судя по тому, сколько народу погубило чудовище, это явно не был кто-то безобидный вроде шишиги или лесавки.

– Что молчишь, ведьма, язык проглотила от страха? – съязвил белобрысый.

Я смерила его тяжелым взглядом.

– Как зовут тебя, добрый молодец?

– На что тебе мое имя? – прошипел он.

– Как прикажешь на тебя без имени порчу наводить? – ухмыльнулась я.

Гридень подскочил с лавки, схватившись за меч.

– Сядь на место, Гордей! – сухо бросил князь. – Тебе должно быть известно, что по одному лишь имени ведьма порчу не наведет.

На лице гридня читалось неприкрытое сомнение.

Я снова закатила глаза.

– Послушай своего князя, воин. Он все же умнее, чем я думала. – Не удержавшись, я зловеще улыбнулась. – Чтобы навести порчу, мне еще понадобится прядь твоих волос, так что старайся не подпускать меня близко.

Лицо Гордея сделалось белее снега.

– Бросай подначивать его, ведьма, – рыкнул Ратибор. – Лучше скажи, что за тварь поселилась в Мглистом лесу.

Я пожала плечами.

– А я почем знаю. Может, вы лешего прогневали или блуда. Может, упырь объявился в округе. Поглядеть надо. – Тяжело вздохнув, я, не теряя времени, принялась собирать в заплечный мешок свои пожитки.

Чем