По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая - Ольга Станиславовна Назарова Страница 64

Теперь змей был снова в полуобороте и стоял на самой верхней ступеньке, вольготно облокотившись о перила лестницы, а длиннющий хвост был картинно уложен чуть ниже.

– Извините, – повинился этот жуткий тип. – Не хотел вас отвлекать. Да вы не на меня смотрите, я-то в данный момент выступаю исключительно как зритель…

– Чё? – как самый последний простолюдин ляпнул Фридрих.

– Говорю, на гусей смотри, болван! – с ленцой протянул златоглазый змеевич. – Ты ж быстро закончишься, если будешь так отвлекаться!

Фрид и не думал слушаться доброго совета – он подозрительно осмотрел опасного типа, но решил, что, видимо, ему почему-то нет хода на второй этаж – может, он какое-то низшее существо – иначе почему он его тут не преследует?

Правда, это никак не объясняло наличие здесь дворовой птицы.

– Но мне же лучше! – решил Фридрих. – Скручу башки гусям, пока они не подняли шум, а сам… да хоть через окно выберусь – второй этаж, деревьев полно! Легкотня! Главное, чтобы этот змеиный мутант не напал…

Фридрих решительно шагнул к гусям, пытаясь выбрать, кого первого изловить, а те снова переглянулись, пытаясь понять, что им делать? Человек явно не пытался сбежать, напротив, шёл на них, как какой-то маловменяемый берсерк.

Выпад неразумного Фридриха к правому гусаку разрешил скопом все гусесомнения – они просто вспомнили ту часть речи хозяина, которая описывала личность этого типа – он не гость, не под охраной Сокола, а раз так, то нападать на них ему точно не позволено!

Фрид был абсолютно уверен, что его бросок увенчается успехом, уже даже предвкушал, как его пальцы сожмутся на гладкой серой шее, и тут гусь, который и не думал подаваться назад, встряхнулся, на глазах меняясь – словно волна прошла по птице от клюва и до хвоста, преображая его в…

– Чётакое? – вырвалось у Фридди очередное, недопустимое для его голубой крови и белой кости просторечное, выражение. – Чёза?

Он таки добрался до гусиной шеи, не сумев остановиться в прыжке, пальцы машинально обхватили её, но это было началом конца – Фрид ощутил, что под рукой у него вовсе не податливые перья, но… что-то вроде стальной брони, а потом осознал, что стоит он, склонивши нос к клюву совершенно немыслимого существа – это подобие гуся сохраняло серый цвет, теперь отливавший металлическим блеском, глубоко посаженные глаза горели ненормальным алым светом, клюв теперь напоминал боевой молот, а сам гусак стал как-то значительно крупнее. По крайней мере, пальцы Фридриха на его шее и близко не сходились!

Гусь рассматривал человека с каким-то странным выражением, которое обычно появляется у гурмана, узревшего что-то такое вкусненькое, интересненькое…

– Гггак? – прозвучало сбоку.

Фрид скосил глаза и понял, что его потрясение было, видимо, каким-то слабым и недостаточно утрясённым – про второго гуся, тоже страшновато видоизменившегося, он как-то позабыл, зато тот вовсе не собирался забывать про Фридриха.

Интонация этого «гггак» была явно вопросительно-любознательная, типа, мы это сразу съедим или понадкусываем да и на праздник оставим?

– Ггггаа! – уверенно ответил первый гусак, внимательнейшим взглядом провожая руку Фрида, которую тот медленно и очень осторожно убирал от гусиной шеи.

Фридди взгляд поймал и понял, что интерес у птички явно кулинарный, и вообще, похоже, сейчас на одну руку у него станет меньше.

– Ааа! – чей-то вопль Фридриха подстегнул, и он даже не сразу понял, что вопит он сам, да и не до того ему было – он отпрыгнул из своего крайне неудачного положения так, что австралийские кенгуру в очередь бы вставали – брать у него уроки, а потом рванул бежать к лестнице, впрочем, поймав явно поощряющий взгляд полузмея, как-то сразу резко передумал и кинулся к окну.

Увы, никто не собирался его туда допускать – прямо перед его носом возник один из гусаков, который однозначно хищно разинул клюв, усаженный внутри мелкими, слегка скошенными зубцами, и зашипел, причём гусиный язык тоже оказался весь в острейших зубах, направленных к глотке.

Примечание автора: на самом деле, у гусей зубов нет, а то, что увидел Фридрих, – это гусиный томиум – острые, твёрдые и очень прочные хрящевые выросты. Отличие от зубов принципиальное – отсутствие корней и эмали. Правда, функцию томиум выполняет ту же, что и зубы, причём с большим успехом.

Зрелище гусиных зубов (простим Фридриху его дремучесть в этом вопросе, ему тогда было сильно не до экскурсов в физиологию этих птиц) Фрида подстегнуло, да так эффектно, что Сшайр аж присвистнул: