Ловец кошмаров - Валентина Владимировна Белякова Страница 55

Ветхие дома встретили нас молчанием глухих стен. Некоторые окна всё же выходили в этот переулок, но они были либо заколочены досками, либо разбиты, либо пусты, как глаза мертвеца. Я задался вопросом: жил ли здесь кто-нибудь? Они затаились, убежали или уже стали жертвами Ловца? Жаль, что я не изучил пограничную зону вокруг «ПП», когда было время.

– Мать моя анархия… – произнесла Кара срывающимся шёпотом. Она первой заглянула за угол, заранее раскрыв ножницы.

Я нехотя догнал её и тоже посмотрел, держа наготове дезодорант и зажигалку. Мои комментарии по поводу увиденного были менее поэтичны. Док, подошедший третьим, сказал только:

– Какого… Какого?!

Продолжения он так и не придумал. Остатки недоверия исчезли с его лица, уступив место изумлению и ужасу.

– По-моему, он ещё подрос, – прошептала Кара.

Мне тоже так показалось. Шелестящее море нитей заполняло просвет между домами доверху, цепляясь за крыши с обеих сторон переулка толстенными витыми жгутами. Брошенные машины, мусорные баки и фонарные столбы можно было угадать только по очертаниям: Ловец покрыл их толстым и плотным коконом. Я представил, как душно внутри, и вспотел. Возникло сильное желание снять куртку, но я его подавил, сжав в кулак порезанную руку. Перевесил рюкзак на живот, чтобы быстрее доставать из него всё необходимое и чтобы Ловец не мог поймать меня сзади.

– Вы что, полезете прямо туда? – спросил Док.

– Именно, – ответил я, хотя и сам до сих пор не мог поверить. – Кара, предлагаю скрепиться, чтобы Ловец нас не разделил. Будет неудобно, но поодиночке он легко нас заморочит.

Кара протянула мне руку, и я скрепил наши запястья короткой цепью с двумя карабинами на концах. Вроде как мы это не обсуждали, но она безоговорочно приняла мой план. Верёвка, конечно, дала бы больше свободы, но любую верёвку можно разрезать или во что-нибудь вплести.

– Его не берём? – Кара кивнула на Дока. – У него связи с Ловцом почти нет, значит, и рычагов давления поменьше.

– Думаю, он уже настолько мощен, что его не колышет, есть связь или нет. А вот сломать неподготовленную психику – раз плюнуть.

– И то верно.

– Ребята, вы уж простите, но я бы и под дулом пистолета не приблизился к этой… К этому… Ладно, сколько мне вас ждать и какие будут указания, если… – он явно подыскивал выражение, которое не будет похоже на смертный приговор, – если что-то пойдёт не так?

– Если не выйдем до захода солнца, то можешь вызывать полицию, «Скорую», пожарных, армию, Охотников за Привидениями и Людей в Чёрном, да всех, до кого дозвонишься, – ответил я со вздохом. – Только, я уверен, пока они будут тебе не верить, а потом разбираться и строить планы, город превратится в один большой клубок, который только сжечь.

– Не подходите близко, что бы он вам ни говорил, – напутствовала Кара.

– Так он ещё и говорит?!

Мы оставили его восклицание без ответа. Приблизились вплотную к густому переплетению волокон и, орудуя ножницами и секатором, стали продираться внутрь.

Перед нами нити редели и расползались, как будто Ловец был не прочь пропустить нас внутрь. Зато сзади сразу же сплеталась тугая ковровая стена практически без просветов. Освещением служили редкие, непонятно к чему подключённые новогодние гирлянды, цепочки флуоресцентных грибов на замшелых верёвках, жутковатого вида светлячки размером с кулак ребёнка. Они могли обеспечить лишь сбивающий с толку, мерцающий полумрак, поэтому я порадовался, что захватил с собой пару фонариков.

Хаотичность Ловца возросла настолько, что он потерял признаки отдельных помещений, строение из комнат и коридоров, деление на этажи. Мы словно продирались сквозь гигантский кусок ваты. Только иногда под переплетением нитей виднелись куски пола: ламинат, кафельная плитка, мрамор, неотёсанный камень или простая земля, покрытая слоем прелых листьев. Мы не пытались ориентироваться по остаткам интерьеров и просто шли по самому широкому проходу, потому что в ответвлениях была большая вероятность застрять намертво. Если на пути и попадалась мебель, она была сильно обшарпана или поломана.

Но расколотые в хлам тумбочки, магазинные тележки и больничные кушетки волновали нас с Карой куда меньше, чем обломки дверей. Похоже, вообще ни одной целой двери на нашем пути не осталось, и проёмы зияли, как мёртвые пасти, затянутые паутиной. Среди некоторых обломков можно было заметить помятые таблички с названиями, среди других – нет.

– Вскрылись вообще все двери, – озвучила мои мысли Кара, – в том числе безымянные. Что бы там ни было, оно вылупилось и теперь бродит по всему Ловцу.

– Что ж, будем начеку, – ответил я, – если честно, я всё-таки недооценил масштаб катастрофы. Что конкретно мы здесь ищем?

– Центр, очевидно. Сердце Ловца.

– А ты уверена, что оно у него есть?

– Помнишь, что говорил Грифон, когда стал голосом Ловца? Искра. То начало, которое заложили Ундина и Сирин.

– Насколько я помню слова Грифона, а также одного знакомого симулякра, с искры Уны и Рин начинается только нынешнее воплощение Ловца в нашем мире. Но сам он… Как бы сформулировать…

– Это уже вопрос философский, – оборвала меня Кара, – как бы там ни было, нас только наш мир и касается. Не факт, что мы вообще доберёмся до искры и сможем уничтожить её физическими средствами. Так что не зевай.

Я и не собирался зевать, да и вообще хотел бы как можно меньше открывать здесь рот: того и гляди залетит какая-нибудь гадость. По нитям то и дело что-то проползало, но даже живность в Ловце стала какая-то… мёртвая. И меня преследовало ощущение, что этой «мёртвостью», отсутствием жизни можно заразиться.

Где-то впереди и снизу кто-то сдавленно-басовито мяукнул. Знакомый голос, хотя и донельзя искажённый.

– Тарахтелка? Кис-кис-кис, – нервно пошутил я.

– С ума сошёл его звать? Не отвечай. Даже в шутку.

– Да я знаю, что это не она. А если она, то ещё хуже.

Кара мрачно кивнула. Не успели мы пройти по нитяным джунглям и ста метров, как шелестящая тишина снова с треском порвалась.

– Ка-ара-а! – донёсся хриплый крик из бокового ответвления справа и впереди.

Мы застыли, прислушиваясь, боясь даже дышать. Кара вытерла вспотевшие ладони о штаны, чтобы покрепче взяться за ручки секатора. Я поудобнее перехватил большой кухонный нож. Крик повторился.

– Голос похож… на Грифона, – неуверенно сказала Кара.

– Сама говорила не отвечать. Ты же понимаешь, что это симулякр? Грифона даже не было в «ПП» вчера, он в больнице.

– Да, конечно. Но, может, всё-таки стоит сходить посмотреть? Возможно, симулякры имеют информацию о том, где находится центр Ловца.

– Залезть прямо в его ловушку?

– Кара! Вас обма-а-анывают! – раздался крик, и теперь