Прачечная, стирающая печали - Ким Джи Юн Страница 54

За прожитое вместе время Тэчжу научился понимать Чиндоля, поэтому, когда пес, поскуливая, направился к входной двери, Тэчжу сразу же ее открыл. Чиндоль только этого и ждал. Он стремительно направился к клумбе, поднял заднюю лапу и, облегчившись, побежал в угол двора, где на портативной газовой горелке кипел котелок. Перед ней на корточках сидел отец. Он выглядел гораздо более худым, чем в детских воспоминаниях Тэчжу.

– Папа, что ты делаешь здесь посреди ночи?

– Все, я закончил. Возвращайся в дом. Зачем ты вышел на холод?

– Чиндоль скулил.

– Черт! Я забыл оставить дверь открытой. Прости меня, Чиндоль, мальчик мой. Все хорошо, Чиндоль? А ты возвращайся в дом!

«Если бы только отец проявлял ко мне хотя бы половину той заботы, которую проявляет к Чиндолю!» Тэчжу щелкнул языком и направился в дом. Его носа достиг слабый запах супа на говяжьей косточке.

Утром на столе стоял суп на говяжьей косточке. Господин Чан варил его всю ночь, снимая всплывший жир, чтобы остался только чистый белый бульон.

– Ты приготовил его вчера ночью?

– Я не успел позвонить в магазинчик на рынке Манвон, поэтому просто сварил кости, которые были у нас дома. Ешь и отправляйся в больницу. Тебя ждут пациенты.

Отец слегка посолил суп, ожидая ответа. Тэчжу взял со стола ложку.

– Не соли слишком сильно, – посоветовал отец.

– Не люблю пресную еду, – отозвался Тэчжу и попробовал суп.

– Ну как?

– Безвкусно. Как горячая вода.

– Но я варил бульон всю ночь…

Тэчжу вдруг подумалось, что причина всех его бед – этот дом с голубыми воротами в Ённамдоне. Если бы Тэчжу превратил дом в какое-нибудь кафе, то жил бы сейчас припеваючи, отправляя доход от аренды Сучхану… Внезапно его охватило негодование. Во всем виноваты упрямство отца и его настойчивое желание «сохранить воспоминания».

– Разве я просил об этом? Разве просил всю ночь варить бульон?

– Что?

Отложив ложку, отец посмотрел на раскричавшегося Тэчжу.

– Сдался мне твой суп! Ты хоть представляешь, как я сейчас живу? Вечно только и слышу от тебя: «пациенты, пациенты, пациенты»! Обо мне ты вообще не думаешь, да? Зато заботишься о своих жильцах! Тратишь силы на то, чтобы приготовить финиковый отвар и отнести его в прачечную… А для Сучхана ты что-нибудь сделал?! Ты хоть думал о том, как тяжело приходится бедному Сучхану вдали от дома, пока ты заботишься о незнакомцах?

– Что… О чем ты?

– Сучхан чуть не погиб во время урока верховой езды! А все потому, что ему пришлось арендовать самую дешевую лошадь!

– Он поранился?

– Он живет в чужой стране, сталкиваясь с опасностями и рискуя жизнью из-за жалких пятисот долларов. А ведь это твой родной внук!

– Кто просил отсылать его в Америку? – возмутился отец. – Кто тебя об этом просил?! Я же говорил тебе, что воробей сломает себе ноги, если попытается ходить, как аист, и что Сучхан пострадает! Но ты настоял на том, чтобы отправить его в Америку! И теперь перекладываешь вину на меня, своего отца?

– Тогда почему ты родил меня воробьем? Почему я не родился аистом, который смог бы открыть модную клинику в Каннаме или отправить сына на учебу за границу, как это делают другие? Если бы я переродился, то хотел бы быть сыном аиста. Ты, которому плевать на своего единственного ребенка, даже не представляешь, как это больно – быть ни на что не годным отцом, который заставляет сына ездить на необученной дешевой лошади, чтобы сэкономить пятьсот долларов!

Бам!

Отец ударил Тэчжу по щеке.

Наступила тишина. Отец не произнес ни слова. Тэчжу тоже. Только ощупывал языком покалывающую щеку с внутренней стороны. Отец никогда не бил его. Даже когда поймал за курением возле голубых ворот. Никогда. Но теперь ударил уже во второй раз, и все из-за этого дурацкого дома. В первый раз – когда Чиндоль повредил лапу, и вот теперь. Тэчжу еще больше невзлюбил голубые ворота.

«Упрямый старик! Он легко проживет еще лет тридцать, если не больше! До сих пор больно…» – подумал Тэчжу и открыл окно автобуса, надеясь, что ветер остудит горящую щеку. Он пытался понять, почему так страдает. Из-за кого ему приходится переживать столько невзгод? Несмотря на все споры, причиной его страданий был не отец. Быть может, Тэчжу всегда знал ответ на эти вопросы и знал, как положить конец своему самоистязанию. Он знал, но постоянно хотел обвинить родителя, как это делают все дети. Как мелочно.

Его отстранили на два месяца. Учитывая, что он уже впал в немилость из-за того, что нарушил трудовой договор, а теперь еще не мог проводить операции из-за травмы, руководство больницы решило, что нет смысла платить ему зарплату. Тэчжу отправили в вынужденный отпуск под предлогом того, что ему нужно отдохнуть, пока рука не заживет. Теперь он не будет получать даже урезанную зарплату. Все безнадежно запуталось – как старые телефонные провода вокруг столба. «Где же мне теперь найти деньги?»

Выходя из своего кабинета, Тэчжу столкнулся с Ёнсоном, который поджидал его у двери.

– Профессор… Мне очень жаль, что так получилось. Я не знал, что это вы…

Естественно. Он и подумать не мог, что курьер, торговавшийся из-за четырех тысяч вон, окажется его профессором. Да и Тэчжу никогда не думал, что за несчастную тысячу согласится пешком ползти на пятнадцатый этаж. Тэчжу опустил взгляд, не в силах смотреть Ёнсону в глаза.

– Простите, профессор. Мне правда очень жаль.

– Просто старайся изо всех сил, пока мы не встретимся снова. Пусть твой халат и дальше будет таким же чистым и отглаженным. Это хорошо выглядит.

Тэчжу похлопал по плечу Ёнсона, который неотрывно смотрел на его загипсованную руку, и ушел.

Он ехал в автобусе, идущем в Ённамдон, когда позвонили из компании по ремонту котельных.

– Смета на ремонт готова. Сейчас я вышлю ее вам сообщением.

– Когда вы сможете приступить к работе?

– После того, как вы ознакомитесь со сметой и внесете предоплату.

– Хорошо.

– Готово. Пожалуйста, ознакомьтесь со сметой и перезвоните нам.

Тэчжу боялся смотреть на смету. Интересно, во сколько обойдется ремонт? Его предупредили, что если оставить все как есть, то неисправная труба может привести к утечке воды через перекрытия на нижние этажи. Придется платить компенсацию… К тому же он хотел поскорее уехать из родительского дома. Увидев сумму, Тэчжу потрясенно воскликнул:

– Почему так дорого?

Он перезвонил в котельную компанию. Техник сказал: да, разобрать весь пол, чтобы найти и устранить утечку и установить новый бойлер, и правда будет стоить десять миллионов вон. Он добавил, что это даже дешево,