Пленники белых ночей - Ирина Ширяева Страница 49

– Что? – не разобрал Стива.

– Аластар… Ирландский вариант имени Александр, – пояснил Митя.

– Ну и?..

– Так певец же такой есть! АлаStar!

– А! – вспомнил Стива. – Это который: «Вода над шпилями сомкнется… Кораблик килем волн коснется»?

– «Раз… Два… Три… Четыре… Пять… Понесутся воды вспять…» Да! Он самый! – подтвердил Митя. – «Предсказание»… Все знают.

Все знают и все поют. Важное соображение на этот счет у него уже, кажется, однажды забрезжило. Но что-то в тот момент досадно отвлекло. Какая все-таки тогда догадка мелькнула? Э-э-эм-м-м… Все поют и все повторяют. Как заклинание… Вот! Во-о-от!

– Заклинание! – вскричал Митя.

За бортом громко плеснуло. Взметнулась высокая волна и обрушилась на людей в катере. Дно залило водой по щиколотку.

– Заклинание! – продолжал кричать Митя. – Припев!.. Это… заклинание!

Неподвижно сидевший до сих пор Костик охнул, схватил специальную банку и принялся вычерпывать воду, шкрябая по дну.

– Все сходится! – тоже восторженно заорал обычно сдержанный Стива. – Никсы!.. Заманивают людей!.. Своей музыкой!.. Тысячи фанатов!.. Много раз повторяют заклинание!.. И тем самым колоссально усиливают его действие!..

– И белые ночи… – неожиданно вклинился Костик.

– Что? – непонимающе обернулся к нему Стива.

– Белые ночи – это туманный коридор между Явью и Навью… – начал объяснять Костик. В эту минуту как раз наступило небольшое затишье, и скелет мог особо не орать. – Обычно ворота в него закрыты… Есть только небольшие калитки и тайные ходы… Но в белые ночи ворота открываются, и всякое колдовство в Петербурге усиливается в несколько раз…

– Откуда знаешь? – удивился Митя.

Скелет пожал плечами.

– Это известно каждой мистической сущности. – И напомнил гордо: – Я мистическая сущность.

«Страшно представить, что он там еще мог навспоминать», – хмыкнул про себя Митя.

– Все отлично! – подвел итог спонтанному мозговому штурму Стива, закончив набирать сообщение на телефоне. – Главное!.. Что мы нашли источник темной энергии!.. Которую!.. Сбрасывали!.. В залив!..

Глава 3

Спросите у Петра

Между тем катер свернул направо. Они проплыли над набережной и стали пробираться между аккуратно подстриженных крон зеленых деревьев, которые нещадно трепал буйный ветер. Это был небольшой парк, разбитый перед зданием института со стороны Невы.

Вот показалось желтое здание Смольного, затопленное до окон второго этажа.

Одно окно было раскрыто, и в нем виднелась зеленая фигурка, которая изо всех сил махала долгожданным спасателям белой тряпицей.

Лиза?!

Стива и Митя насторожились и подтянулись. Что сулит им эта встреча?

Оба они испытывали особые чувства к прекрасной смолянке. Но, как надеялся Митя, природа этих чувств была разной. Или все-таки одинаковой?

Но это точно Лиза?

Митя нетерпеливо ерзал на мокрой скамье, до рези в глазах вглядываясь в силуэт в окне.

Форменное платье смолянки… Машет, должно быть, снятым передником… Русая коса…

– Лиза!!! – заорал он во все горло.

Лиза стояла на коленях на широком подоконнике. Одной рукой она вцепилась в раму, в другой комкала свой белый фартук.

Катер подлетел к окну и развернулся бортом.

Митя кинулся к девушке, сильно при этом качнув легкое суденышко.

И в эту минуту отчетливо понял, что никакое она не чудовище. А самая что ни на есть настоящая. Такая вот: заплаканная, дрожащая и улыбающаяся сквозь слезы. С растрепанной косой и по-детски расцарапанной щекой.

Митя протянул руки, и Лиза, опершись на них, удачно спрыгнула прямо в катер.

К ней сразу все кинулись. Закутали в плед, а сверху надели дождевик – их Стива достал из-под откидного сиденья.

Девушка все не могла прийти в себя и растерянно твердила:

– Благодарю вас… Благодарю… Я уже почти не надеялась… Связи нет… Никто не отвечает… Вода прибывает… Все про меня забыли…

– Ну что вы! Как мы могли про вас забыть! – галантно возразил Стива, протягивая Лизе стакан налитого из термоса горячего чая.

Митя заметил, что улыбка у него при этом была неопределенная: вроде сострадательная, но весьма сдержанная.

– Расскажите же, что с вами случилось, – мягко попросил кавалергард.

К слову, разговаривать здесь, у солидной желтой стены Смольного было гораздо удобнее, чем на открытом речном пространстве. Здание защищало от ветра и тем самым создавало около себя небольшую территорию относительного покоя. Наверное, поэтому Стива и не спешил отчаливать.

– Всех девочек родители разобрали по домам еще ночью. Утром – двух последних, иногородних, – начала Лиза, обняв ладонями горячий стакан и грея об него руки. – Отец позвонил начальнице, сказал, что сейчас меня заберет. Я ждала, когда за мной приедут. Но никто не ехал… – Девушка сделала пару глотков обжигающего напитка, и из ее глаз покатились слезы. Лиза, кажется, этого даже не заметила, потому что кругом и так было мокро. – Я не могла дозвониться. Один раз с папиного телефона ответил старый лакей. У папы случился внезапный приступ. Лежит, шепчет только что-то вроде: «Почему сейчас… Почему сейчас…» Вся прислуга разбежалась…

– «Почему сейчас…» – тихо повторил Митя. И добавил вполголоса, обращаясь к Стиве: – Вероятно, Темная миссия была запланирована на осень. Обычное время питерских наводнений. Но не рассчитали, что действие заклинания настолько ускорит процесс. Плюс эффект белых ночей, как подсказал Костик.

Лиза посмотрела непонимающе, но ничего не спросила.

– Не переживайте, – сказал Стива девушке. – Я сейчас распоряжусь, чтобы вашего батюшку эвакуировали и оказали ему медицинскую помощь. – Он пробежался пальцами по клавишам телефона. – Ну вот, все в порядке.

– Благодарю вас! – порывисто воскликнула Лиза.

– Не за что, – слегка даже поморщился Стива и кинул на Митю выразительный взгляд.

Митя понял, что он хотел сказать: с князем Эспером еще предстоит разобраться.

– Но как же вас бросили одну в затопленном здании? – не отставал кавалергард.

– Персонал тоже спешно эвакуировался, – вздохнула девушка. – Со мной оставалась классная дама, но и она куда-то делась.

– Это та самая классная дама, у которой подол всегда мокрый? – спросил Митя, желая хоть немного развлечь Лизу.

Девушка кивнула, грустно улыбнувшись.

А Митю что-то вдруг словно зацепило.

Всегда мокрый подол… Женщину-никсу, когда она превращается в человека, можно распознать только по мокрым краям одежды… Полонез… Родинка над губой… «Все мы пленники белых ночей…» Русалка под Литейным мостом…

Все это наконец сложилось в логическую цепочку.

Вот болван! Дубина стоеросовая! И как он раньше не догадался!

Лицо русалки потому показалось ему смутно знакомым, что у нее была родинка над верхней губой!

– Ваша классная дама – это женщина-никса, – сказал Митя. – Она была приставлена за вами шпионить. Плюс выполняла еще кое-какие поручения Разрушителя, – добавил парень, имея в виду попытку утопить его под Литейным мостом.

Лиза посмотрела на него испуганно.

На Стиву же с Костиком Митино открытие особого впечатления не произвело. Оно