Околдованная чаем - Эми Пинто Страница 46

Мика прикусила губу. Ну вот, началось. Директриса Зара наконец-то приняла решение – она исключит Мику. Опять.

– Но, – продолжила директриса, – ты ещё и спасла мою дочь, Джун, – она замолкла, вытирая влагу в уголке глаза. – И ты остановила Марипозу. И в итоге весь этот хаос заставил меня задуматься над изменениями в нашей системе деления по цвету передников. Получается, она породила нездоровое соперничество, а это нехорошо для школы.

Мика кивнула. Конечно, в этом был смысл – школа существует для того, чтобы учиться, а не драться за дурацкие передники. Но как бы там ни было, она успела узнать, что золотой – не её цвет.

– И я никогда бы не узнала этого, – сказала директриса, – если бы не ты. Нам пришлись бы ко двору такие ведьмы, как ты.

Мика с трудом сглотнула, глаза у неё были на мокром месте. Это не приз за лучшее зелье или грамота первой ученицы в классе. Но ничуть не хуже.

– Спасибо. Я…

– Итак, – директриса велела ей замолчать взмахом руки, – я официально отменяю твоё исключение. Я хочу, чтобы ты осталась в Академии чаеварения Маргариты.

– Я? – ахнула Мика. – Но я же завалила вступительный экзамен! Да и какая из меня ведьма? Я даже семейный рецепт заварить не могу!

Тут Весельчак вскочил на ноги, так что затрясся его кругленький животик, и возразил:

– Ты наделена крайне редкой способностью. Ты занимашка, как наша директриса. Ты можешь занять чей-то фамильный рецепт и использовать его, даже не отдавая себе в этом отчёта.

– Марипоза скорее всего знала об этом, – добавила директриса. – Вот почему она так хотела взять тебя под крыло.

– Дар Глотать, – пробормотала себе под нос Мика. Дар, которым может быть наделена только одна ведьма в мире. У неё заалели уши. – Я занимаю чужие рецепты? Так значит, все эти недоразумения, все эти погромы, из-за чужих рецептов? Постойте, выходит, на мне нет сглаза?

Весельчак сдвинул бронзовые брови и с важным видом закрутил носом, принюхиваясь:

– Ну, строго говоря…

Мика сглотнула.

– Весельчак, – одёрнула его директриса. И ласково взглянула на Мику: – Ни о каком сглазе даже речи быть не может. Кто поверит в такую ерунду? Но поскольку ты, Мика, оказалась занимашкой, тебя переполняют рецепты. Это значит, что твоё чаеварение в десятки, сотни раз опаснее и сложнее. И сильнее.

У Мики перехватило дыхание.

– Твой потенциал, Мика, безграничен.

У Мики разгорелись глаза. Она не ослышалась? Директриса правда считает, что у неё есть потенциал?

– С такой ученицей, как ты – конечно, под надлежащим руководством – Академия чаеварения Маргариты станет не просто хорошей школой, но лучшей школой волшебства в мире, – продолжала директриса. – А потому я буду рада предложить тебе летние занятия!

Мика раскраснелась, а в глазах так щипало, будто она угодила в чайную реку. Она представила лицо тётушки Хелен, когда она вернётся домой с этой новостью. Она представила, как тётушка гладит её по плечу, и на её лбу наконец-то разглаживается озабоченная складка. Но… Мика заметила, как смотрит на неё директриса, и прикусила губу. Потому что в её глазах она уловила зародыш честолюбия – тень, которую ей уже приходилось видеть.

– Это большая честь, – сказала она вслух. – Но думаю, я воздержусь.

– Нет? – директриса задрала брови. – Ты хоть понимаешь, от чего отказываешься? Представляешь, сколько чайных ведьм мечтают попасть ко мне в ученицы? Ты станешь великой чайной ведьмой, Мика. Я вижу в тебе так много от себя.

Мику передёрнуло. Она вспомнила слова Марипозы: «Когда-то я была как ты».

– Спасибо вам, – сказала она. – Но сейчас есть другие важные вещи, которыми я бы хотела заняться.

Директриса поджала губы, и зловещая тень покинула её глаза – к великому облегчению Мики.

– Что ж, тогда отдыхай на каникулах, – разочарованно протянула директриса. Уголок её губ слегка поднялся. – Буду с нетерпением ждать твоего возвращения на следующий год.

– И… вы правда не боитесь, что меня сглазили? – не удержалась Мика.

– Конечно, нет, – фыркнула директриса.

Но уже поворачиваясь к двери, Мика всё же успела заметить морщинку на бронзовом лбу Весельчака – морщинку, которая словно говорила:

– Ну, строго говоря… всё может быть.

Глава 28. Его высочество Глеб

Солнечные пятна, словно лужицы топлёного масла, лежали на лицах многочисленных посетителей чайной лавки, в тишине наслаждавшихся ароматным напитком в мягких креслах с зелёной обивкой. Стены больше не украшали ковры – им хватало работы разносить по городу заказы. Их место заняли зеркала всевозможных размеров и форм – последнее приобретение тётушки Хелен, прочитавшей рекламу в газете. Вот если бы это были не простые зеркала, а, например, окна в иные миры! Но, увы, до сих пор они отражали лишь Аахори, расчёсывавшую хвост.

– Я иду за покупками. У нас, похоже, опять кончился сахар, – крикнула Аахори в кухню, когда колокольчик на двери сообщил о новом клиенте. – Надеюсь, чайные ведьмы сумеют присмотреть за лавкой, пока меня нет?

Мика перестала стучать пестиком в ступке и переглянулась с Джун, с таким старанием взбивавшей в пену миндальное молоко, что брызги оседали на волосах.

Представляете: после долгих уговоров и просьб директриса отпустила Джун провести летние каникулы, работая помощницей в лавке у тётушки Хелен. Как-никак, Джун всю жизнь мечтала работать в чайной лавке, а директриса работала над… более гибким подходом, и процесс был в самом разгаре.

– Мы справимся, – крикнула Мика в ответ, отвлекаясь лишь для того, чтобы погладить по носу Глеба, лягушонка размером с кота – последнее прибавление в семействе.

Представляете: после долгих переговоров и просьб, плюс множества ободряющих писем от профессора Хомяка, тётушка Хелен согласилась, что Глеб может остаться у них. В конце концов, он же не мог вернуться жить на болоте, верно? Особенно после того, как он спас их всех от Марипозы.

– Ага, – Джун улыбнулась, не прекращая орудовать венчиком. – Не беспокойся!

Аахори накинула на плечо пустую сумку для покупок, вздохнула как раз с таким видом, что непременно будет беспокоиться, и вышла. Едва дождавшись, пока она скроется из виду, Джун обратилась к Мике:

– Наконец-то. Думала, она никогда не уйдёт, – Джун ухмыльнулась. Из-под ворота вылезла Вонючка.

Мика покачала головой с самым строгим видом:

– Нет-нет! Никаких шуточек в чайной лавке! Нам следует заниматься только чаем, следить за тем, чтобы у всех клиентов были полные чашки, и… – Джун поморщилась с таким видом, что Мика невольно затараторила, будто оправдываясь: – Зато потом нас точно ждёт Ночной Базар. Я всегда считала, что чай с бобой – лучшее завершение дня.

– Что-то я раньше такого не слышала, – ухмылка Джун сделалась ещё шире.

– Это правда, – заметил от кассы Счастливчик. –