Город забытых легенд - Александра Royal Страница 45

— Какая вкусная... — прошептал вампир.

— Невероятная... — прорычал оборотень.

Перед глазами всё поплыло.

И вдруг кулон на моей груди раскалился. Не нагрелся — именно раскалился, будто внутри него в одну секунду вспыхнуло настоящее солнце. Жар оказался таким сильным, что я вскрикнула ещё раз — и в тот же миг раздался сухой хлопок. Потом второй.

Я не сразу поняла, что произошло.

Эльф оказался рядом быстрее, чем я успела моргнуть. Его лицо оставалось абсолютно спокойным, холодным, без единой эмоции — только в руке сверкнул тонкий серебряный клинок. Одно движение. Второе. Головы вампира и оборотня почти одновременно отделились от тел. Тёплая кровь брызнула мне на лицо.

Я застыла. Не могла даже закричать — только смотрела.

Он убил их. Так спокойно. Так быстро. Будто делал это уже тысячи раз.

Меня затошнило. Желудок болезненно сжался, колени подкосились, кровь продолжала медленно стекать по моим ладоням. Последнее, что я увидела перед тем, как сознание окончательно погасло — эльф опустился передо мной на одно колено и тихо произнёс:

— Простите...

Мир исчез во тьме.

Больно. Господи, как же больно.

Казалось, обе руки окунули в кипящую лаву. Я пыталась закричать — наверное, даже кричала, но собственный голос до меня не доходил, только глухой звон в ушах.

С огромным трудом я открыла глаза.

Надо мной склонился тот самый эльф. Он осторожно промывал мои раны прозрачной жидкостью с терпким запахом трав, и каждое его прикосновение отзывалось новой вспышкой боли. Я резко дёрнула рукой.

— Не трогайте...

Он спокойно поднял взгляд.

— Иначе начнётся заражение.

Я замерла. Только сейчас память вернулась — вампир, оборотень, кровь, крики.

— Почему?.. — Мой голос дрожал. — Почему они это сделали?

Эльф молча закончил перевязку. Лишь потом ответил:

— Кровь хранителей слишком ценна. Особенно в день пробуждения.

— День рождения...

— Да. Сегодня твоя кровь обладает самой высокой силой.

Теперь я поняла. Они не хотели меня убить. Они просто потеряли над собой контроль. От этой мысли стало ещё страшнее.

Эльф поднялся и протянул руку. Я осторожно вложила в неё свою ладонь — и в следующую секунду он неожиданно поднял меня на руки.

— Что вы делаете?! Поставьте меня!

— Ты не сможешь идти.

— Смогу!

Я попыталась вырваться, но сил почти не осталось. Он лишь крепче придержал меня и посмотрел прямо в глаза.

— Если бы хотел причинить тебе вред, Айла... я бы не спасал тебя.

Я невольно замолчала. Логично. И именно эта логика пугала сильнее всего.

Через несколько минут я всё же попросила:

— Пожалуйста... Поставьте меня.

Он осторожно опустил меня на землю. Ноги дрожали, каждый шаг давался с трудом, но я шла. Мы молча двигались по пустым улицам Андовера — старые дома, фонари, туман, и та странная тишина, которая, казалось, не была пустой, а была наполненной чем-то невидимым и очень старым.

Вдруг земля под ногами едва заметно качнулась. Я испуганно остановилась.

— Землетрясение?

Эльф отрицательно покачал головой.

— Тогда что?

— Город. Он почувствовал тебя.

По моей спине пробежали мурашки.

Он мягко коснулся ладонью старой кирпичной стены.

— Попробуй.

Я нерешительно приложила руку — и под пальцами что-то дрогнуло. Будто я коснулась живой кожи. Я резко отдёрнула ладонь.

— Что это было?!

— Этот город жив, — спокойно произнёс он. — Он существует намного дольше людей. Именно здесь когда-то запечатали Первый Разлом. Он всё ещё хранит его. Поэтому обычная магия здесь почти не действует. Зато магия Разлома...

Он не закончил фразу.

Под мостовой медленно прокатилась ещё одна волна — будто где-то очень глубоко просыпалось огромное существо. Стало страшно. По-настоящему страшно.

— Нам нужно идти, — он выглянул из-за угла. — До реки осталось немного. Старейшины уже должны ждать нас. Только они смогут объяснить тебе всё.

— Объяснить что?

Он повернулся, и его лицо впервые стало по-настоящему серьёзным.

— Почему именно ты способна закрыть Главный Разлом.

Я почувствовала, как сердце ушло в пятки.

— Я... Я обычная девушка...

— Нет, — он покачал головой. — Ты просто ещё этого не знаешь.

В этот момент прогремел выстрел. Громкий. Оглушительный.

Эльф вздрогнул. Его глаза удивлённо расширились, и по белой одежде медленно расползлось алое пятно. Он ещё попытался что-то сказать — но тело безжизненно рухнуло к моим ногам.

Я вскрикнула и упала на землю, сразу зажав себе рот ладонями. Раны на запястьях снова открылись. Свежая кровь потекла по бинтам.

Из темноты медленно вышел мужчина. Высокий, в длинном чёрном плаще, на широком ремне — патроны, ножи и стеклянные флаконы с неизвестными зельями. Он шёл медленно, совершенно спокойно, будто никуда не торопился. Остановился рядом с телом эльфа, опустил взгляд.

— Глупец.

Потом перевёл глаза на меня.

— Неужели ты действительно собиралась ему поверить?

Я медленно попятилась.

— Кто... Кто вы?..

Он усмехнулся. Тепло-карие глаза, густые брови, ямочка на подбородке — что-то в этом лице было пугающе знакомым, и именно это знакомое пугало больше всего.

— Бабушка ничего не рассказывала? Даже фотографий не показывала?

Сердце болезненно сжалось. Он подошёл ближе, опустился передо мной на корточки, и голос стал неожиданно мягким.

— Ты ведь до сих пор боишься солнца?

Я застыла.

— Потому что оно кусается.

Воздух исчез.

Я никогда. Никому. Кроме бабушки. Никогда не говорила этих слов.

Он улыбнулся ещё шире и медленно протянул мне руку.

— Ну здравствуй. Меня зовут Айзек Морган. Когда-то я был главой Ассоциации Стражей Порядка.

Пауза.

— И... я твой отец.

Я перестала дышать.

— Ты врёшь.

Голос прозвучал хрипло. Я отступила ещё на шаг, не позволяя ему приблизиться, и сердце билось так сильно, что каждый удар отдавался в висках.

— Мой отец погиб. Бабушка говорила именно так.

Мужчина лишь устало усмехнулся.

— Правда? И что ещё она рассказывала?

Он говорил спокойно — слишком спокойно для человека, которого только что назвали мёртвым. Из кармана он достал небольшой флакон, наклонился и аккуратно обработал раны на моих запястьях прохладной прозрачной жидкостью. Жжение исчезало прямо на глазах. Следы укусов начали медленно затягиваться.

Я смотрела на него, не мигая.

— Спасибо. Но я всё равно тебе не верю.

Он улыбнулся уголком губ.

— Конечно не веришь. Ты же Морган.

Он поднялся, помолчал немного, потом неожиданно сказал:

— Ну так что: паспорт показать не могу, удостоверение давно осталось в другом мире. ДНК здесь тоже никто не сделает. Но есть вещи, которые невозможно подделать.

Он сделал шаг ближе.

— Растяпа.

Я застыла. Это слово. Так меня называла только бабушка. Всегда — когда я падала, когда забывала ключи, когда снова приходила домой промокшей после