Книжники. В объятиях прошлого - Ирина Фуллер Страница 38

В офисе охотников стояла оглушающая тишина. Обычно здесь царило оживление: кто-то болтал с коллегами, кто-то разговаривал по телефону, кто-то стучал по клавишам клавиатуры. Но в этот раз привычную суету сменило траурное молчание.

— Что случилось? — спросила Констанция, окинув взглядом коллег.

Ей ответила Арина:

— Клара умерла.

Эпизод 4. Глава 1

Эпизод 4 | «Вы наделены великим талантом. Вы умеете молчать»

— Послушай, это третий кофе за день, Конс, — протянул Аврелий, ставя чашку на стол.

Констанция еще несколько секунд безразлично стучала по клавиатуре, потом бросила взгляд на американо, скривила губы и вновь отвернулась к экрану.

— И ты еще не допила предыдущий, — заметил он укоризненно.

Аврелий провел в больнице всего два дня, уже в субботу его выписали, о чем Констанция узнала из десятка сообщений, которыми завалил ее стажер, даже в мессенджерах многословный и говорливый. Отбиваясь от текстовой атаки емкими «ок», она сочла неуместным сообщать о смерти Клары в переписке, поэтому в понедельник ничего не подозревающий Аврелий ввалился в офис охотников с новым анекдотом и связкой мандаринов. Впрочем, он быстро сбавил обороты, когда Арина тихо сообщила ему новости.

Следующие несколько часов он безропотно исполнял указания Констанции, посмев пожаловаться только ближе к обеду.

На эту попытку вызвать сострадание откликнулась Мила, сидевшая на краю стола Констанции и ожидавшая информацию по своей охоте:

— Ты наказан, Ава. Прими это с достоинством.

Тот сердито вспыхнул:

— Где ваше сострадание? Я едва не погиб!

— От того, что ты напоминаешь мне о собственной ошибке, ситуация не становится лучше, — бросила Констанция, не отрывая взгляда от компьютера.

Она искала для Милы оставшиеся после прежней охоты снимки графа Монте Кристо.

— Признайся, ты злишься не из-за того, что я подставился Миледи, а из-за того, что соврал про нас друзьям.

Она даже комментировать это не стала.

«Разумеется, да».

— Но тебе не кажется, что я достаточно наказан? У меня дырка в боку. Разве это не чрезмерно суровая кара за мелкое желание не выглядеть последним неудачником перед бывшей?

— По роще осиновой, по роще калиновой, — пропела вдруг Мила, постучав пальцами по столешнице.

— Не нужно путать причину и следствие, Тиберий, — тем временем строго сказала Констанция и сердито отодвинула клавиатуру. — Ты получил ранение из-за того, что оказался достаточно самонадеян и беспечен, потерял бдительность в присутствии такого персонажа, как Миледи. Ошибка — дырка.

— На именины к щенку, — раздался тихий голос Милы.

— А потом ты втянул меня в обман, воспользовавшись чувством вины и жалостью к твоему состоянию, — продолжила Констанция. — За это ты будешь до конца жизни носить мне кофе.

Аврелий прижал руку к тому месту, где его ранила Миледи.

— Прошло три дня. Достаточно много, чтобы простить. Недостаточно много, чтобы я совсем не чувствовал боли, и ты так меня терроризировала.

— В шляпке малиновой, шел ежик резиновый…

Констанция посмотрела на Милу, которая продолжала напевать красивым, мелодичным голосом. Заметив прикованное к ней внимание, та эффектно, на оперный манер закончила:

— С дырочкой в правом боку.

Констанция поджала губы, силясь не рассмеяться. Все же ей было немного жаль Аврелия, не стоило делать его беду поводом для шуток.

К тому же книжники все еще старались избегать громких разговоров, смеха и явного веселья. Клара мало с кем общалась по-настоящему близко, однако ее ценили. Ужасная гибель — упала с передвижной лестницы у книжных стеллажей в Абонементе — шокировала всех.

Для Констанции же это происшествие оказалось еще более значимым, чем для остальных, и вовсе не из-за особой привязанности к скончавшейся женщине.

Случилось кое-что, что пока не поддавалось логическому анализу, но определенно имело значение.

В пятницу, спустя три часа после того, как Констанция приехала в Библиотеку из больницы и узнала о трагедии, на нее вновь распределили дело. Она отправилась в Абонемент, чтобы получить ловец. Лицо Христофоры Николаевны, красное и опухшее от рыданий, вызывало зеркальное желание поддаться слезам. Смерть прошла так близко: это не могло не рождать мысли о хрупкости человеческой жизни и воспоминания о других потерях.

Однако, взглянув на формуляр с адресом, Констанция ощутила короткую вспышку радости. «Малая Морская, 10». Дом Пиковой дамы. Известное литературное место, но не то, где устроился бы с книгой обычный читатель. Можно было рассчитывать на то, что персонаж сбежал именно из повести Пушкина. Которую Констанция, правда, не читала. Поэтому она обратилась к Христофоре Николаевне:

— Мне нужна…

Та, не дослушав, понимающе кивнула: уж ей ли, с многолетним опытом работы книжницей, не знать.

— … Пиковая дама, — тихо завершила Констанция, и они одновременно посмотрели на книжные полки. — Давайте… давайте я сама найду?

В любой другой день ее с подобным предложением отправили бы восвояси. Однако теперь Христофора Николаевна промокнула влажные щеки бумажной салфеткой и коротко кивнула.

Констанция прошла мимо стальных мобильных шкафов и остановилась у длинного стеллажа, что расположился вдоль стены. Там, прикрепленная к рельсам у верхней полки, приковывала взгляд лестница с широкими деревянными ступенями и колесиками внизу. Клара, худенькая, изящная в движениях, всегда на удивление ловко отталкивалась от полок и прокатывалась на этой конструкции, могла вспорхнуть наверх и заставить лестницу проскользить в сторону. Цепко выхватывала нужный том и в следующее мгновение оказывалась внизу. С четверга на пятницу она вышла в ночную смену. Дежурившие охотники были на выезде, никто не видел и не слышал, как именно несчастная упала, но происшествие оказалось фатальным.

Констанция торопливо отыскала нужную книгу. Неприятное волнение не оставляло: дрожащие ладони вспотели, и томик выскользнул из рук. Констанция наклонилась, да так и застыла. На полу, рядом с «Пиковой дамой», лежала закладка. Цветной прямоугольник многозначительно выглядывал из-под стеллажа, и даже уголка хватило, чтобы распознать хорошо знакомый рисунок. Юркий лосось в бирюзовой воде. Это была закладка Егора.

— Что вы делаете? — раздался голос у Констанции за спиной, и она, схватив закладку и книгу, распрямилась.

Обернулась.

— Кинг, — выдохнула она. — Мне нужна была книга…

Её неопределенный жест ничего не прояснил, но Артур понимающе кивнул.

— Что ж… — проговорил он, пряча руки в карманы клетчатых брюк. — Хотел сказать, заберите уже ловец с Миледи. Это против всяческих правил, так долго держать там персонажа.

— Я же сказала, чтобы вы