Истории старого Дома продолжаются - Юлия Чернухина Страница 37

– Лева, ну ты будешь исправлять ошибки, на которые тебе указала лягушка? Или так и будешь с открытым ртом меня рассматривать? – нахмурился Отрывкин.

– Да, сейчас исправлю… – пробормотал Лева смущенно.

Он добавил тех трав, о которых ему говорил Отрывкин. После чего бурая жидкость в колбе приняла болотно-зеленый цвет, потом изумрудный, потом бледно-розовый, и, наконец, над колбой пошел пар. Когда пар рассеялся, в колбе была абсолютно прозрачная жидкость.

Лева радостно заурчал и с победным воплем: «Получилось!» – хотел уже побежать к Васе хвастаться. Но Отрывкин его остановил:

– Ты, Лева, для начала запах проверь. Запах должен быть очень приятным, цветочным. Если его нет, как бы ты не облысел от своего эликсира. – Отрывкин говорил все так же минорно. – А то вместо «спасибо» получишь скандал.

Лева с тревогой посмотрел на Отрывкина, а потом аккуратненько взял колбу лапой, поднес к носу и с опаской понюхал. От жидкости действительно исходил очень приятный аромат – не то лесных цветов, не то тропических; может быть, даже магнолией пахло. Но, наверное, вдох был слишком глубоким, и у Левы на носу выросла ромашка.

Почувствовав неладное, он скосил глаза к носу, и то, что он там увидел, ему очень не понравилось. Лева собрался хлопнуться в обморок. Но Отрывкин, тяжело вздохнув, щелкнул пальцами и брызнул на нос Леве дедушкиной настойки. Ромашка исчезла, но нос почему-то увеличился в размерах.

– Через пару дней придет в норму, – меланхолично пояснил Отрывкин.

Лева задумался: а понравится ли Васе такой эликсир?

«Но все-таки что же происходит с Отрывкиным, – огорченно продолжал думать Лева. – Я никогда его таким грустным не видел».

– Слушай, Отрывкин, а ведь мы же договаривались, что тебя трогать не будем. Что тебе нужен отдых, хорошее питание, чтобы ты просто отдохнул от магии. Особенно после того несостоявшегося поединка магического. Ну, помнишь ту рыжую, почти ведьму, Женю? – спросил Лева.

Отрывкин вздрогнул и переменился в лице. Он пошел красными пятнами, но в глазах появилась жизнь, и они даже заблестели.

– Конечно, помню. Разве я могу ее забыть? – вздохнул так же грустно Отрывкин.

«Так вот в чем дело-то, – смекнул Лева. – Влюбился наш Отрывкин, тоскует он по этой Жене. А она ведь сейчас на доучивании в Школе магических искусств, куда ее отправил Ворон. И учиться ей там еще минимум два года, но если с позитивом жить будет, то восстановится быстрее. Надо пойти с друзьями посоветоваться, что делать. А то ведь так недолго и Отрывкина потерять».

От этих мыслей Лева пришел в тихую панику.

– Ты, Олег, иди к себе, подумай над диссертацией в обнимку с любимым паркером, а мне с Васей надо поговорить насчет эликсира: понравится ей такое или нет. Садись за свой любимый рабочий стол и занимайся делом… либо я свистну общий сбор, и тогда ты уже ни от кого не отмахаешься, ни от чьей помощи и советов. И вообще, я такой шум подниму, что тебе мало не покажется, – угрожающе закончил Лева.

Отрывкин с укоризной посмотрел на друга Леву и произнес:

– И ты, Брут.

Лева совсем расстроился.

– Совсем ты стал плохой, Олег. Ну какой я тебе Брут? Лева меня зовут, Лева. И давай на этом закончим. Пошли в Дом, – заключил Лева расстроенно.

Отрывкин, не возражая, отправился к себе в рабочий угол и опять там уставился в одну точку. Но думал он уже о Школе магических искусств и о том, как там «его» Женя себя чувствует, и как она учится, и можно ли ее навестить, и не держит ли она на него, Отрывкина, зла. Почему-то последний вопрос очень его тревожил. Думать о Жене и волноваться за нее было очень приятно, а от того – странно. Так Отрывкин еще себя не чувствовал никогда.

Лева тем временем проскочил в библиотеку (эликсир, конечно, забыл в лаборатории) и по-особенному клацнул зубами, чтобы созвать всех на совет. После такого магического клича в библиотеке через минуту появились все: Сова, Соловей, Вася с котятами и крысятами, Ворон; даже Дом скрипнул, обозначив повышенное внимание. Только Манюня дрыхла, как всегда, где-то в уголочке. Лева настолько редко всех созывал на общий сбор, что никто даже не усомнился в его необходимости.

– Случилось страшное, – с ходу начал Лева.

– Ты сразу-то не пугай до смерти, – проворчала Сова. – Ты лучше по делу сразу говори, пока инфаркт не хватил.

– Хорошо, по делу, – продолжил Лева. – Отрывкину плохо.

Сова схватилась за сердце:

– Ты со своими подходами всех в гроб вгонишь!

– А ты не перебивай, когда тебя не спрашивают, – окрысился на Сову Лева. – Короче, Отрывкин наш влюбился. И не просто влюбился, а так сильно, что начал хандрить.

– Уф, – выдохнула Сова, – я уже думала совсем что-то страшное. А любовь, она полезна.

– Угу, – саркастически начал Ворон, – полезна. Особенно по тебе это видно.

– А кто будет на меня наезжать, получит клювом в лоб, – заворчала Сова. – И вообще, любовь любови рознь. Если она взаимная, то это всегда хорошо! А вот если…

Сова не договорила, но все и так поняли, о ком она.

– Ты у нас, конечно, спец в таких делах, – похихикал Соловей. – Сейчас ты нам все расскажешь и дашь нужный совет, как исцелить Отрывкина.

– Какие вы все бесчувственные! – произнесла Василиса. – Человек влюбился, не знает, что ему делать, не уверен в том, что он кому-то нужен. А вы тут хихикаете, вместо того чтобы хотя бы попытаться помочь, – укорила она своих друзей.

Друзьям стало стыдно. И правда, тоже нашли тему для смеха. Олегу действительно нужна помощь.

– В кого влюбился Отрывкин, мы все знаем, – взял разговор в свои крылья Ворон и начал рассуждать: – И она сейчас в Школе магических искусств. И учиться ей там еще два года без права выхода с территории Школы, то есть из того измерения, где Школа.

– Это точно, – проговорила Сова. – Маг не может жить с таким негативом, который нацепляла она перед несостоявшейся дуэлью. – Неожиданно Сова хихикнула: – Только увидела нашего Отрывкина и влюбилась в него сразу, это было видно. Давайте устроим им встречу.

– Что тебе там видно-то было? – рассердился Лева. – Если бы ты увидела сразу, то предотвратила бы обезмагивание Жени! А то ишь, видно ей было!

– Тебя там не было, вот и молчи! Может, я старалась, да не получилось! – окрысилась на Леву Сова.

– Плохо старалась! Доцент ты или нет? – не унимался Лева, очень переживавший за Отрывкина.

– Я-то доцент! А вот ты кто такой? Тапочки? Вот и молчи в тряпочку!.. – Сову несло.

– «Доцент тупой», – неожиданно продекламировал фразу из выступления Аркадия Райкина Соловей.

– Ты