Так произошло - Russain Reversal Страница 212

— Детишки, не дают спать с самого утра, — голос мужчины рядом заставил Джонатана развернуться, но тот успел увидеть лишь удаляющуюся от себя фигуру мужчины, на плечи которого был накинут белый плащ, а красная шевелюра которого была украшена шляпой-котелком — что-то, что Джонатан редко видел в Ремнанте.

То, что мужчина при ходьбе также опирался на трость заставило Джонатана ухмыльнуться чуть больше — хотя из своей богатой практики Джонатан мог сказать, что для ходьбы трость тому не была нужна — скорее, та использовалась как аксессуар в его случае.

— Вы потерялись?- голос, глубокий и низкий, заставил Джонатана осознать всего через мгновение, что его фигуру полностью накрыла огромная тень, словно бы от приблизившейся горы.

Развернувшись, Джонатан в полной мере смог подтвердить свое более раннее заключение — говорившим оказался огромный мужчина таких пропорций, что, казалось, он мог заглядывать в окна второго этажа при ходьбе. А мускулатура его тела, совершенно не скрытая его легким прикидом из майки и плаща сверху, совершенно не оставляла и шанса на то, что в случае столкновения с ним кто-либо и вовсе сможет уйти целым.

— Вам помочь?- впрочем, сам мужчина, хотя и смотрел на Джонатана с ровным выражением лица, спросил того и необходимости помощи…

— Нет, спасибо, — но Джонатан лишь покачал головой, прежде чем сделать шаг в сторону, пропуская огромного мужчину.

Тот, правильно поняв его намек, сделал шаг вперед, в один шаг оказываясь в паре метров от Джонатана.

— Хейзел, сколько можно! — голос девушки за спиной Джонатана не заставил того развернуться,- У нас большая партия!

— Гретчен, прости! — впрочем, когда огромный мужчина, напомнивший Джонатану медведя, неожиданно залебезил перед девушкой Джонатан не удержался от легкого смешка,- Мой будильник сломался, я сейчас все сделаю…

Джонатан сделал еще один шаг вперед, затем…

Как думаешь, кто из них умрет?

Затем Джонатан замер на середине второго шага.

Ребенок? Дети часто гибнут даже не от гримм — он может сбежать, попытаться укрыться где-нибудь в подвале — а затем, рухнувшее здание…

Джонатан сделал шаг вперед.

Модник с тростью? Думаешь, у него хватит сил сбежать от подступающей орды?

И еще один.

Здоровяк будет стоять до последнего, это правда. Он перегородит путь к этой Гретчен и будет отбиваться с яростью льва — но гримм все больше и больше…

Джонатан остановился вновь, глядя вверх.

Солнце медленно поднималось вверх над Вакуо, освещая город.

Совсем чуждый ему город…

Город, где тоже живут люди.

Когда Джонатан посещал Вакуо с дочками он обгорел так сильно, что потом ему пришлось еще месяц сдирать с себя обгоревшую пленку кожи.

А еще он отравился так, что три дня лежал дома.

И это не вспоминая о том случае, когда его попытались обокрасть на базаре — хорошо, что Синдер тогда заломала руки грабителю…

Да, Вакуо — это ад на земле. Но живут ли в этом аду демоны?

Джонатан засунул руку под свой плащ — прежде чем вытащить свиток.

8: 00

5 ноября (пн)

1738

Свиток Джонатана тускло поблескивал матовым экраном, мешая чтению, так что Джонатану пришлось прикрыть тот рукой, чтобы прочитать в тени время и дату.

Хах, восемь…

Джонатан не сдержался и хохотнул от неожиданности открытия.

И тут восемь! Разве это не чудесно, хаха⁈

Джонатан убрал свиток в карман, после чего еще раз взглянул на просыпающийся город.

Ты ведь знал, что к этому все и придет?

Джонатан кивнул сам себе.

Именно так.

Так вперед. Времени осталось немного. Орда приближается.

Так произошло.

* * *

Появление Джонатана у Рейвен обычно сопровождалось сперва сообщением о том, что он прибудет через несколько минут — чтобы Рейвен успела выгнать всех, кому не полагалось присутствовать при их встрече, из своего шатра — после чего его появлением из ниоткуда сразу же в центре шатра Бранвен.

Рейвен раздражало и, пожалуй, даже немного пугало это — в отличии от нее, чьи порталы проявлялись мерцающей рваной дырой пространства — Джонатану не требовалось этого. Он просто появлялся там, где ему вздумается мгновенно, без единого слова и звука — кроме звука стука его трости, когда он уже делал шаг вперед, появившись за твоей спиной — а может быть даже перед твоими глазами, словно бы он всегда там находился.

И в этот раз не было ни мгновения, возвещающего его появление — просто в одно мгновение Рейвен поняла, что Джонатан стоит перед ней, уже оглядываясь вокруг в поисках подходящего места, и кивнула в сторону пары стоящих стульев перед приличным деревянным столом, двинувшись к ним же спустя мгновение.

Джонатан же, сделав несколько шагов, сел, оказавшись перед лицом Рейвен, прежде чем взглянуть на ту внимательно.

По лицу Джонатана Рейвен мгновенно поняла, что информация, которую она желала ему передать — о Кроу, например — может подождать.

— Мне нужна точная информация о приближающейся орде гримм, — Джонатан кивнул Рейвен,- Число, расположение, тип, направление движения. В общем, все.

Мгновение спустя Рейвен, осознав сказанное, и не говоря ничего в ответ, только приподнялась со своего места, направившись к стоящему стеллажу.

В бытность просто главой банды бандитов Рейвен Бранвен редко беспокоилась о том, чтобы составлять большие планы, рисовать карты, вести дневники наблюдения — нет, бандиты были проще в этом отношении.

Конечно же, без разведки в диких землях вне пределов городов не могло существовать ни одно общество, однако обычно бандитом хватало простой информации — мало гримм, много гримм, часовые — что-то, что можно было уместить в короткий устный доклад перед очередным походом по пустошам или перед нападением на очередную неудачную деревушку.

Однако в становлении полноценной наемной армией существовали свои нюансы.

И Рейвен Бранвен не горела желанием делать заметки на полях журналов или рисовать стрелочки на картах, однако, в отличии от многих других, она хорошо училась в Биконе.

И у нее были приказы.

Поэтому спустя всего пару мгновений та вернулась за стол, без лишних слов положив перед Джонатаном несколько свернутых в цилиндры карт, после чего журнал — записи наблюдения.

То, что она, собственно говоря, и изучала все это время.

Джонатан, конечно же, не получал того же образования, что и она, потому некоторые заметки для него были непонятны — и даже бесполезны