Калининградские вампиры. Тайна артефакта - Лисса Мун Страница 21

– Вампиры, – без тени усмешки заявила Лиза и как ни в чем не бывало принялась разливать чай по кружкам.

– Или ролевики, – пожала плечами я. Такой вариант казался более логичным, но что-то не давало мне покоя. – Играют, что они вампиры. А другие, что они… м-м-м… охотники?

– Элис, ты себя слышишь? – возмутилась Лиза. – Лилька человека застрелила! И испарила.

– А может, в цирк сходим? – задумчиво протянула я. – Отстали мы с тобой от жизни, современные фокусы не видывали. Там, поди, и не такое показывают.

– Ты ударилась, да? – пожалела меня подруга.

– Нет же, – с подозрением открестилась я и на всякий случай ощупала себя от коленей вверх.

Пальцы наткнулись на кулон. Взгляд метнулся к груди. А неприятные осознания затопили жаркой волной. Я расстегнула цепочку и положила украшение рядом со сладким.

– Он нагревался, даже обжигал, – призналась я, глядя сквозь столешницу. – А у Лильки точно такой же! И она с его помощью колдовала. – Я глубоко вдохнула и повторила: – Колдовала. А как бы иначе сыпучие вещества между собой прореагировали?

– Вот! – обрадовалась Лиза и подскочила со стула, расплескав свой чай. – И никакого цирка!

– Лучше бы цирк! – прохныкала я и потерла лицо ладонями.

Хорошо хоть, что тема с парнями сама собой отошла на задний план. Все-таки не каждый день на наших глазах разворачивалась стрельба из арбалета, да и дополнительные дыры в черепах дерзких незнакомок появлялись редко. И еще реже в нашей компании избавлялись от трупа при помощи странной магической химии.

– Никогда! – вырвалось у меня тихонько.

– Чего? – удивилась Лиза и прихлебнула из кружки.

– Никогда, – повторила я, зажмурилась и скрылась в ванной.

* * *

Ночью я загнала все тревожные мысли в дальние уголки памяти, но казалось, что они остались сухими колючками в кончиках пальцев и внутри живота. Я старательно не обращала внимания на тянущее напряжение и убеждала себя, что все будет хорошо. Мир обычный. Прежний. Знакомый. Нет никаких вампиров и уж тем более волшебных порошков. Есть только неисследованные области науки. Но я, как ученый, обязательно исследую то, чему еще не нашлось объяснений.

С утра пораньше мы с подругой устремились в академию. Подруга спешила на первую пару, а я в лабораторию. Дождь шлепал по покатым крышам приземистых зданий, мешая разговорам. Капли перешептывались, прятали в гудящем шорохе иные звуки, чем раззадоривали смятение.

– Любой феномен можно объяснить, – заявила я Лизе, когда мы поднимались, теснясь под одним зонтом, по низким ступеням на крыльцо родного вуза.

– Разрешаю взять моей крови, – тяжело выдохнула она. – Вдруг я превращаюсь в вампира? Проследишь за метаморфозами.

У Лизы еще с утра поднялась температура. Но она отказалась сидеть дома, ведь сегодня у ее группы преподавал Руслан Игоревич.

– Забегай в перерыв, – согласилась я в шутку. – Откачаем пару литров.

– Кровожадина, – буркнула Лиза, чмокнула меня в щеку и свернула к гардеробу.

Я же проскользнула через огромный мраморный вестибюль, под потолком которого все еще висели мохнатые паучищи, на узкую лестницу в дальнем углу. Спустилась в подземный переход и через некоторое время оказалась в лабораторном крыле академии. Переоделась в собственном маленьком закутке. Идеально белый халат и специальные очки каждый раз превращали меня из обычной девчонки в настоящего ученого.

Хотя кому я вру? В лаборантку! В лабораторную мышь? В бледную моль?

– Химичок! – позвала я. – Как ты тут, малыш?

Первым делом я направилась к клетке. Питомец стойко переживал каждые выходные в полном одиночестве, поедая свои запасы. Он тоже был белым и пушистым.

– Как ты там сказал? Моль? – переспросила я, будто это хомяк укорил меня в тщеславии.

В груди заворочалось прохладное облачко, и я потерла халат, чтобы унять неприятные ощущения. А наткнулась на собачку от молнии и тут же вспомнила о кулоне, который вечером убрала в коробочку и спрятала в углубление старой книги.

– Моль! Та старушка сказала, что он от моли! – поделилась я с Химичком.

Он задумчиво выпучил смоляные глазки и пошевелил носом – надеялся на угощение. Я по привычке потянулась за помидорами, которые ровными рядочками доспевали на лабораторном подоконнике. Выбрала самый маленький и целиком отдала зверенышу.

– Кушай, – посоветовала и задумчиво постучала пальцем по подбородку, попадая в такт дождевым каплям. – Эдита, кажется, ее звали именно так, говорила, что, если заведется, уже не избавишься. А вот если я буду носить кулон, то никакие поганцы меня не тронут, – вспомнила я и восторженно вскинула руку, будто, осененная светлой мыслью, вызвалась к ответу на сложнейшем семинаре. – Вдруг это было о… – Я сделала паузу, огляделась и продолжила полушепотом: – Вампирах?

Хомяк прекратил жевать, прислушался, медленно моргнул и отвернулся.

– Да, ты прав. Бред. Абсолютный бред. За работу! Приступим к ферментации.

Помидоры споро превращались в пюре. Я делила их по сортам и содержанию ликопина и подселяла различные штаммы микроорганизмов. Некоторые образцы подвергала нагреванию и добавляла дополнительные сахара. Другие излишне закисляла. Чтобы отследить преобразования при разных начальных условиях. Все-таки мои исследования сродни творчеству, их ограничивало только воображение.

– Нет, Химичок. Знания меня не ограничивают. Они расширяют. – Тут я действительно задумалась. – А может, именно мои академические знания и мешают мне допустить что-то? Что-то очень важное. Но невозможное с точки зрения науки.

Я снова перенеслась мыслями в тот вечер на балу, когда тело убиенной истаяло за считаные мгновения. Конечно, я знала некоторые сильные щелочи и кислоты, способные растворять даже камни, но не так быстро и бесследно. Тем более Белоусова вляпалась в субстанцию и сама не пострадала.

– Попробуй угодить лапой в щелочь! – предложила я Химичку. – А мордочкой в кислоту?

Питомец недовольно пискнул и залез в маленький деревянный домик в углу клетки.

– Ты лучший помощник, – похвалила я вдогонку. – Но что же я упускаю?

От двери раздался стук, и в проеме появился Тристан.

Он постучал? Не подкрался без предупреждения, а постучал?

Наверное, изумление отобразилось у меня на лице, потому что вместо приветствия Тристан заявил:

– Вижу, ты рада моему визиту.

– Как комар мухобойке, – буркнула я от неожиданности.

А когда сообразила, что нахамила инвестору, живо отвернулась к пробиркам и сделала вид, будто очень занята и разговаривала вовсе не с ним. Но уже через несколько секунд мне захотелось выяснить, что он делал на балу. Почему в компании Белоусовой? И как он остался незамеченным? Ведь остальные купились на маскарад!

– На тебе нет той занятной подвески, – подметил он, усаживаясь на высокий табурет сбоку от стола, за которым я работала.

– А вы не притворяетесь моим преподавателем, – ляпнула я, тут же зажмурилась и глубоко вдохнула. Сказанного не воротишь, а очень хотелось.

– И что