Академия вампиров. Зачем здесь ты, ведьма? - Марина Павельева Страница 21

— Хорошо, я непременно отвечу на все ваши вопросы, но чуть позже, — вампир сделался серьезным. — Но сначала обрисую обстановку. За вами, Алла, охотится вся служба безопасности Академии и скоро найдет. А я могу помочь вам наказания за побег избежать. Вас устроит моё предложение?

— Допустим, — сказала я вместо Аллочки, которая попыталась кивнуть, но снова ничего не смогла сделать.

— Чтобы донести вам мои условия, мне пришлось прибегнуть вот к такому простому способу. Уж извините. Не хотелось по лесу за вами гоняться, — незнакомец объяснил своё поведение с захватом заложника. — Так как? Будем обсуждать?

— Да, — согласилась я за нас обеих. — Обещаю, что не побежим и убивать вас не будем. По крайней мере, сейчас. Отпускайте Аллу, — потушила огонь в ладонях, показывая свои добрые намерения.

— Отлично. Я рассчитывал на ваше благоразумие, Полина, — вампир разжал пальцы на горле Аллочки.

Та мгновенно нырнула за мою спину, будто я своим тельцем могла защитить её от могущественного убийцы. Понятно, что нет. Но как вариант, я могла стать небольшим препятствием на его пути, дающим ей фору при новом побеге. В общем, подруга в своём репертуаре.

— Может, присядем? — показал рукой на машину. — В ногах правды нет, — очаровательно улыбнулся.

Не могу понять, почему он постоянно лыбится. Привычка? На автомате делает вид, что любезен с собеседниками? Или ехидничает, обозначая своё снисхождение к нам убогим? Мол, как ни трепыхайтесь, как ни крутитесь, сбежать не получится и лучше его слушаться, пока он с нами мил.

— Нет! — истерично взвизгнула Аллочка. — Я в машину не хочу!

— Не стоит бояться. Ничего там страшного уже нет, кровь парню я давно остановил, — незнакомец подумал, что вампирша боится сорваться. Не угадал. Я-то знаю, что подруга не хочет связывать себя закрытым пространством. Видимо, мысль о побеге её ещё не оставила. Меня, впрочем, тоже. — Обещаю, согласно фидуции, если мы не договоримся, я не буду вас убивать, задерживать и прочее, а оставляю вас в машине и ухожу. Моё слово закон. Дальше будете расхлебывать сами. Ах да, пришло время представиться.

— Пора бы. Очень хочется узнать, чьё слово является законом, — я внимательно посмотрела в серые глаза вампира, начиная догадываться, какого дяденьку в наш лес занесло.

— Инквизитор высшего ранга, московский хранитель фидуции Темных, — представился он, подтверждая мое предположение на счет должности, и достал из левого кармана пиджака овальный жетон, сделанный из особого магического сплава. Показал нам. — Вызван Советом вашего города по настоянию ректора Академии в связи с особыми обстоятельствами, — доложил протокольным языком. — Про обстоятельства, я думаю, все в курсе. Ну как? Верите мне на слово? — улыбнулся на этот раз точно с ехидством.

Потому что чувствовал своё превосходство. От вампира так и веяло нереальной силой, страшной, готовой растоптать, сплющить при приближении, и в то же время притягивающей, к которой хотелось прикоснуться, потрогать и… уцелеть. С таким могуществом я никогда не сталкивалась. У меня даже голова чуть закружилась, и я быстро отвела глаза, перестав тонуть в сером тумане его радужки. Ещё бы немного, и меня засосало в этот омут без остатка.

— Угу, верим, — пробурчала за моей спиной Аллочка как протянутая мне спасительная ветка, вытаскивающая из болота на берег. — И помним, что вы уже дали слово оставить нас в живых. Даже если мы откажемся от вашего предложения, — уточнила на всякий случай.

Правила Темных она знала отлично. В первые же дни нежизни родительница заставила офигевшую от своего счастья быть бессмертной вампиршу их учить. Чтобы отскакивали от зубов, стоит лишь попросить процитировать нужный пункт. Но повторить еще раз обещанное инквизитором не помешало б. Как я уже говорила, выбора у нас не было. Стоит нам сделать шаг в сторону и попытаться бежать… В общем, понятно, что кто-то, скорее всего я, умру первой. Подружка немногим позже.

Хотя нет, Аллочку предадут суду. Но это не точно. И не лучше.

— А можно посмотреть ваше удостоверение поближе? — нашла я в себе силы говорить, не заикаясь и не заискивающе, стараясь не казаться маленькой болонкой, тявкающей на ротвейлера. — Вдруг оно поддельное, — изображая простушку, наивно улыбнулась. Возможно, слишком криво, но сдаваться на милость победителя не собиралась. Пусть утрется, гад.

— Что простите? — вампир наклонил голову вниз и посмотрел на меня исподлобья. С интересом. И чуть ошарашено. В этот момент мне захотелось, чтобы он от удивления чем-нибудь подавился и внезапно сдох. — А-а, это, — протянул мне лежавший в его левой ладони овальный жетон серебристого металла сантиметров шести по длинной стороне и с гравировкой в центре, изображающей за́мок с башенками и секретными рунами внизу. — Можете даже потрогать, — быстро пришел в себя от моей наглости и прикололся.

Но я-то знаю, что прикасаться к значку инквизитора нельзя ни в коем случае. Парализует. Потому как защищен магией. На какое время парализует — неизвестно. Может навсегда. С такой-то силой. Хотя… вряд ли навсегда. Иначе не было бы смысла устраивать эту провокацию. Насколько понимаю, вампиру нужна не Аллочка, а я. Так что полудохлая вряд ли ему сгожусь. Вот и проверим сейчас мою теорию.

— Давайте, — я беспечно поднесла руку ладошкой вверх, но до пальцев вампира не дотронулась. — Что же вы? — посмотрела ему в глаза, а он тянул с ответом.

Наше молчаливое противостояние прервала Аллочка, испугавшаяся за меня (надеюсь, за меня), и дернула мой локоть, оттаскивая назад.

— С ума сошла? Долбанет, — зашипела мне в затылок. — Он же инквизитор.

— Хорошая у вас, Полина, подруга, — тот сразу же сунул жетон обратно в карман. — Заботливая. А вы тоже отвечаете ей добром?

— Да. Только это не ваше дело, — я выдернула локоть из пальцев Аллочки, опасаясь, что он скоро посинеет от её чрезмерных усилий не дать совершить мне глупость. — И теперь хочу знать, что вы от меня хотите. Вы ведь по мою душу. Угадала?

— Я в вас не ошибся, — хохотнул вампир, радуясь моей сообразительности. — Готовы к разговору, девочки? — дождался, когда я кивну, и продолжил. — Но прежде приглашаю в машину. Она очень скоро нам понадобится, — посмотрел на свои золотые часы с золотым же браслетом на левом запястье, задрав манжет белой рубашки. — Очень-очень скоро. Прошу, — подхватил валявшуюся под моими ногами несчастную палатку и первым двинулся к «опелю».

— Идешь? — я повернула голову к Аллочке, которая с понурым видом решала, как поступить. — Не дури. Догонит и хана тебе. Вместе с новой прической. Прическу не жалко? — попробовала пошутить, глядя на черные торчащие в разные