Магазин волшебных питомцев 4 - Сергей Шиленко Страница 16

Архимед проводил её взглядом, расправил крылья и приосанился.

— Разведка! — объявил он. — Птичка тоже! В бой! На задание!

— Сиди, — осадил я. — Толстый белый какаду над промзоной — это примерно как прожектор над тюрьмой. Заметнее только парашют с фейерверком.

— Дискриминация! — оскорбился Архимед. — Расизм! Оперение — дар-р-р!

Я уже тянулся к следующему слоту. Мягкое молочное сияние залило пассажирское сиденье, и рядом с притихшим Ранго материализовался Лис.

Фенек приземлился на все четыре лапы, спружинил и тут же завертелся на дерматине, как заведённый. Уши развернулись, ловя каждый шорох. Чёрный влажный нос заработал, как компрессор: втянул запах хамелеона — дёрнулся, обнюхал подголовник — чихнул, ткнулся мордочкой в пустую обёртку из рисовой бумаги. Фыркнул от запаха коконов. Песочно-кремовая шёрстка стояла дыбом от возбуждения, а знак между ушами едва заметно мерцал.

Ранго скосил один глаз на суетливого пушистика, не выпуская меня из поля зрения второго. Лис обнюхал хамелеона — тот переливчато позеленел. Лизнул его в бок и радостно тявкнул, задрав мордочку.

— Лисичка! — обрадовался Архимед. — Ушастый! Нюхает! Всё нюхает! Таможня!

Лис снова тявкнул на весь салон. Хвост мёл по сиденью.

— Тихо, — я положил ладонь ему на спину. Шерсть мягкая, тёплая, чуть наэлектризованная. Фенек замер, прижал уши, посмотрел снизу вверх тёмными глазами. Понял. Лёг, свернулся калачиком рядом с Ранго и положил острую мордочку на лапы. Только кончик носа продолжал подрагивать, считывая обстановку.

Так. Фурия. Уровень восемь. «Разрыв привязки» обойдётся в уровень цели, помноженный на двадцать. Восемь на двадцать — сто шестьдесят единиц маны. У меня двести сорок девять в резерве и сотка в браслете. Хватает с запасом.

Кот — тоже переменная, которую нужно учесть. Успокоить его стоит маны. Десять-пятнадцать единиц на ментальное воздействие, если полезет. Итого сто семьдесят пять в худшем случае. Остальное — на непредвиденные проблемы.

Секундомер на телефоне отсчитал четыре минуты двенадцать секунд.

По каналу Блёстки пришёл сигнал. Ровный, без тревоги. Я попробовал на пару мгновений «Слияние». Образ: пустая дорога в обе стороны. Серый асфальт, бетонные заборы, ни одной машины до самого горизонта. Колибри кружила высоко, охватывая обзором оба подъезда к складу. Всё чисто.

Посмотрел на Ранго, который сидел на сиденье и меланхолично вращал глазами. Только что мы прошли через склад, оставшись незамеченными на виду. Его камуфляж безупречен. Его тело идеально создано для проникновения. Проблема в том, что хамелеон слишком мелкий, он физически не сможет открыть замок. А вот если бы камуфляж был на мне самом…

Мысль щёлкнула, как затвор.

Я потянулся в Инвентарь. Рука ушла в едва заметное мерцание сбоку от руля. Пальцы сомкнулись на бархате. Вспышка, и на ладони оказался мешочек с «Золотой Пыльцой Ассимиляции». Тяжёленький, тёплый, с мерцающим сквозь ткань тусклым янтарным светом.

— Тяф! — сказал фенек, глазки заблестели.

Я полез в бардачок. Выгреб салфетки, упаковку жвачки, нашёл пару скрепок и плоскогубцы. Наскоро изготовил отмычку и натяжитель. Архимед в процессе радостно называл меня «вором и домушником». Потом перешёл к основной части подготовки. Там же в бардачке нашлась пластиковая бутылка воды, поллитровая, непочатая. Рядом обнаружились маникюрные кусачки, которые остались ещё от кого-то до меня. Положил всё на колени.

— Если Пыльца передаёт навык от зверя к зверю, — пробормотал я, развязывая мешочек, — то почему бы ей не передать навык от зверя к человеку? Биологический материал плюс катализатор. По сути — та же схема. Коготь — носитель генетической информации. Пыльца — проводник ассимиляции. Вода — растворитель.

— Опыт! — заинтересовался Архимед, склонив голову. — Химия! Франкенштейн! Безумный учёный!

Вспыхнуло багровое предупреждение:

ВНИМАНИЕ! Золотая Пыльца Ассимиляции предназначена для применения между магическими животными!

Использование на человеке может привести к непредсказуемым побочным эффектам, включая мутации, аллергические реакции, временную потерю пигментации и неконтролируемое вращение глазных яблок.

Короче, вы уверены? Система рекомендует подумать. Хотя когда это вас останавливало…

— Уверен, — ответил я.

Взял Ранго. Хамелеон послушно вытянул переднюю лапку — он доверял мне абсолютно, по ментальному каналу шло только спокойствие. Я аккуратно развёл пальцы и осмотрел крошечные коготки. Острые, загнутые, полупрозрачные. Через них просвечивали тонкие капилляры.

Кусачки щёлкнули дважды. Два коготка — самые кончики, по миллиметру, только ороговевшая ткань без живой части. Ранго даже не дёрнулся. Как стричь когти собаке: если знаешь, где проходит пульпа, зверю ничуть не больно.

— Хор-р-рошо! — одобрил Архимед. — Маникюр! Сначала ящеру, потом птичке! Нет! Птичке — никогда!

Я отвинтил крышку бутылки и забросил туда эти мелкие огрызки. Следом засыпал щепотку Золотой Пыльцы. Мешочек вернулся в пространственный карман. Вода вздрогнула, а я посмотрел на Лиса.

— Давай, малыш, — кивнул на бутылку. — Нужен ещё один ингредиент — крупица удачи.

Фенек всё понял. Белая спираль на его голове полыхнула. Пыльца легла на поверхность тонкой переливчатой плёнкой. Коготки на дне качнулись, как маятники. Согласно инструкции нужно размешать по часовой стрелке. Ложки у меня с собой нет, так что просто взболтаем.

Подвигал бутылкой и заметил, что пыльца растворяется. Следом начали таять коготки. Ороговевшая ткань расслаивалась, превращаясь в прозрачные нити, которые тянулись вверх к золотым частицам. Вода приобрела цвет старого мёда. Потом вспыхнула и стала чистым, расплавленным золотом.

Бутылка нагрелась в ладони. Свет из неё падал на приборную панель, на потолок кабины, на белые перья Архимеда, окрашивая всё в янтарный.

— Красиво-о-о, — выдохнул какаду, зачарованно покачивая головой. — Золото! Сокр-р-ровище!

Коготков больше не было. Только жидкое золото, мерцающее, пахнущее свежей листвой и сладостью.

— Лис, — я посмотрел в глаза фенека, — давай ещё раз. Только теперь на полную. Я собираюсь выпить коктейль из рептилии и магической пыли, так что мне нужно, чтобы сама Вселенная сейчас зажмурилась или смотрела в другую сторону.

Уши фенека синхронно дёрнулись, а белая спираль на лбу вспыхнула ослепительным прожектором. Короткий разряд жемчужного сияния окатил меня, будто я попал под струю ионизированного воздуха.

В ту же секунду внутри что-то переключилось.

Не то чтобы меня накрыло эйфорией или внезапным приливом сил. Скорее, мир вокруг вдруг стал… правильным. Весь этот хаос — шум промзоны, вонь солярки, риск провалиться — вдруг выстроился в идеальную, понятную схему. Все сомнения, все «а что если», которые обычно грызут затылок перед операцией, просто испарились. Осталась только холодная, кристальная уверенность в том, что любой бросок костей сейчас выдаст мне