Тоннель в лето, выход прощаний - Мэй Хатимоку Страница 16

Это загадочное место, где время течет так, что за несколько минут внутри проходит целая неделя снаружи. Если использовать выражение Каги, то это «Комната Духа и Времени» наоборот. Можно запросто провести там годы и не получить то, что желаешь. Осознает ли Ханасиро, что это место не подходит для беззаботных прогулок?

– Ты правда собираешься туда зайти, Ханасиро?

– Правда.

– Знаешь, несколько минут там оборачиваются неделей. Хорошо, если то, что тебе нужно, обнаружится поблизости, но кто знает, насколько длинным окажется этот туннель? К тому же могут быть и другие аномалии, помимо изменения хода времени.

– Волков бояться – в лес не ходить. Любое начинание – это риск, разве не так?

– Но риск должен быть разумным.

– Тоно, ты против, чтобы исследовать туннель Урасима вместе со мной?

– Нет, дело не в этом. Просто я хотел понять, насколько серьезны твои намерения… Обычный человек на такое бы не решился.

Лицо Ханасиро приобрело выражение крайней скуки.

– Мне не нравятся заурядные вещи.

– Почему?

– Потому что в них нет ценности.

Я невольно усмехнулся.

– Довольно категоричная точка зрения.

– Но ведь это правда. Будь то вещь или событие – ценность имеет то, что встречается редко. Если уж жить, то хочется наслаждаться чем-то особенным. Обыденная жизнь кажется скучной.

– Я понимаю твою точку зрения. Но утверждать, что обыденное не имеет никакой ценности, – это, пожалуй, слишком. Мне кажется, в простых вещах тоже можно найти свое очарование.

– Например?

– Ну, например, лосось? Хотя у него довольно простой и демократичный образ, на мой взгляд, его вкус превосходит любую дорогую рыбу, которую можно найти на прилавках. Если бы сегодня был день быка и у меня было бы много денег, я бы все равно купил лосося вместо угря[12].

– Мне угорь нравится больше лосося.

– А, понятно.

Разговор мгновенно увял. И о чем мы вообще говорили?

– Но в тебе такая черта мне не противна.

Она улыбнулась, и внутри меня что-то дрогнуло.

Ханасиро оставалась для меня загадкой. В классе она ведет себя так отстраненно, словно намеренно избегает общения. Однако в ее поведении есть что-то по-детски непосредственное, что заставляет ее тайком следовать за людьми и находить в этом удовольствие. А иногда, вот как сейчас, в ее поведении проявляются черты женственности, которые сбивают с толку. Так какая же из них настоящая Ханасиро?

– Ладно, давай лучше начнем проверку, раз уж собрались. Только время зря теряем.

– Д-да, конечно.

Похоже, она просто перевела тему… Но, так или иначе, мы все же приступили к эксперименту.

Моей задачей стало держать конец пластикового шнура, то есть Ханасиро оставалась снаружи, а я в это время продвигался вглубь туннеля.

Если шнур резко натянется – это будет знаком, что пора возвращаться.

– Что-то мне это напоминает. Точно, игрушечный телефон из двух стаканчиков и нити, – бормотал я себе под нос, пока шел по туннелю.

Когда-то давно мы с Карэн так играли. Соединяли веревочным телефоном сад и окно на втором этаже и говорили о всяких пустяках. Я уже не помню содержание тех разговоров, да и игра нам наскучила за день, но я точно помню, что нам было весело.

«Карэн… она ведь там, впереди?»

Я прищурился, вглядываясь в темноту туннеля, и тут заметил слабый свет. Это было пламя факелов.

Значит, тории близко. Вероятно, граница искажения времени где-то здесь. Я приготовился.

Продолжая идти в том же темпе, я миновал первые ворота. В тот же миг шнур резко натянулся – сигнал к возвращению. Я быстро развернулся и поспешил назад, к выходу.

У выхода из туннеля меня ждала стоявшая с гордым видом Ханасиро. На ее лице читалось удовлетворение.

– С возвращением, Тоно. Ты пробыл внутри минут двадцать.

– Не может быть. Я же сразу развернулся, как получил сигнал…

– То, что прошло целых двадцать минут, как раз и означает, что ты пересек границу. И где именно ты развернулся? Как я и думала – там, где тории? Сразу за ними?

Она с горящими глазами наступала на меня, и я, немного отстраняясь, подтвердил ее догадку.

– Получилось! Эксперимент удался, – сдержанно воскликнула Ханасиро. Ее по-детски невинная улыбка вызвала у меня трепет.

Теперь, когда мы определили границу, можно приступить к точным измерениям времени. Однако уже полшестого, и если начать сейчас, то процесс может затянуться до глубокой ночи.

– Может, отложим до завтра? Уже довольно поздно, – предложил я.

Ханасиро отрицательно покачала головой.

– Мне не терпится узнать результат, так что хотелось бы закончить все сегодня. Или тебя ждут дома?

Мне нужно приготовить ужин к возвращению отца. Но сегодня он возвращается поздно, так что времени еще достаточно.

– Нет, все в порядке. Давай продолжим.

– Вот и славно, – Ханасиро довольно кивнула, излучая нетерпение узнать побольше об этом месте.

– Тогда я зайду в туннель и подожду три секунды по ту сторону границы.

– Поняла. Я буду ждать здесь.

– Нет, дальше я справлюсь и один. Когда я выйду из туннеля, останется только узнать, сколько времени прошло снаружи. Результат я могу сообщить тебе в школе.

– Я понимаю, но все равно хочу подождать. Мы же вместе обнаружили эту границу, и я хочу провести расчеты сама.

– …Серьезно? Ладно, поступай, как знаешь.

Добавив, что если я вдруг задержусь, то ей не обязательно меня ждать, я снова вошел в туннель.

Пройдя некоторое расстояние, я остановился перед первыми тории.

В тот момент, когда я прошел под воротами, я запустил секундомер на телефоне. Одна, две, три секунды – и я немедленно пустился в обратный путь.

В туннеле стало чуть темнее, чем когда я шел сюда. Выход был еще далеко, но было ясно, что снаружи солнце уже скрылось за горизонтом. Значит, с момента, как я вошел, прошел как минимум час. Наверное, Ханасиро уже ушла.

– Действительно… время пролетело мгновенно… – непроизвольно слетело с моих губ.

Это был уже третий раз, когда я испытывал на себе временную аномалию туннеля Урасима. Однако я все равно не мог привыкнуть к этому поразительному явлению. Я ускорил шаг, будто стремясь убежать от страха, ползущего по спине.

Когда я вышел из туннеля, снаружи, как я и ожидал, уже опустились сумерки. Но мое второе предположение оказалось неверным.

– Ой… Ханасиро, ты все еще здесь?

В полумраке Ханасиро сидела на земле, поджав ноги и уткнувшись лицом в колени.

– …Я же