Ученица сильнейшего мага - Екатерина Политова Страница 15

— Меня зовут господин Чейн. Только так и никак иначе! — и тут он посмотрел точно на меня. — Госпожа Флёри, покажите нам, на что вы способны!

Я замерла от страха, чувствуя на себе взгляды сокурсников. Я то эту полосу вижу второй раз в жизни! Поэтому я даже двинуться не смела.

— Флёри! Вперед! — гаркнул господин Чейн и мне ничего не оставалось, кроме как шагнуть к хлипкому мостику, на который он мне указывал.

Внезапно кольцо на пальце стало теплым, на утреннем ветру это ощущалось особенно сильно. Я оглянулась, но никого не увидела, кроме моего курса и преподавателя. Ощущение близкого взгляда в спину никуда не уходило.

Я поняла, что это значит. Ректор наблюдал за мной сейчас.

Первым препятствием после раскачивающегося моста были канаты, натянутые как гигантская паутина. По ним нужно было взобраться на покатый склон горы. Я старалась больше не оглядываться, зная, что один важный зритель сейчас за мной и так следит. Оценивает ли фон Кирс меня сейчас? Или просто хочет посмотреть, как я шмякнусь на страховочную сетку внизу? Чтобы потом обсудить с Глорией в одном из потайных садов Академии, какая же эта Аннабель Флёри бесполезная и для его целей не годится.

Канатная сеть была сложна тем, что она была сплетена ни как лестница, а именно как разномастная паутина и толщина канатов варьировалась.

— Распределяй вес между руками и ногами! — крикнул позади преподаватель.

Единственный опыт из детства был, когда мы летом лазали по диким яблоням, собирая кислые плоды для домашней пастилы. Своих яблонь у нас тогда ещё не было и меня маленькую закидывали на ветку, отец страховал внизу, а я ползла выше, туда, куда родители дотянуться не могли. Может быть канаты можно представить себе как сплетение ветвей?

Крепко взявшись за канаты обеими руками, я перенесла вес на ноги и постаралась устоять. Вся сеть шла ходуном подо мной и я замерла.

— Не стой! Двигайся! — опять окрикнули меня.

Внизу склон уходил вниз и переходил в небольшую зеленую лужайку. Вот только я была высоко. У меня закружилась голова и я зажмурилась.

— Не стой… Двигайся, — шепотом повторила себе и, открыв глаза, ухватилась за следующее перекрестие канатов.

Веревка оказалась слишком тонкой, держаться за неё было неудобно. Лестница напоминала лабиринт, но я упорно ползла дальше, стараясь впредь выбирать канаты потолще. Мышцы всего тела ныли, меня сносило слабым ветром будто я вообще ничего не весила.

Внезапно правая нога соскользнула и я съехала в свободное пространство между канатами. Взвизгнув, схватилась руками за веревки, а левой ногой оттолкнувшись, помогла себе подтянуться обратно. В какой-то момент я подумала, что вот-вот упаду вниз. Меня трясло, сердце в груди готово было выпрыгнуть. Пальцы так и норовили разжаться.

Я вдруг увидела, как едва уловимо на одном из канатов чуть выше дрогнула тень, там где веревки были связаны узлами. И вот опять! Мне будто подсказывали. Я недоверчиво ухватилась за канат и подтянулась, сразу нашла куда удобно поставить ногу.

Стало не то чтобы легче, но я пошла куда уверенней, потому что полагалась на маленькие тени, чтобы были видны лишь моему глазу. Едва-едва различимые, они будто маячили за какой канат ухватиться. Будто кое-кто подсказывал мне единственно верную дорогу. Под конец, когда я влезла на небольшую деревянную платформу примякающую прямо к скале, я дышала уже как загнанный зверь. Однако в голове прояснилось, появился какой-то детский азарт, хоть рукии болели.

Дальше шла деревянная стена с выбоинами вдоль горы, и по ней надо было боком пройти до следующего подвесного моста. Меня так вдохновила победа над канатной паутиной, что я недолго думая ухватилась за выступы, выдолбленные в дереве. Но следующий же шаг стал фатальным - некоторые выступы оказались покатыми! Ладонь соскользнула, я не успела ничего сделать и ухнула прямо вниз.

Я забыла как дышать, на грудь навалилась тяжесть, ветер окутал со всех сторон.

Сеть прогнулась подо мной и слегка подкинула. Какое-то время я ошарашенно смотрела в глубоко синее небо. В висках стучал пульс. Браслеты на запястьях вновь начали давить. В какой-то миг их нервно захотелось сорвать с себя.

Вот так поверишь в себя разок…

— Флёри! Перекатывайся влево и слезай! Нечего валяться там! — окликнул меня преподаватель и вдруг насмешливо добавил: — Там сейчас следующие в очереди полетят!

Чуть приподняв голову я увидела, что по паутине ползли уже следующие студенты. Перекатившись через левое плечо, я довольно неловко бухнулась в траву. Руки дрожали, подняться получилось не сразу.

— Молодец! — радостно махала мне рукой Элайза. — Все царапины заслуженные!

Я рассмеялась ей в ответ и тоже устало помахала, поднимаясь по небольшому склону обратно на тренировочную площадку. На меня уже никто не смотрел вовсе, все студенты ждали своей очереди.

С грустью я заметила, что многие прошли куда дальше, чем я. Но я поняла, что нет ничего невозможного. Очередь шла быстро, в моей группе было не более пятнадцати человек и за время урока я ещё дважды взбиралась по канатной паутине уже поняв за что держаться, а какой отрезок обходить, но каждый раз на втором препятствии падала в сеть. Третий раз я уже вывалилась из паутины - сила в руках закончилась, я не смогла удержать себя и полетела вниз.

А там меня уже встретила Анита.

— У тебя час до лекции, — сказала она.

Я упустила момент, когда остыло моё следящее кольцо.

Я едва доплелась до своей комнаты, сходила в душ и переоделась. Волосы высушить было нечем, теплого магического полотенца у меня не было, поэтому я затянула мокрые волосы в пучок. Руки дрожали, но тело будто было радо хорошей физической нагрузке. Правда вот… я сильно отставала от однокурсников. Многие из них прошли намного дальше.

Как оказалось, лекция по общей теории была смежная на несколько факультетов. Большой лекторий был выполнен в форме амфитеатра и был уже полон студентами. Прижимая учебники к груди, я робко шла мимо рядов.

— Садись, тут свободно, — послышалось насмешливое в спину.

Я медленно повернулась, взглянув на Леопольда Грейвса самым своим злым взглядом. В ответ он лишь криво издевательски усмехнулся, а потом повернулся к своим сокурсникам:

— Знакомьтесь, это Аннабель Флёри. Боевой кондитер, позывной - “Корица”.

Половина лектория взорвалась хохотом, потому что сказал он это довольно громко.

Интересно, если отвесить ему учебником по лицу - Грейвс перестанет меня бесить?