Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ) - Юрин Денис Юрьевич Страница 94

– Наконец-то хоть кто-то мне поверил, и наконец-то хоть ты сможешь подтвердить мои слова, – флегматично ответил Дарк и вернулся к зачистке слегка покрывшейся ржавчиной рукояти меча.

– Конечно, могу, я даже сделал копии писем из переписки Ур-Пьера с самим Предводителем Орды, в которых, кстати, про Дантона ох как много написано…

– Значит, миссию можно считать выполненной, – почему-то совершенно апатично констатировал факт Дарк, не разделяя энтузиазма товарища.

– Да не совсем, – загадочно прошептал Гаврий и опасливо огляделся по сторонам, – кроме того, что он оркам помогает, наш дорогой Пауль еще и с эльфами в махинации пустился!

Последняя фраза в корне изменила настроение Дарка и вывела его из состояния полнейшего безразличия. Наконец-то увидев блеск в глазах лейтенанта, Сорано продолжил:

– Он поставляет им книги, научные трактаты и образцы изобретений. Зачем только, не знаю…

– Это-то как раз понятно, к чему тратить время на создание нового оружия или прочного сплава, когда проще купить готовый рецепт или чертеж.

– Если бы только оружие, тогда понятно, – размышлял Гаврий вслух, – а зачем им самодвижущийся плуг или улучшенный ткацкий станок?!

– Скоро узнаем, – прошептал Дарк, увидев, как во двор въезжает Дантон в сопровождении нескольких эльфов.

Группа эльфов спешилась и, что-то обсуждая с Дантоном, прошла к находившейся неподалеку телеге. Пауль бойко запрыгнул на повозку и начал показывать покупателям какие-то странные, впервые увиденные Дарком приспособления. Торговец объяснял, как пользоваться диковинками, показывал, как эти штуковины устроены и каковы в действии, эльфы внимательно слушали и задавали много вопросов, над которыми порой Паулю приходилось сильно задумываться.

К счастью, язык старшего народа, на котором и велась демонстрация товаров, был куда распространеннее раскатистого рычания орков, и Дарк даже когда-то давным-давно изучал его в Академии.

Усиленно напрягая память и слух, Дарку удалось разобрать отдельные слова и даже обрывки фраз:

– Реторта… особый сплав… выдержать высокую температуру… до 500 градусов… маги… эксперименты.

– Где сделано?

– Махакан, – произнес Дантон, непривычно коверкая названия страны на эльфийский лад.

Случайно один из эльфов отвлекся от разговора, окинул поляну беглым взглядом и увидел Дарка, прислушивающегося к их словам. Не говоря ни слова, молодой воин вскинул лук и выстрелил, целясь человеку точно между глаз. Дарк инстинктивно нагнулся, и стрела со свистом пролетала мимо. Дантон разъяренно закричал на стрелка, а остальные участники беседы недоуменно посмотрели на своего товарища.

– Грязный… эта свинья слушает… шпион! – выкрикнул эльф в свое оправдание и выхватил из колчана вторую стрелу.

Перспектива и дальше изображать движущуюся мишень не прельщала Дарка, тем более что во второй раз он вряд ли смог бы так ловко увернуться. Если эльфы слыли во всем мире отличными стрелками, то в Имперской Академии учили метать все: от ножниц до топора. Быстро нагнувшись, Аламез выхватил из костра горящую головню и, не разгибаясь обратно в полный рост, метнул ее в голову неугомонного лучника.

Раздался дикий крик, горячая деревяшка обожгла левую сторону лица эльфа, а фонтаном разлетевшиеся во все стороны искры попали ему в глаз и подпалили волосы. Парень упал и, завывая от боли, закрутился по земле, двое стоявших поблизости эльфов кинулись на помощь товарищу, а остальные выхватили мечи и решили отомстить за нанесенное увечье.

Дарк хотел было пуститься бежать, но подоспевшие сзади шаконьесы – слуги эльфов – лишили его возможности отступления. Попытка Дантона встать на его защиту была пресечена ударом кулака в живот, от которого торговец сложился пополам, и бессильно, как тряпичная кукла, свалился на землю. Шаконьесы орков предпочли не вмешиваться в конфликт и не встали на защиту своих гостей.

Внезапно Дарк услышал топот шагов и учащенное дыхание за спиной, к нему на выручку пришли Гаврий и Ильза.

– Спина к спине! – скомандовал капитан, выхватывая меч.

Враг начал наступать, замыкая цепь вокруг троих бойцов: впереди был десяток эльфов, а сзади и по бокам около двадцати полукровок. Внезапно в воздухе раздался громкий боевой клич, из дальней части лагеря на выручку спешил Румбиро и еще около полусотни только что проснувшихся гномов, грозно размахивающих на бегу топорами. Конфликт, причиной которого послужила неосторожность Дарка и невыдержанность заметившего его эльфа, грозил перерасти в крупное побоище с применением всех подручных средств вплоть до катапульт. Дарку этого не хотелось…

– Гаврий, Ильза, мечи в ножны и отойдите в сторону! Румбиро, останови своих! – прокричал он что есть мочи. – Это только мое дело, вас не касается!

Альто замер на месте и призадумался, затем приказал гномам убрать оружие и разойтись. Коллеги Дарка тоже отошли в сторону, но мечи в ножны не вложили. Не обращая никакого внимания на переставших их интересовать защитников шпиона, эльфы вновь двинулись на него.

Дарк медленно вытащил нордер и высоко поднял его вверх, готовясь к круговой обороне. Сознание и эмоции ушли куда-то в глубь него, разумом вновь овладела холодная и бесстрастная сущность, не тратящая силы на бесполезные страхи, а точно просчитывающая тактические варианты оборонительных действий. Несмотря на явный численный перевес противника, существо, иногда появляющееся у него в голове, пришло к выводу, что он победит. Перед глазами возникла легкая дымка тумана, а на губах заиграла зловещая ухмылка.

На считаные доли секунды эльфы застыли на месте, их поразила наглая уверенность, с которой человек отказался от помощи и в одиночку решил бросить вызов трем десяткам врагов. Неожиданно глаза эльфов раскрылись еще шире, удивление сменилось испугом, пробежавшим по их утонченным, аристократическим лицам. «Мориэль!» – выкрикнул кто-то вибрирующим от ужаса голосом. Неизвестное слово тут же подхватили остальные и начали пятиться, не сводя ошарашенных взглядов со зловещего оскала Дарка. Один из группы, видимо старший, примирительно поднял руку вверх и осторожно сделал шаг в сторону Дарка.

– Все, закончили, человек! – выкрикнул он на всеобщем языке даже без малейшего намека на акцент. – Разошлись и забыли!

Дарк жестким взглядом суженных глаз пробежался по лицам испуганных эльфов, удивленных гномов и безразличных ко всему шаконьесов.

– Потом продолжим! – угрожающе прорычал он в ответ, а затем молниеносным, едва заметным глазу движением вложил меч в ножны.

Толпа начала медленно расходиться, и лагерь вновь погрузился в привычную для него спячку. Обессиленный от бессонной ночи и напряжения последних минут Гаврий сел на песок и истерично рассмеялся; где-то сзади, у колеса повозки, пытался встать на ноги и отплеваться от попавшей в рот грязи Дантон; а Дарк вдруг почувствовал, как кто-то сильно и совсем неделикатно схватил его за рукав.

– Пошли, припадочный, поговорить надо! – прорычал, тяжело сопя, Румбиро и потащил его в один из дальних закутков двора. – Ты что, совсем очумел? – заорал на него возмущенный гном, как только они скрылись от посторонних глаз за тентом дальней повозки. – Это же эльфы, хитрые, злопамятные существа, они тебя в живых не оставят и корченье грозных рож в следующий раз не спасет!

– Не волнуйся, старина, все же обошлось, – пытался успокоить гнома Дарк, до глубины души потрясенный тем, как сильно волновала Альто его судьба.

– Да какой обошлось?! – прокричал Румбиро в новом приступе негодования. – Если бы ты, скажем, мне или Сурьему по пьянке морду набил, вот это бы обошлось, а эльфы тебя живым обратно не выпустят. Ты хоть знаешь, с кем связался?

Дарк отрицательно покачал головой.

– Тот, которому ты глаз выжег и лицо попортил, Антрониэль, сын главы Шемдарнского Совета Эльфов, а остальные – шишки из Джабона.

Осознание того, что одним неосмотрительным поступком он сумел убить двух зайцев: испортить отношения с местными властями и бросить вызов эльфийской спецслужбе, подорвали уверенность Дарка в своих силах. Утешением служило только одно – так должно было случиться, конфликт возник не из-за его глупости, а был создан невидимой рукой «сознания», ведущего его по самым извилистым и полным опасностей тропам судьбы для достижения великой цели – спасения человечества.