Путь Стратега 9. РеалРТС - Луций Корнелий Страница 91

Откуда-то из безлюдных горных районов прилетела особенно крупная мантикора. Система присвоила ей дополнительную дефиницию: «Древнейшая». Чудовище плевалось ядом и выдыхало зеленовато-желтое пламя. Защитники города сфокусировали на монстре огонь всех доступных метательных орудий. Это помогало слабо. В темноте чудовище легко избегало снарядов. Оно кружило над городом словно гриф-падальщик. Выбирало уязвимые цели, чтобы спикировать и за один укус прикончить перепуганную жертву.

А перепуганных жертв в городе хватало.

Во-первых, Сандис устроил традиционное ночное нашествие лярв. Призраки заставляли людей паниковать и покидать свои убежища.

Во-вторых, город взяли в оборот две керы. Крылья ужаса парили над Ри-Нагатом. Древнее отродье сгинувших титанов вернулось из темнейших времён далёкого прошлого, чтобы нести смерть людям настоящего.

Нести смерть керы умели. Эти кошмарные крылатые девы выпускали в жертв призраков или темных духов, которые действовали как самонаводящиеся снаряды. Выглядело это словно черная клякса, летающая по замысловатым траекториям. При попадании в цель снаряды наносили физический урон, разрывая ткани жертвы. У некоторых несчастных буквально лопалась грудная клетка. Никакая броня не спасала. Металлические элементы снаряжения оставались нетронуты, но внутри них всё превращалось в фарш. К тому же снаряды накладывали проклятие, режущее многие характеристики цели и союзников вокруг.

При этом керы чувствовали подавление, стараясь избегать вражеских антимагов. Защиты от колдовства в осаждённом городе не хватало. Подавители не могли сберечь всех и каждого.

Думаю, Орина снова будет грустить под утро, вспоминая о том как жестоко ведётся имперско-шаддинская война. Благо в Ри-Нагате хотя бы мирных жителей не осталось.

«Мне все видно», — произнёс Поций, когда мы дошли до одной из передовых позиций. — «Вон там севернее стена, которую мы приметили днём. Ворота должны быть восточнее».

Меня шёпотом приветствовали легионеры Двадцать Первого и Двадцать Пятого. В их голосах, взглядах, словах сквозило ожидание чуда. Сейчас они воспринимали меня не просто как человека, нахватавшего себе разных даров. Я был для них воплощением военной удачи. Вроде приятно, но ответственность давит на плечи.

Пора кастовать…

«Михаир…» — обратился ко мне Поций.

«Что?»

«Давай, наверное попробуем работать не в ширину, а больше внимания уделим глубине проникновения».

«Думаешь, это важно?»

«Это место обороны у них заведомо слабое. Поэтому мы его и выбрали. Стена высокая, но башен нет, ворота рядом, а склон пологий. На месте козолупов я бы выстроил дополнительные укрепления прямо за стеной. Сверху глазами гарпий их видно?»

«Есть кое-что. Понял тебя и соглашусь. Лучше сравнять с землёй небольшой участок стены, но зато уничтожить также и укрепления за ней. Буду работать в глубину».

За стеной, действительно, что-то было. Земляные укрепления, баррикады, колья. Однако оценить то, насколько крепко враг там засел, чисто визуально было сложно. Противник использовал маскировку. Многие участки оборонительных линий, расположенных между стенами и улицами, были прикрыты тканью.

Ну что же… легионеры ждут от меня чудес? Несколько у меня есть в запасе.

Я использовал чудо пробуждения леса. Выбрал область применения способности так, чтобы накрыть 7 м стены, а остальное пространство направил вовнутрь. Итого получился прямоугольник. Одна его страна была 7 м, а другая примерно 44. Зелёные насаждения зайдут глубоко в город, обозначая будущий маршрут штурма.

Изумрудно-зеленоватое свечение, охватившее зону действия способности, казалось особенно ярким этой тёмной ночью. Жизнь пробуждалась в почве. Растения жадно тянули влагу из грунтовых вод. Стебли стремительно утолщались, сплетались в тугие жгуты. Они впивались в стыки камней, словно щупальца множества мифических существ. Из трещин вырывались побеги, изгибаясь змеями и оплетая кирпичную кладку, они раздвигалм ее с глухим, нарастающим треском. Жизнь побеждала камень. Корни проникали всё глубже, дробя столетия назад засохший раствор и заставляя крупные глыбы дрожать.

По стенам побежали длинные изломы, похожие на ветвящиеся молнии. Камни начали сдвигаться, вываливаться, обрушиваться вниз тяжёлыми грудами.

Стены Ри-Нагата уступали по толщине и прочности храму-цитадели из Махен-Тира. Дар пробуждения леса фактически полностью уничтожил участок укреплений, на который я его применил. Кусок стены и линии обороны за ним были поглощены внезапно возникшей густой чащей.

«Красота!» — прокомментировал результаты озеленения Поций.

«Ты разве видишь в такой-то темноте?»

«Очертания вижу. Понятно, что стене кабздец. Так что… красота!»

Отмерив где-то метр от выросшего вместо стены леса, я снова использовал дар богини. Второй раз все тоже сработало отлично. И третье применение чуда пробуждения леса не было потрачено в пустую.

Семя падения Ри-Нагата посажено. Теперь следует немного подождать и дать ему распуститься пламенными цветами огня.

«На сегодня всё», — объявил я. — «Часовым быть начеку. Сомневаюсь, что гарнизон решится на вылазку, но не все монстры Сандиса умеет отличать союзников от врагов. Всегда имейте при себе защитные амулеты Гетионы и следуйте советам жрецов».

Мы отступили в основной лагерь. Настроение там царило приподнятое. Парадокс работы с боевым духом армии в том, что половину времени ты пытаешься не дать воинам погрузиться в уныние, а другую половину времени не позволяешь слишком радоваться. Сейчас у нас был второй вариант.

Я мягко, но очень настойчиво напоминал своим легионерам, что мы ещё не всех победили. А то походный лагерь стремился превратиться в праздничный фестиваль. Воины всех легионов постоянно ходили друг к другу в свободное время. Особенно это касалось тех, кто подчинялся разным стратегам. Легионеры знакомились, братались, вместе употребляли положенные порции вина, строили планы на будущее. Кто-то кому-то предлагал сосватать младшую сестру. Другие намеревались создать коллегию для скупки северных или шаддинских земель по дешевке.

Мысль о возможности гражданской войны всё ещё обитала в умах людей, однако на фоне последних побед никто будто бы не желал верить в такой печальный исход для нового расцвета имперского могущества. Тревоги вместе с лярвами и прочей нечистью остались за пределами света лагерных костров.

Ближе к утру мне снился Канртег. Уж не знаю стал тому причиной рассказ Орины или же тонкие эманации грядущей судьбы добрались и до меня.

Я снова увидел каменную громадину проклятого города, размеры и масштаб которого поражали меня до сих пор. Скопление черных зиккуратов посреди неспокойного, мрачного моря. Нижние кварталы после катастрофы скрыла вода, но осколок Канртега всё ещё пытался сопротивляться судьбе. Бывшие дворцы, храмы и террасы