Мертвые земли Эдеса - Софья Шиманская Страница 91

тонкое кольцо Мертвой Земли, охватывающей поместье. Оно было отчетливо черным, словно нарисованным на местности чернилами. Легкий туман, который стелился по полю вокруг, словно обрывался на ее границе и начинался после. Часть кольца скрывалась за деревьями пролеска возле ограждения, но дальше неровная черная линия возобновлялась и огибала виллу.

– Песья мошонка! – Терций оперся локтем на плечо Луция и сощурил единственный глаз. – Так вообще бывает?

Луций, едва не согнувшись под весом руки гладиатора, вышел из оцепенения и оттолкнул Терция.

– Это странно, – он извлек из седельной сумки карту, расстелил ее на земле и присел на корточки, – очень странно. Ближайшая язва должна находиться в сотне миль отсюда.

– Значит, шаманка дело говорила. Надо было поворачивать.

– Нет, – пробормотал Луций, – пойдем вперед.

– Куда вперед? – Терций нахмурился. – Я в эту херню не полезу и тебя не пущу. Либо снимай с меня печать и иди самоубивайся самостоятельно.

Луций потер висок и сжал в кулаке край карты. В памяти всплыл пророческий сон – настойчиво намекал, что они идут в верном направлении. Не говорил только, по направлению к чему. Мертвая Земля окружала поместье как…

– …защитный ров, – проговорил Луций, подняв взгляд, – это буквально защитный ров. Такие копают, чтобы оградить города от нападений. Где есть ров, там есть и мост. Туда можно пробраться.

– Нет там никого. Виллы бросают, едва Мертвая Земля покажется на горизонте. – Терций начинал свирепеть, как это было всякий раз, когда он чего-то не понимал. – Какой ров, ты совсем поплыл, малец?!

– Нужно последить, появится ли над зданиями дым, – буркнула Рада, не глядя на них, – еще рано для ужина, но, если там начнут готовить, мы увидим. Все просто.

– Дым мы отсюда не разглядим. Да и темнеет уже.

– Ты одним глазом, может, и не разглядишь, а я разгляжу.

– Эй, я вообще-то твой план отстоять пытаюсь, – Терций бросил на Раду гневный взгляд, – поворачиваем, братцы. Нечего тут ловить.

– Можем спросить на лесопилке, как дело обстоит, – Никий подошел к краю обрыва и потыкал носком сандалии землю, проверяя грунт на прочность, – они же местные, должны знать. Вы, молодежь, вечно все усложняете.

– Нельзя говорить с ними. Меня узнают, – Тумур покачал головой, – в рабство не вернусь. Не полезу.

– Ты же хотел вытащить своего товарища. – Луций поднялся и пристально посмотрел на Тумура. Тот сжал губы. – Нарвемся на смотрителей, я скажу, что выкупил тебя с рынка. Беглых отлавливают на всей территории Республики. Обычно таких рабов убивают, но такого, как ты, могли и сохранить на продажу. Ты здоровый и сильный, грех такого пускать на корм свиньям.

– Еще говорил, что иверийцы трусы, – подначила его Рада из-за спины Луция.

Тумур сжал кулаки так, что костяшки побелели. По его лицу было видно, что слова Рады закрыли ему путь к отступлению. Терций недоуменно развел руками, глядя на нее.

– Девка, я тебя не понял. Вчера ты ныла, чтобы мы ехали домой, а сегодня гонишь вперед и сама бежишь в первых рядах!

– Поздно поворачивать, – Рада бросила на Луция угрюмый взгляд, – он уже все решил. Теперь я иду за ним, чтобы удерживать Руха, когда он явится. Такая у меня работа.

– А еще это не голосование, – Луций поднял руку и демонстративно пошевелил пальцами у Терция перед носом, – ты пойдешь со мной, хочешь ты этого или нет.

Терций скрипнул зубами, на что Луций никак не отреагировал. Гладиатор мог злиться сколько угодно, а выбора у него все еще не было. Наконец тот шумно выдохнул и направился к обрыву.

– Сдохнуть я тебе не позволю, – он ткнул Луция пальцем в грудь, проходя мимо, а потом сноровисто проскользнул по влажной глине, схватившись за торчащий из земли корень, – привяжите коней. За дедом присмотрите, чтоб не свалился.

Никий, стоило отдать ему должное, не только не свалился, но и спустился даже проворнее Терция. Закрепив лук и приторочив к поясу колчан, он полез вниз по обрыву ловко, как обезьяна. А вот Тумур с последнего десятка футов рухнул камнем. Луций спускался долго, проверяя каждый корень на надежность. Пусть падение не угрожало магу серьезными последствиями, ему основательно надоело испытывать боль. А что-то подсказывало ему, что впереди их ждет много ситуаций, где ему придется с ней снова повстречаться.

Пока они дожидались Раду – она наотрез отказалась оставлять свою поклажу и сначала спустила на веревке мешки и только потом, попрощавшись с лошадьми, полезла сама, – Луций подошел к Терцию и расчертил перед его носом Печать Тепла.

– Я же сказал, не надо. – Гладиатор замахал руками перед лицом, но заклинание разбить не смог.

– Мне все равно, что ты сказал, – Луций шлепком положил печать на его лоб, – вода ледяная. Не хочу, чтобы моя жизнь зависела от бойца в соплях.

– Так нарежь мне сразу свое красивое тавро от всех болезней, – сахарным голосом протянул Терций и получил еще один шлепок по лбу.

– Уймись. – Луций отошел и принялся чертить печать для Никия. Тот выглядел довольным. – Твой гонор сейчас совершенно не к месту. Я не одолжение тебе делаю. А ты устраиваешь капризы похлеще Рады.

Никий покосился на Терция и согласно закивал. Гладиатор издал звук, похожий на что-то среднее между рычанием и сопением, но потом отвел взгляд и, потерев шею, вздохнул.

– Твоя правда, милаха. Бесите вы меня, маги сраные. Ладно, хер с тобой, айда купаться.

Разбили тонкую корку льда. Река оказалась совсем неглубокой и узкой, но неожиданно чистой, с мягким тяжелым илом. Двигаясь по колено в воде, Луций задумчиво смотрел вверх по течению. Он помнил, что, согласно карте, эта река проходила по границе поместья. Интересно, а как вода течет через Мертвые Земли? Меняется ли она? И каким образом все-таки сформировалось это кольцо? В сущности, такой рельеф местности объяснял, почему среди всего многообразия владений Корвинов и их клиентов по всей Республике для сомнительных дел они выбрали именно Мильвию. Эта провинция находилась достаточно близко к Эдесу, в стороне от военных фортификаций. Поводов наведаться в края лесозаготовок у столичных жителей не было. Очень удобно.

За рекой их встретили густые заросли вереска и иссопа. Трава цвела, несмотря на ударившие заморозки. Однако в холодном воздухе чувствовался лишь едкий запах дыма. На лесопилке жгли сырые дрова и валежник. Бараки стояли совсем близко к берегу. Тумур с каждым шагом все больше мрачнел и все больше сутулился, съеживался, сворачивая широкие плечи. Словно рабская память, почуяв знакомые места, овладевала его телом.

– Обрисуй-ка нам ситуацию, йорд, – Терций тяжело хлопнул того по плечу, – что там было? Сколько надсмотрщиков? Что умеют?

– Четверо, – Тумур хмуро сверлил