Путь Скорпиона - Павел Владимирович Волчик Страница 85

Ахти, потрясённый, абсолютно раздавленный, промолчал.

– Что тебе велел Канто?!

Мальчик поджал губы.

– Он сказал оставаться в круге. Так? – прорычал Гаспар. – Но ты не послушал! Ты всегда знаешь, как лучше! Если старший отдаёт приказ…

– Я не справился бы один, ясно?! – взорвался Ахти и стушевался, потрясённый тем, что сказал. – Здесь был колдун и его ученик, понятно тебе? – добавил он уже тихо, без сил.

Гаспар схватил с земли булыжник и швырнул его в пропасть. Камень исчез в пелене дождя.

– Куда они пошли? – выцветшим голосом спросил он.

Ахти указал рукой вправо по краю разлома.

Шлёпая по лужам, промокшие и злые, они пошли вдоль останков стены, которая щерила свои зубья в свинцовое небо.

Чёрная клешня Гаспара блестела от дождя, длинная коса намокла и отяжелела.

Какое-то время они шли молча, потом Гаспар наклонился и негромко сказал:

– Помнишь, что я говорил тебе про колдунов? Они попытаются заморочить нам голову. А мы должны заморочить им.

Ахти кивнул, хотя не очень-то понимал, что это значит.

– И вот ещё, – Гаспар заглянул ему в глаза. – Если дойдёт до драки, бей первым в самый неожиданный момент. В этом суть нашего традиционного удара Салама – «вспышки» или «поцелуя молнии». Конечно, требуются годы тренировок, чтобы довести его до совершенства, но у тебя на это нет времени. Главное – уловить момент, когда враг чуть отвлёкся. Нож не потерял?

– Нет.

– Дай мне.

Мальчик вытащил клинок волхва, вложил в большую ладонь Гаспара костяную рукоять.

– Бей сюда и вот сюда, – посоветовал Чемпион.

Он показал мальчику точки на шее и на животе, на внутренней стороне рук и бёдер. почти все эти удары наносились снизу или чуть сбоку.

Гаспар протянул ему нож рукоятью вперёд, но не дал мальчику сразу взять его в руку.

– Решай сейчас. Если чувствуешь, что не сможешь его использовать, лучше обойтись вовсе без ножа. Я видел немало вояк, которых убивали их же собственным оружием. Не нужно давать противнику такую возможность.

– Я справлюсь, – тут же ответил Ахти. Его ладонь сомкнулась на гладкой рукояти и крепко сжала её.

– Хорошо, – кивнул Гаспар.

Пройдя ещё немного, они увидели глубокий провал. Гигантский разлом в этом месте ширился, и им пришлось огибать его по дуге. Эта дорога привела их обратно из района рабов в район великанов.

Сохранившиеся фундаменты, колонны и остатки стен стали куда массивнее, и по ровному очертанию широких улиц можно было предположить, что они вошли в центр древнего города.

Перед ними открылось широкое поле, вымощенное плитами, сдвинуть с места которые, наверное, не могла и упряжь с десятком волов. По всей видимости, нефилимы некогда собирались на этой площади, возможно, устраивали шумные праздники или просто отдыхали на ступенях могучей лестницы, которая восходила к необычному зданию в центре.

– Пантеон всем богам, – негромко пояснил Гаспар, глядя на развалины округлого строения с обрушенным куполом. – Нефилимы были неразборчивы в выборе богов и рассчитывали попасть наугад в нужного. Они не знали меры ни в чём, даже в покровителях. Только бы их колдовство работало.

– И оно работало? – спросил Ахти.

– Да, – кивнул Гаспар. – Но не спасло их.

Хотя Красного города больше не существовало, глядя, как тают в пелене дождя очертания разрушенного пантеона, по-прежнему величественного и монументального, Ахти не мог не восхититься им.

– Из-за этого дождя я ничего не слышу и не вижу, – пожаловался Гаспар. – Можешь сказать, что это там темнеет вдали?

– Похоже на фонтан.

– Фонтан? Я тоже так подумал.

Они пошли быстрее. Ахти никак не мог избавиться от ощущения, что за ними следят откуда-то из глубин молчаливого пантеона. Дождь продолжал идти, тарабаня по голове и плечам и сводя с ума своей монотонностью.

Приблизившись к каменному бортику фонтана, они остановились.

– Почему мы пришли сюда? – нетерпеливо спросил мальчик. – Её здесь нет, да и их тоже.

Гаспар неопределённо пожал плечами:

– У меня такое предчувствие…

Тут Ахти увидел, как под толщей дождевой воды, набравшейся в чашу фонтана, что-то сверкнуло. Он вскрикнул и схватил Гаспара за локоть.

– Что?

– Там, на дне, что-то блестящее. Похожее на оружие!

– Неужели?

Гаспар, которого эта находка мало заинтересовала, щурился на тёмный скелет высящегося пантеона.

– Это нефилимы оставили, да? – спросил Ахти.

– С чего ты взял? – скривился Чемпион.

– Понятно же, что они! В заклятии говорилось, что с исчезновением воды для захватчиков исчезнут и все сокровища великанов.

– Ну и?..

– Посмотри, сколько воды вокруг! Когда идёт дождь, сокровища нефилимов становятся видимыми!

– Меня сейчас волнует девочка, а не сокровища.

Но Ахти не отставал:

– Нам ведь нужно оружие, чтобы бороться с колдунами. Так возьми его!

Гаспар высвободил руку:

– Послушай меня, малыш, никогда не трогай вещи колдунов, понял?

– Но если хотя бы…

Ахти не успел договорить. Шум дождя, как по щелчку, смолк, хотя холодные капли продолжали падать с неба.

– Приветствую вас, Скорпион… и его молодой оруженосец, – усталый, чуть простуженный голос зазвучал прямо в голове мальчика. – Меня зовут Моргред. Я архимаг. И сейчас вы в пространственной ловушке. Прошу вас, не пытайтесь из неё выбраться. Это бесполезно.

Ахти и Гаспар переглянулись. Чемпион медленно кивнул.

– Я не оруженосец! – крикнул мальчик. – У нас и оружия-то нет!

– Хорошо, – ответил голос. – Не оруженосец. Просто ученик ритори Гаспара.

– Но я не ученик, – развёл руками Ахти. – И он меня ещё ничему полезному не научил!

Мальчик почувствовал, как Чемпион незаметно в знак одобрения сжал его ладонь пальцами.

– Да! В жизни не стал бы с тобой возиться! – добавил Гаспар. – С такой занозой в заднице и в долгую дорогу!

Он сделал несколько шагов вперёд, и Ахти увидел, как Гаспар будто бы упёрся в невидимую стену.

– Я видел, как ты учил мальчика пользоваться ножом, – нетерпеливо проговорил голос, невольно вступая в навязанную беседу.

– Ерунда! – небрежно бросил Гаспар, встав на корточки и пытаясь проползти сквозь невидимую стену. – Всего лишь показывал парню, как чистить репу.

– А репу нужно чистить? – спросил Ахти. – Мы так варили.

– Конечно, репу нужно чистить! – разозлился Гаспар. – Ты вырос в трактире, сразу видно!