Сага об Элрике Мелнибонэйском - Майкл Муркок Страница 72

Дверь за ними неожиданно закрылась.

Элрик взглянул на Эрекозе — на его черном лице застыло напряженное выражение, потом — на Корума. Все они держали мечи наготове. В помещении царила полная тишина. Не произнося ни слова, Корум указал в разрез окна. Вид за окном изменился. Теперь там плескалось синее море.

— Джери! — позвал Корум. — Джери-а-Конел!

Послышался слабый звук. Может быть, это был ответ, а может, этот звук издала крыса где-то в стенах замка.

— Джери! — снова воскликнул Корум. — Войлодион Гхагнасдиак? Ты еще здесь? Хочешь попробовать остановить меня?

— Я здесь. Что тебе нужно от меня? — Голос доносился из соседней комнаты.

Три героя, которые были одним героем, осторожно пошли вперед.

В комнате мелькнуло что-то вроде молнии, и в ее призрачном свете Элрик увидел Войлодиона Гхагнасдиака.

Это был карлик, закутанный с головы до ног в многоцветные шелка, меха и парчу. В руке он держал крохотный меч.

Голова его была слишком велика для его тела, но это была красивая голова с густыми, сросшимися над переносицей бровями. Он улыбнулся.

— Наконец-то кто-то новый скрасит мою тоску. Но положите ваши мечи, господа, прошу вас. Ведь вы мои гости.

— Я знаю, какая судьба ждет твоих гостей, — сказал Корум. — Послушай, Войлодион Гхагнасдиак, мы пришли освободить Джери-а-Конела, которого ты удерживаешь пленником. Отдай нам его, и мы не причиним тебе вреда.

На красивом лице карлика при этих словах появилась веселая ухмылка.

— Однако ведь я силен. Победить меня вам не по силам. Смотрите.

Он взмахнул своим мечом, и в комнате снова сверкнула молния. Элрик приподнял меч, чтобы отразить ее, но она прошла мимо. Он сердито сделал шаг к карлику.

— Послушай, Войлодион Гхагнасдиак, меня зовут Элрик из Мелнибонэ и силы мне не занимать. Я владею Черным Мечом, и он жаждет выпить твою душу, если ты не выпустишь друга принца Корума.

Карлик снова рассмеялся.

— Мечи? Какая в них может быть сила?

— У нас необычные мечи, — сказал Эрекозе. — И мы перенесены сюда силами, которых тебе не понять. Мы извлечены из своих эпох силой самих богов и доставлены сюда для того, чтобы потребовать от тебя освобождения Джери-а-Конела.

— Вас ввели в заблуждение, — сказал Войлодион Гхагнасдиак, — или вы пытаетесь ввести в заблуждение меня. Этот Джери, должен согласиться, неглупый парень, но зачем он мог понадобиться богам?

Элрик поднял Буревестник. Черный Меч застонал, предвкушая кровопролитие.

И тут карлик извлек откуда-то маленький желтый шарик и швырнул его в Элрика. Шарик ударил Элрика по лбу и отскочил назад. Буревестник выпал из его руки. Голова у Элрика закружилась. Он попытался поднять меч, потянулся к нему, но силы покинули его. Он попытался было обратиться за помощью к Ариоху, но потом вспомнил, что Ариох изгнан из этого мира. Тут он не мог призвать себе на помощь могущественных союзников — у него не было здесь ничего, кроме меча, но Элрик не мог его поднять.

Эрекозе отскочил назад и подтолкнул Черный Меч в направлении Элрика. Как только рука альбиноса взялась за эфес, силы стали возвращаться к нему, но это были обычные для смертного силы. Элрик поднялся на ноги.

Корум остался стоять где стоял. Карлик продолжал смеяться. В его руке появился новый шарик. Он снова швырнул его в Элрика, но Элрик на сей раз успел отразить его своим мечом. Шарик запрыгал по комнате и взорвался у дальней стены. Из огня возникло что-то черное.

— Уничтожать сферы опасно, — невозмутимо сказал Войлодион Гхагнасдиак, — потому как то, что заключено в них, уничтожит тебя.

Чернота, появившаяся из шара, стала расти. Пламя погасло.

— Я свободен, — раздался голос.

— Да, — весело произнес Войлодион Гхагнасдиак, — Свободен убить этих глупцов, которые отвергают мое гостеприимство.

— Свободен быть убитым, — ответил Элрик, смотревший, как эта чернота приобретает очертания.

Поначалу казалось, что она состоит из развевающихся волос, которые постепенно сжались и образовали существо с мощным телом гориллы, но со шкурой плотной и покрытой бородавками, как у носорога. За его спиной виднелись очертания огромных черных крыльев, а на плечах сидела рычащая тигриная голова. В волосатых руках это существо держало длинное оружие, напоминающее косу. Тигриная голова зарычала, и коса совершила резкое движение — Элрику едва удалось уклониться от него.

Эрекозе и Корум ринулись на помощь Элрику. Элрик услышал крик Корума:

— Мой глаз — он не видит в потустороннем мире. Я не могу вызвать помощь!

В этом измерении колдовские возможности Корума тоже были ограниченны.

И тут Войлодион Гхагнасдиак бросил желтый шарик в черного гиганта и другой — в бледного человека с бриллиантовой рукой. Обоим им с трудом удалось отразить эти снаряды, которые тут же взорвались. Немедленно из них возникла чернота, материализовавшаяся в еще двух крылатых монстров с тигриными головами, и союзники Элрика были вынуждены перейти к самозащите.

Увернувшись от еще одного удара косой, Элрик попытался вспомнить какую-нибудь руну, которая могла бы вызвать ему подмогу, но ни одна из тех, что сработала бы в этом измерении, не приходила ему в голову. Он нанес удар человеку-тигру, но его удар был отражен косой. Его противник был наделен огромной силой и проворством. Захлопали черные крылья, и рычащая тварь поднялась к потолку. Несколько мгновений она парила в воздухе, а потом ринулась на Элрика, вращая косой. Ее клыкастая пасть издала пронзительный вопль, ее желтые глаза сверкали.

Элрик был близок к панике. Буревестник не снабжал его энергией, на которую он рассчитывал. Сила меча в этом мире уменьшилась. Ему едва удалось избежать нового удара косой, при этом он воткнул меч в незащищенную ногу твари. Но кровь не хлынула. Тигрочеловек, казалось, не заметил раны. Он снова взмыл к потолку.

Элрик увидел, что его товарищи находятся в таком же бедственном положении. На лице Корума было такое выражение, будто он рассчитывал на легкую победу, а теперь не сомневался в гибели.

Войлодион Гхагнасдиак тем временем продолжал весело хихикать и расшвыривать по комнате новые шарики. Со взрывом каждого появлялся новый крылатый монстр с тигриной головой. Комната была полна ими. Элрик, Эрекозе и Корум, оглушенные биением гигантских крыльев и пронзительными воплями ненависти, отошли к дальней стене — монстры наступали на них.

— Боюсь, что на вашу погибель призвал я вас двоих! — прокричал Корум, переводя дыхание. — Я и понятия не имел, что наши силы здесь будут так ограниченны. Башня перемещается так быстро, что даже обычные законы колдовства в этих стенах не действуют.

— Но, похоже, они прекрасно действуют для карлика! — выкрикнул Элрик, отражая мечом