На крыльях крови - Брайер Болейн Страница 61

– Что именно? Я до сих пор даже не понимаю, что ты пытаешься сказать. – Но уголки его рта поползли вверх. Он знал.

– Ради всего святого, – процедила я сквозь зубы. – Ты отнесешь пушистика к одному из целителей своего дома или нет?

Он долго смотрел на меня, уголки его рта дрогнули, как будто он собирался рассмеяться.

Если он так себя поведет, то я ударю его по лицу. Что бы он со мной ни сделает после этого, это того стоит.

– Хорошо, – ответил он.

– Что?

– Я сказал: «Хорошо». Я отнесу его. Где он? – Блейк огляделся по сторонам, словно я могла таскать пушистика с собой.

– Я… Он в общежитии первого курса, – заикаясь, пробормотала я. – В комнате Флоренс Шен. Вчера вечером она его зашила. Но теперь у него поднялась температура, и она не спадает. Флоренс думает, что он может не выжить.

– Это он или?.. – спросил Блейк, которого явно веселил этот разговор.

– Он. Самец.

– А дальше ты мне скажешь, что дала ему имя. – Он покачал головой.

– Не дала. Но не стесняйся. Считай это наградой за помощь, – пробормотала я.

– Через час я его заберу. И захвачу корзину, чтобы его отнести.

– Правда? – Я уставилась на Блейка с недоверием, но тут же попыталась взять себя в руки. – И ты поговоришь с сестрой? Я беспокоюсь за нее. Кто-то пострадал. А что, если бы это был ребенок?

– Эния бы так не поступила, – резко бросил он с удивительной яростью. – Она никогда бы не причинила вреда ребенку. Я же сказал, что поговорю с ней.

Я кивнула.

– Отлично.

Он расставил ноги.

– Ну? Чего ты ждешь? Ты ведь именно за этим сюда пришла. Можешь идти.

Я недоуменно покачала головой. Высокомерный и самовлюбленный придурок. Но я не осмелилась произнести это вслух.

Повернувшись спиной и не сказав больше ни слова, я вышла со двора, прошла через окружающие его галереи и вернулась в коридор, ведущий к кабинетам. Я могла дойти до библиотеки другим путем.

Но когда я добралась до коридора, то передумала. Я остановилась, затем обернулась.

Прижавшись к стене, я как можно тише двинулась обратно к Драконьему двору.

Блейк все еще стоял там. Он огляделся, проверяя, что он один.

На мгновение его взгляд задержался на том месте, где стояла я, за колонной в проходе, и мне показалось, что он снова собирается ко мне обратиться. Но его взгляд скользнул мимо. Он меня не заметил.

Блейк направился к красному дракону и прошел мимо его огромного бока. На какое-то время я потеряла его из виду. Я стояла на месте, ожидая его возвращения.

Прошла секунда. Потом еще одна.

Я перешла к другой колонне, чтобы лучше видеть. Но около дракона никого не было.

Он, должно быть, зашел за другую статую. Я осторожно двинулась вдоль ряда открытых арок, ожидая в любой момент увидеть Блейка в роще деревьев, она и она была пуста.

Из Драконьего двора не было другого выхода, кроме того пути, по которому пришла я, и дорожки прямо напротив меня, которую я хорошо видела.

Он исчез.

Глава 20

Блейк

В детстве у меня был пушистик, но не чучело. Настоящий. Живой. Маленькое фыркающее существо с хвостом, который был больше его тела. Отец привез его из поездки в город гномов. Мне тогда было не больше восьми.

Я любил это существо. Носил везде с собой.

Ее.

Колючку. Я назвал ее Колючка.

Она была милой малышкой. Преданной до крайности. Каждую ночь она спала в моей постели.

Маркус смеялся надо мной из-за этого. Он всегда был мерзавцем, даже тогда.

Мать его ругала, но он не прекращал. Никогда не прекращал. Он бы никогда и не перестал, пока кто-то его не остановил. Кого-то, кого он действительно боялся.

Я перехватил корзину, которую нес, в другую руку, стараясь не потревожить маленькое спящее существо внутри. Я заглянул туда один раз, когда забирал его из общей комнаты первокурсников. Пендрагон не было рядом, но ее подруга Флоренс снова и снова благодарила меня за помощь.

На самом деле это было неловко. Я не знал, что сказать.

Можно было бы подумать, что я привык принимать благодарности и похвалы от полукровок.

Честно? Я был разочарован тем, что ее там не было. Я думал, она будет ждать, может быть, с выражением благодарности на ее обычно враждебном веснушчатом лице. Это было бы приятной переменой. Хоть раз она посмотрела бы на меня не с ненавистью.

Хотя, признаюсь, я уже привык к ее упрямо сжатым губам. Видеть, как ее острый подбородок нацеливался на меня, как будто она действительно могла меня ранить им. Я знал, что она этого хотела.

Даже ее нелепые волосы немного привлекали меня. Эти рыжие кудри, которые, казалось, всегда были спутаны, словно жили своей собственной жизнью.

Неукротимые, как и она. Дикая и дерзкая, отказывающаяся слушать кого-либо. Всегда стремящаяся оставить за собой последнее слово.

Но когда солнце светило под нужным углом, как сегодня утром в Драконьем дворе, эти оранжево-красные пряди превращались в пламя. Я поймал себя на том, что не могу отвести взгляд.

И это меня бесило.

Драхарроу не пялятся. Мы не глазеем. Мы не… Да не важно.

Она была невыносима. Полностью и окончательно сводила с ума.

А еще то, как она себя вела. Как будто ей нужно что-то доказать. Нет, хуже того, она словно не сомневалась, что ее место здесь. Она не пряталась, не пресмыкалась. Она не подлизывалась к высокородным, как многие из грязнорожденных. Ей просто… было все равно. И меня это беспокоило. Меня это задевало.

С каждым днем она все больше меня раздражала.

Это упрямое, дерзкое лицо, когда она спорила со мной. Мне хотелось стереть эту самодовольную ухмылку больше раз, чем я мог сосчитать. Это сводило с ума.

И все же было что-то в блеске ее зеленых глаз, что не позволяло не обращать на нее внимания.

Она дала мне отпор, чего больше никто не осмеливался, и, клянусь Кровавой Девой, это бесило. Но в то же время… впечатляло. И раздражающе привлекало.

Отлично. Было чертовски жарко.

Пушистик издал жалобный звук, и я остановился, приподняв корзину, чтобы заглянуть внутрь. Щенок был не в лучшей форме, но он еще дышал. Если мне удастся отнести его к целителю, с ним все будет в порядке.

Я немного ускорился. Если кто-нибудь увидит меня с этой штукой, будет унизительно.

Я сжал губы, и когда из-за угла