Кровь Древних Королей - Ким Сониль Страница 52

– Верни его сейчас же!

Ариен ударила Элдреда по лицу. На ощупь он был как сухое дерево. Снаружи ее речь оборвалась на полуслове. Элдред приподнялся на кровати, опирась на руки.

– Ты, мелкая…

Снаружи Лисандрос сделал шаг ближе, и Ариен хотела отступить, но Элдред успел вернуть контроль над телом. Внутри механического предплечья дознавателя что-то зажужжало, быстро вращаясь. Раздался спокойный голос Лисандроса:

– Что, зловещий король, тебе больше нечего сказать?

В воображаемой комнате Элдред вцепился руками в плечи Ариен.

– Не думай, что я просто высохший скелет. Я Элдред Зловещий, и меня называли так не зря! Я не труп, к которому ты можешь вот так просто прикоснуться!

– Ты просто гнилая мумия!

Ариен толкнула Элдреда изо всех сил, но костистые пальцы только сильнее впились в ее плечи.

Снаружи послышался голос Лисандроса:

– Прости, девочка. Время вышло. За побег из академии и кражу магического генератора мне придется казнить тебя. Ты знала, на что шла. Конечно, мы потеряем Элдреда, но, думаю, его и так уже не вернуть на место.

Железная рука с молниеносной скоростью схватила Ариен за шею.

В воображаемой комнате пальцы Элдреда сдавили ее шею с такой же силой.

– Если избавиться от тебя, то даже со связанными ногами я смогу… Желторотый маг, который даже о себе позаботиться не в состоянии, не заслуживает жизни. Я позабочусь о твоем теле за тебя. Сначала убью твой разум, а потом дознавателя.

Хватка Элдреда сжалась сильнее.

– Ты станешь сосудом для моего возрождения.

Пейзаж за окном пропал. Теперь там появился Лисандрос, сжимающий руки на ее шее. Большая часть лица представляла собой металлическую маску, так что Ариен не могла прочитать, о чем он думал. Высохшее лицо Элдреда постоянно кривилось во всевозможных гримасах, но Ариен не могла расшифровать и их. Девушка знала, что либо задохнется наяву, либо ей сломают шею в воображаемой комнате. Она постаралась придумать что-нибудь напоследок.

Ариен вспомнила родителей и свою деревню и не почувствовала грусти. Приехав в академию, она не написала им ни одного письма. И ни одного не получила. Возможно, прототип ее воображаемой комнаты уже исчез из реальности. Или мать родила нового ребенка и отдала комнату ему.

Ариен подумала о друзьях из Имперской академии. О Магнусе, который предлагал помочь с уроками, о своем парне Феликсе, о преподавателях. Она вспомнила даже смотрителя Даффа. Наверняка прямо сейчас они что-то праздновали. Но и эти воспоминания ничем не отозвались в душе. Сбегая, Ариен оставила их позади.

Тогда она подумала о Кейне. Он позаботился о ней, помог спрятаться только потому, что они родились в одном городе. Он купил ей вещи для путешествия на собственные деньги, дал дельные советы. Но Ариен знала, что больше никогда его не увидит.

Ариен почувствовала себя свободной от всего и всех. Она все бросила, разорвала все связи. Осталась сущая мелочь: Элдред и Лисандрос, которые оба одновременно пытались убить ее.

Воздух кончался. На глаза навернулись слезы – и в воображаемой комнате, и в реальном мире на площади Финвера. Вдруг Ариен вспомнила форму академии и заклятье, с помощью которого порвала ее. Как создавала нить, которой не было, обрезала ее и швырнула прочь. Заклятье помогло ей сбежать от Даффа. И этой магии научил ее не Элдред.

Ариен сделала то, что всегда получалось у нее лучше всего. Она вспомнила, как Кейн описывал принцессу Арланда. У принцессы должны были быть сверкающие доспехи и горящий меч, она сидела на драконе. Принцесса чем-то напоминала саму Ариен, только на шее у нее была татуировка в виде дракона – знак королевского происхождения. Воображаемая принцесса протянула Ариен свой меч.

С губ слетело единственное слово. Его она произнесла на рынке в столице, но почему-то забыла. В слове была заключена могущественная сила. Ариен взмахнула мечом, обрубая четыре душащие ее руки.

Две руки Элдреда упали на пол воображаемой комнаты, а руки Лисандроса – на снег, покрывавший площадь Финвера. У Ариен перехватило дух.

Элдред отшатнулся, упал на кровать, вопя от боли. Ариен обрубила руки чуть ниже локтя, и из культей сочился фиолетовый дым, как при утечке энергии из магического генератора.

Лисандрос опустил голову и уставился на руки. Он не понимал, что случилось. Ариен сосредоточилась на магической нити, которая тянулась от дознавателя к деревянному ящику за его спиной. Нить была фиолетовой, на ней было множество аккуратных узелков. В реальности ее не было, а если бы и была, то Ариен не могла бы ее увидеть. Но она без колебаний разрезала нить.

Механическое тело затихло. Все детали остановились. Оно осталось стоять, будто огромная кукла, которую забыли завести. Человеческая половина лица выражала недоумение. Похоже, лишившись энергии генератора, Лисандрос с трудом находил силы даже для дыхания, не говоря уж о разговорах.

Ариен изо всех сил пнула дознавателя. Металлическое тело завалилось на спину. Деревянный ящик разлетелся от удара, и из него выпал маленький свинцовый гробик.

Глава 30. Лоран

Лоран сидела в своем огромном кресле и слушала, как обсуждали, остаться ли в крепости или пойти защищать столицу Арланда, где набрать больше людей, как добыть продовольствие. В импровизированном совете участвовало около десяти человек, и Лоран не выбирала ни одного из них. Они были главами деревень, представителями городских гильдий или вообще пришли из имперской армии, попросив Лоран взять их на службу. Она никому не отказала.

Некоторые годами служили у наместника на низких должностях и знали о столице все.

Лоран разглядывала тлараны на шеях спорящих. Сложные переплетения обозначали кланы, к которым принадлежали предки этих людей. Лоран уже и не помнила, что значила каждая конкретная деталь, но знала, что узор в виде дракона украшал шеи и знамена старых королей. У двоих на шеях были элементы, похожие на дракона. Скорее всего, эти люди происходили из какой-нибудь дальней ветви королевской семьи, которая разошлась с основной много поколений назад. У самой Лоран не было дракона на шее, но никто не обращал на это внимания. Да она и не думала, что кто-то захочет поднять этот вопрос. Однако ее, простолюдинку по рождению, забавляли татуировки, отмечавшие следы настоящей королевской крови.

Одно дело – взять крепость, сейчас Лоран предстояло кое-что куда сложнее. Рядом с ней стояла Уилфрида, слушая спор, но не участвуя в нем.