Психолог с дробовиком - Андрей Олегович Белянин Страница 43

Именно в эти страшные моменты адепты Сухой Воды и Сыны Дна были единственными, кто мог хоть как-то утешить скорбящее население. Благо можжевельник рос в любом перелеске, а винокурни строились повсеместно.

В нашей истории с неудачным колдовством некромант Ягр и стражники дворца совместно оценили и сушняк, и дно. Да и, по совести говоря, много ли было у обычных людей веселухи в Средние века? Ну что там, публичная казнь? Так ведь не каждый день. А, допустим, потом?

Да, разумеется, были ярмарки и увеселения в торговых рядах. Само собой, еще реже, чем казни, ибо торговые ряды ставились в основном по осени, после сбора урожая. Что же оставалось простому народу? Какие развлечения? Увы и ах, но, похоже, только змеевик с охлаждением и капающая слеза сорокоградусной крепости, спасающая от нарастающих бед и проблем!

А почему? А просто потому, что нас, психологов, в те мрачные годы не было…

— Как вкусно пахнет, все хочу и все буду, вы гений кухни, Назаров-Баринов нервно курит в Ницце, — с ходу объявила Виктория, выходя из ванной уже в собственном коротком махровом халатике с голубыми снежинками на розовом. — Я готова съесть слона, можно?

— Присаживайся, — несколько сухо ответил я, но честно положил ей двойную порцию с горкой.

Если что, размер порций я определяю по себе, здоровому мужику с бородой. Но рыжая малышка с таким энтузиазмом цапнула вилку и кусок черного хлеба с тмином, намазанного мягким сыром, что недавно упомянутый андерсеновский Крот наверняка бы застрелился от такого здоровущего аппетита молодой стройной девицы.

Но я не он, лично мне искренние комплименты питерской недотроги вдруг показались очень приятными и, как говорится, зашли. Пока она утрамбовывала в ротик золотистую картошку с тушеной говядиной, мне удалось мельком глянуть в сотовый:

«Как я могла связаться с таким…»

— Шеф, я передумала! Не надо открывать ресторан! Как только я стану неприлично богатой, то найму вас поваром в свой огромный особняк на первой береговой линии Крыма! Гонорар вы определяете сами, но никак не меньше шестизначной суммы в месяц. И да, оно того стоит!

Я почти разомлел, но смартфон тоже не останавливался:

«Нет, ты меня выслушаешь, сволочь! Ты…»

— Или мне прямо вот сейчас приплачивать за ваш стол? Я только за! Как вы это делаете? Я не помню бога кулинарии в древнегреческой мифологии, но, наверное, это вы! Точно вы, да, просто скрываетесь от восторженных людишек…

Последнее, что мне удалось прочесть на экране, не спалившись, было:

«И не смей на меня молчать, гад!..»

Вика удовлетворенно икнула, завистливо покосившись на мою тарелку, но ничего больше не требовала. Фактически, что бы я ни готовил, ей доставалось две трети, остальное мне. И я без претензий! С некоторой завистью, да. Но без наездов.

А если подумать, как она повысила качество моей жизни благодаря гонорарам от Старших сестер, то по-хорошему мне стоило бы кормить ее исключительно фуа-гра, свежей осетриной, черной икрой и стейками из мраморной говядины. Девочка дорогого стоит! И вот именно это вдруг навело меня на вопрос, на который я не смог найти ответа…

— Почему они столько платят?

— Кто?

— Бухгалтерия вашего университета, — отложив вилку, всерьез задумался я. — Это же просто сумасшедшие деньги. И что, вот так за каждую выпускницу на практике? Юнг половозрелый, да это чисто финансово просто нереально и глупо! В России всегда можно найти наставника в пять раз дешевле, но…

— Вашблагородь, а че вы там в телефончике жмете? Бывшая достает, угадала?

До сих пор не понимаю, как ей удалось так незатейливо перевести разговор…

— Знаешь ли, да. Но она не достает, а по-своему пытается разрешить весьма запутанную тобой ситуацию.

— Вообще-то, я с ней вежливо поздоровалась.

— А потом надела ей ведро на голову.

— Какая мелочность. Я уже плюнула и забыла…

— Такое забудешь…

— И че пишет?

— Мягко говоря, не твое дело.

— Ой, ну и ладно… не дуйтесь, просто так спросила.

Если б я только знал на тот момент, что у рыжих девочек ничего не бывает «просто так»…

Мы почти одновременно встали из-за стола, договорившись, что чай или кофе будем вместе пить через полчасика-час, так положено по методикам здорового питания. Не то чтоб они для меня имели статус скрижалей, выбитых в камне, но иногда всплывали в памяти.

Я прошел к себе в кабинет, Викуленька сразу же засучила рукава халата, берясь за мытье посуды, и ничто не предвещало беды. Как же я был наивен и слеп! А еще профессиональный психолог, чтоб меня! Оправданий не имею по факту, увы…

Короче, не прошло и часа, пока я разбирался с записями Давида-оглы и матушки Евстифии, как раздался стук в дверь. Звонка у меня нет, напоминаю. На мой окрик скромница-ведьмочка объявила, что уже лежит у себя комнате и вообще не одета. Если кто не понял, то это было не предложение заглянуть на интим, а прямое указание на то, что двери отпирать придется мне!

И да, знаете ли, я поперся. Ума нет — считай, калека…

— Вот, значит, ты как… — На пороге стояла пылающая Людмила с синим пластиковым ведром в руках. — Я все могу понять. Ты интеллигент, творческий человек, с тонкой душевной организацией, но… какой же ты козел!

Вслед за этим вполне четким определением синее ведро было надето мне на голову. Она ушла, стуча каблучками, а я остался обтекать. Судя по запаху, мочи в ведре не было, но вода из лужи, окурки и прочий мусор с улицы, как и все, что по пути попадалось под руку, моя бывшая (теперь уж точно!) старательно собрала.

— Вот и поговорили, выяснили, разобрали по деталям, готовы к совместной работе над нашим семейным будущим, — неторопливо резюмировал я, возвращаясь в прихожую все с тем же ведром на голове. — А что не так-то?

— Упс…

Несмотря на то что этот покаянный выдох едва слышно прозвучал со стороны комнаты моей гостьи, я вдруг сразу понял, где искать виноватого. Или виноватую, если уж так угодно. Короче говоря, поймал ее за химок на взлете, удрать и спрятаться под кровать не получилось!

— Колись: