Сага об Элрике Мелнибонэйском - Майкл Муркок Страница 36

— Я люблю тебя, Киморил.

— Когда ты вернешься, мы поженимся. Через год.

Элрик опечалился, но отказываться от принятого решения не стал, чувствуя, что поступает правильно. Останься он, и скоро душу его начнет терзать тоска. Чего доброго, со временем он возненавидит Киморил за то, что она якобы обманом задержала его.

— До моего возвращения ты будешь править как императрица, — сказал он.

— Нет, Элрик, я не возьму на себя такую ответственность.

— Тогда кто? Дайвим Твар?

— Я знаю Дайвима Твара. Он откажется. Вот Магум Колим…

— Нет.

— Значит, тебе придется остаться, Элрик.

Император поглядел на придворных. Его взгляд задержался на одинокой фигуре в углу под галереей рабов-певцов, Элрик довольно улыбнулся.

— Значит, императором будет Йиркун.

Киморил пришла в ужас.

— Нет, Элрик! Только не это!

— Но почему? Он единственный, кто хотел быть императором. Он так стремился им стать, что будет только справедливо, если он им и станет — пускай всего лишь на год. Если он будет править хорошо, я подумаю, не отречься ли мне в его пользу. Если же он будет править плохо, то раз и навсегда докажет свою порочность.

— Элрик, — сказала Киморил, — я люблю тебя. Но ты сделаешь большую глупость, коль снова доверишься Йиркуну.

— Нет, — ответил император спокойно, — я не глупец. Я Элрик. Ну что тут поделаешь, Киморил?

— Я люблю Элрика! — вскричала девушка. — Но Элрик обречен. Все мы обречены, если ты покинешь нас.

— Я не могу остаться, Киморил. Я люблю тебя и потому должен уйти.

Киморил встала. Она плакала. Она гневалась.

— А я — Киморил, — сказала она. — Ты погубишь нас. Голос ее стал мягче; она погладила императора по голове.

— Ты погубишь нас, Элрик.

— Нет, — отозвался он. — Я создам новый мир, лучше прежнего. Я многое узнаю. Когда я вернусь, Киморил, мы поженимся и будем жить долго и счастливо.

Сам того не подозревая, Элрик трижды солгал возлюбленной. Первый раз — про Йиркуна. Второй раз — про Черный Клинок. И третий — про Киморил.

Именно эта тройная ложь определила его дальнейшую судьбу, ибо по поводу того, что нас особенно сильно заботит, мы лжем наиболее охотно и самым убедительным образом.

Эпилог

На Острове Пурпурных Городов есть порт под названием Мений, дома там в большинстве своем выстроены из красного камня, как и во всех других портах этого острова. Красные крыши домов, яркие паруса лодок в гавани — такая картина представилась глазам Элрика и Ракхира, когда ранним утром друзья сошли на берег.

Чудесный корабль короля Страаши стоял на якоре неподалеку от волнолома. Чтобы переправиться на берег, друзья воспользовались маленький лодчонкой. Выйдя из нее, они обернулись и поглядели на корабль, на котором приплыли сюда — вдвоем, безо всякой команды.

— Значит, я отправляюсь искать покой и таинственный Танелорн, — проговорил Ракхир с усмешкой. Он зевнул, потянулся — лук и колчан со стрелами заплясали у него на спине.

На Элрике было самое обычное платье, ничем не выделявшее его из сотен других искателей приключений в Молодых Королевствах. Он выглядел веселым и довольным. Он улыбался. От простого солдата удачи его отличал только огромный черный меч на поясе. Пока Элрик носил этот меч, ему не нужны были никакие настои и отвары для поддержания сил.

— А я пойду искать знаний в землях, отмеченных на моей карте, — сказал Элрик. — Мне многое надо узнать, чтобы было с чем возвращаться через год на Мелнибонэ. Жалко, Киморил не пошла со мной, но я понимаю ее.

— Ты действительно намерен вернуться? — спросил Ракхир.

— Меня притянет к ней! — рассмеялся Элрик. — Иногда мне кажется, что я не выдержу и вернусь на Мелнибонэ раньше, чем через год.

— Я пошел бы с тобой, — сказал Ракхир, — я бывал во многих землях и как проводник пригодился бы тебе ничуть не меньше, чем в призрачном мире. Но я поклялся найти Танелорн, хотя не знаю даже, существует ли он на самом деле.

— Надеюсь, ты отыщешь его, жрец-воин из Фама, — сказал Элрик.

— Ну, им мне уже никогда не стать, — отмахнулся Ракхир. Внезапно глаза его расширились.

— Гляди! Твой корабль…

Элрик обернулся. Судно, звавшееся некогда Кораблем-что-Плывет-по-Морю-и-Суше, медленно уходило под воду. Король Страаша забирал обратно свой дар.

— Духи — наши друзья, — сказал Элрик. — Но, похоже, могущество их в прошлом, как и могущество Мелнибонэ. Народы Молодых Королевств считают нас колдунами и дурными людьми за то, в чем мы схожи с духами Воздуха, Земли, Воды и Огня.

Мачты корабля исчезли с поверхности моря. Ракхир сказал:

— Я завидую тебе, Элрик. У тебя есть друзья, которым можно доверять.

— Да.

Ракхир поглядел на меч, висящий на поясе Элрика.

— Но вот никому другому я бы тебе доверять не советовал, — добавил он.

Элрик рассмеялся.

— Не бойся за меня, Ракхир. Я сам себе хозяин — по крайней мере на год. И потом я хозяин этого меча.

Клинок как будто шевельнулся, когда Элрик положил ладонь на его рукоять. Император хлопнул Ракхира по спине. Засмеялся, тряхнул головой так, что белые волосы рассыпались по плечам.

Элрик возвел свои странные алые глаза к небу.

— Я вернусь на Мелнибонэ совсем другим, — сказал он.

РЫЦАРЬ ХАОСА

Посвящается Кену Балмеру, который, будучи редактором журнала «Меч и магия», попросил меня написать для него эту книгу как одну из глав многочастевого романа. Журнал, который должен был стать партнером «Видений завтрашнего дня», так никогда и не вышел в свет, поскольку спонсор лишил финансовой поддержки и тот и другой.

Часть первая

Мучения последнего императора

…И после этого Элрик и в самом деле покинул Джаркор, отправившись в погоню за неким колдуном, который, по словам Элрика, причинил ему некоторое неудобство…

Хроника Черного Меча

Глава первая

Бледный владыка на берегу, залитом лунным светом

Холодная, закутанная в тучи луна бросала слабые лучи на мрачное море, освещая корабль, стоящий на якоре у необитаемого берега.

С корабля спускали лодку. Она раскачивалась на канатах. Двое в длинных плащах смотрели, как моряки спускают на воду небольшое суденышко, сами же тем временем пытались успокоить лошадей, которые били копытами по неустойчивой палубе, храпели и сверкали глазами.

Более низкорослый путешественник изо всех сил цеплялся за уздечку, сдерживая коня, и ругался:

— Ну зачем мы это делаем? Почему мы не могли сойти на берег в Трепесазе? Или, по крайней мере, в какой-нибудь рыболовной гавани, где есть гостиница, пусть и самая