Топить в огне бушующем печали. Том 2 - Priest P大 Страница 29

– Папаша Сяо, если я костьми лягу на службе, какую часть расходов на похороны компенсирует организация? Можно перед этим помочь мне погасить долги по кредитке?

– Да без проблем, – Сяо Чжэн безжалостно пнул в его сторону стул. – Потом продадим тебя в мединститут, чтобы отбить деньги.

Сюань Цзи прищелкнул языком, бесцеремонно порылся в выдвижном ящике стола Сяо Чжэна, извлек оттуда пачку дорогих сигарет и, присвоив ее себе, поинтересовался у следователя, явившегося с отчетом:

– Так, значит, обвинения Би Чуньшэн в адрес вашего старого начальника оказались правдой?

Следователь с серьезным выражением лица что-то открыл на планшете.

– Это запись духовного допроса одного из причастных лиц.

«Особенные» линии физических и психических сил, проводившие допрос, действительно были мастерами своего дела. Они напрямую извлекали воспоминания из мозга подозреваемого, точно так же, как на допросе последнего ученика господина Юэдэ.

В воспоминании на экране появился оперативник в пыли с головы до ног, он дрожал всем телом и сжимал в руке мобильник. «Начальник… я… разрешите доложить… в ходе операции по захвату скорпиона-мутанта… заправка поблизости… загорелась… Это была случайность… они все погибли, все…»

Изображение на экране перемещалось, следуя за его взглядом. На земле лежало несколько десятков изуродованных, окровавленных трупов разного роста – работники заправки, припарковавшиеся поблизости туристы…

«Это я во всем виноват, только я… – тяжело всхлипнул оперативник, голос его осип. – Прошу Бюро в порядке исключения не привлекать к ответственности остальных, все потери записать на меня… У меня в команде больше десятка парней, некоторые только-только закончили стажировку, с хорошими перспективами… И еще старый приятель, он потерял палец на задании… он собирался вскоре уйти в отставку… Нельзя, чтобы из-за одной ошибки для них все пошло прахом… Начальник, умоляю вас, наложите взыскание на одного меня…»

Собеседник долго не отвечал. Наконец раздался голос прежнего начальника Бюро: «Ты знаком с директором Отдела ликвидации последствий, Гун Чэнгуном?»

Человек с мобильником на миг застыл: «Э-э-э…»

«Свяжись с ним, скажешь, что тебе нужен „амулет“, мол, сверху одобрили… Если средств не хватит, обратись ко мне».

У слушавшего все это Сяо Чжэна похолодели ладони.

– Есть и другие, – сообщил следователь. – Из-за системы «посредников» все причастные повязаны друг с другом тысячами нитей. На основании данных, полученных из памяти тех, кто подвергся проклятию, на данный момент мы уже составили список, и оказалось, что все… В общем, вам лучше морально подготовиться.

Сяо Чжэн взял список и долго смотрел на него. Затем, не говоря ни слова, сложил лист пополам и передал Сюань Цзи.

Просмотрев имена, Сюань Цзи тут же встрепенулся.

– Ого, ничего себе! Вот уж точно – непорочны только каменные львы у ворот[32].

Среди подозреваемых в причастности к махинациям с Зеркальными бабочками было четверо человек с должностью не ниже директора отдела, в том числе прежний начальник Бюро и нынешний глава всей Службы безопасности директор Сун – даже они не ускользнули от внимания следователей, а также одиннадцать руководителей региональных отделений. И это только те, кто активно участвовал в расследуемых событиях и явно был в них замешан.

За последние годы примерно в тридцати процентах задач уровня опасности второго и выше обнаружились следы Зеркальных бабочек, и почти все элитные оперативники, работавшие на передовой, пользовались их «покровительством», независимо от того, знали они об этом или нет.

В том числе и сам Сяо Чжэн.

Чем лучше оперативники – тем опаснее их задания. Мало того, что их работа сама по себе как прогулка по лезвию ножа над пропастью, на них к тому же давят строгие правила Бюро. Таким образом, «лучшим из лучших» оставалось лишь два пути: либо, как Янь Цюшань, который не смог сохранить даже собственный меч, печально сойти со сцены, либо, как прежний начальник Бюро, в конце концов купить у Гун Чэнгуна тысячелетние шаманские чары и замарать свою честь, чтобы взобраться повыше. Но причастность Отдела ликвидации последствий просто в голове не укладывалась, потому что штабные бездельники никогда не сталкиваются с опасностями – им незачем высовываться и хлопотать за других, они ничем не рискуют.

– Директор Сяо, – с сигаретой в зубах начал Сюань Цзи, – как заинтересованное лицо скажи, что ты будешь делать?

– Доказательств более чем достаточно, – хрипло проговорил Сяо Чжэн после долгой паузы. – Я пойду… пойду к начальнику Хуану и подпишу ордер на арест.

События развивались так быстро, что, как говорится, тело Би Чуньшэн не успело даже остыть.

Часом позже с доски почета во внутренней сети Бюро в срочном порядке была убрана большая часть фотографий оперативников с блестящим послужным списком. Редактировать страницу времени не было, и в итоге она выглядела так, словно ее пожевала собака.

Как только глава Службы безопасности директор Сун пришел на работу, его прямо на пороге заставили сдать оружие. Золотой дракон Главного управления вскарабкался вверх по колонне, обвился вокруг и издал протяжный свист, прокатившийся эхом по всему просторному холлу.

Сюань Цзи с драконом на миг встретились взглядами, а потом директор Сюань вдруг спросил Сяо Чжэна:

– Старина Сяо, хоть все в твоей семье и обычные люди, не закрадывалась ли порой в твою голову мысль, что раз ты «особенный», то тебе должны полагаться привилегии?

Вопрос Сяо Чжэна ошарашил.

– Феодально-крепостническая система давным-давно канула в небытие, сейчас все равны.

«Все равны», – повторил про себя Сюань Цзи, его взгляд скользнул по встревоженным лицам людей вокруг, и он рассеянно подумал: «Тогда как же вы обошлись с мечом Чжичунем?»

– Что улыбаешься? – спросил Сяо Чжэн.

– Ничего, просто рад за тебя. – Директор Сюань пожал Сяо Чжэну плечо. – Ты проделал большую работу.

Причина горестных раздумий Сюань Цзи заключалась в кошмарах, снившихся ему накануне вечером и всю ночь. Во сне он превращался в меч и его разбивали на бесчисленные куски – но то было не «безболезненное» уничтожение, как было в Чиюань, когда он помогал духам меча освободиться от бренной оболочки. Во сне человек, разбивавший меч, отчего-то люто ненавидел его – он нарочно не давал ему освободиться, чтобы заживо разломать на восемь частей.

Всю ночь напролет Сюань Цзи будто восьмерка лошадей разрывала – это повторялось не один десяток раз, и когда наутро он открыл глаза, то едва мог пошевелиться. Лишь после пятой кружки эспрессо он с горем пополам пришел в себя настолько, чтобы встать на ноги и дойти до работы.

Усилием воли Сюань Цзи заставил себя остаться в Бюро и помочь Сяо Чжэну поддерживать порядок: как-никак все, кто подлежал аресту, были элитными оперативниками, и он опасался, как бы во время задержания