Кровь Древних Королей - Ким Сониль Страница 27

Лоран смотрела на старуху. Она гордо стояла посреди площади, совсем не боясь двух палачей за спиной.

Все остальные горожане ушли. Магические боевые машины пришли в движение и шустро, будто насекомые, расползлись по площади, беря Лоран в кольцо. Легионеры спрятались за щитами. Лоран заметила, что некоторые достали арбалеты.

Похоже, у старухи не было одной руки. Рукав ее платья свободно развевался на ветру. Она заговорила, опередив сотника:

– Это вы назвали себя принцессой Арланда?

– Да.

– Это вы сожгли имперские заставы?

– Да.

– И этого сотника, Мариуса, тоже убили вы?

– Да.

Услышав ответы, старуха с трудом разогнула спину, постаралась расправить плечи.

– Двадцать лет назад, когда Империя вторглась в нашу страну, я, теперь старуха, последовала за королем на поле битвы. Там я потеряла правую руку. Мой муж погиб в тот день, также сражаясь за короля. Во время Великого восстания десять лет назад мои сын и невестка… Я до сих пор не знаю, где сейчас мой внук, как живет. Очень многие отдали свои жизни, борясь с Империей. Если вы действительно принцесса и станете королевой, вам придется взвалить на плечи очень тяжелую ношу и пройти с ней длинный путь. Вы обещаете мне, что покончите с властью этих тиранов?

Слова застряли в горле. Лоран не смогла ответить, только кивнула.

Морщинистое лицо старухи озарилось улыбкой. Она подняла единственную руку и закричала во всю мощь своего горла. Ее голос, усиленный магическим устройством, разнесся над городом громче, чем самый страшный гром:

– Эй, вы все! Идите и смотрите! Наша будущая королева пришла!

Сотник на магической машине недовольно качнул головой. Легионеры синхронно поразили старуху мечами в спину. Она так и упала с поднятой рукой.

Лоран шагнула вперед. Ее пальцы крепче вцепились в рукоять Урмаса. Она почувствовала, как левый глаз разгорелся с небывалой силой.

Сотник поднял руку, подавая сигнал. Боевые машины подняли механические хвосты, целясь в Лоран. Лоран метнулась вперед, будто стрела. Арбалеты выстрелили несколько раз, но ни один не смог попасть. Снаряды бессильно ударялись о каменную мостовую. Арбалеты застрекотали, перезаряжаясь. Но Лоран уже взмахнула Урмасом, целясь в туловище ближайшей механической твари. Меч стал продолжением тела. Красная чешуя покрыла правую кисть, поднималась вверх по предплечью. Объятый пламенем клинок сиял, как маленькое солнце. С немыслимым проворством машина увернулась. Лоран смогла отрубить одну из шести ног, так что скорпиус замедлился, но не упал. В ответ он ударил Лоран клешней, сбив с ног на землю.

Арбалеты выстрелили снова. Но не все разом, как раньше, а по очереди. К машинам присоединились арбалетчики-пехотинцы. Лоран не успевала атаковать снова, только пряталась за каменным постаментом в центре площади. Металлический болт вонзился ей в левое плечо. Лоран стиснула зубы и огляделась, проверяя, где стоят машины и легионеры.

И тут она увидела, как из ближайших переулков к ней спешит людской поток.

В нем было куда больше горожан, чем только что ушло с площади. В Арланде простые люди не могли носить оружие без особого дозволения, но сейчас горожане шли не с пустыми руками: у кого-то были кухонные ножи, у кого-то – ножницы для шитья, а кто-то принес небольшие полевые мотыги.

Сотник заметил толпу и предостерегающе крикнул:

– Не входить на площадь! Того, кто подойдет ближе, я застрелю!

Легионеры, сосредоточенные на Лоран, отвлеклись. Воспользовавшись заминкой, она бросилась на машину сотника. Взмахнула Урмасом, и одна из чудовищных клешней безвольно упала на землю. Машина попыталась схватить Лоран уцелевшей клешней, но та отпрыгнула назад, уворачиваясь. Тело было легким, будто у птицы. Тогда заработали тяжелые орудия ближайших машин. Их создавали, чтобы уничтожать огромных чудовищ, разрушать крепостные стены или убивать большие группы пехотинцев или кавалеристов. Попади один выстрел в человека, и тот превратится в неузнаваемое месиво из плоти и осколков костей. Однако скорпиус был очень неповоротливым. Лоран успевала следить за движением ствола и вовремя отпрыгивать. Первый выстрел задел кузницу у нее за спиной. Кузнеца в ней не было: он вышел на площадь, держа в руках огромный молот.

Лоран расхохоталась, обнажив длинные клыки. Чем больше расстояние между ней и машинами, тем хуже, но площадь была слишком маленькой. И, главное, вокруг собралось слишком много людей.

На скорпиусе сотника стоял магический генератор. От него энергия уходила к другим машинам. По дороге к столице Эмер предложил отличный план. Если уничтожить главную машину, остальные замрут на месте, и тогда бой будет выигран. Лоран взмахнула Урмасом, создав завесу из сернистого дыма, и снова бросилась к цели. Левый глаз ясно видел сквозь серую пелену. Он смотрел прямо на сотника, который в панике что-то кричал своим людям.

Лоран не знала, где в этот момента была Армия освобождения Камори. Вовсе не они вышли против Империи, вооруженные одними тяпками, мотыгами, кухонными приборами или даже палками от метел. Здесь была ее родина. Ее народ. И битва на Площади свободы шла между двадцать пятым легионом и Лоран. Это была битва Империи и Арланда, в которой Лоран сражалась не одна. Она была принцессой Арланда. Ей покровительствовал Огненный Дракон.

Главное орудие скорпиуса сотника выстрелило в Лоран дважды, оба раза промазав. Лоран оттолкнулась от земли, взмыла вверх. Металлические болты, пущенные наугад, просвистели мимо нее, обжигая щеки и бока, разрывая кожаный доспех, оставляя на коже темно-красные полосы. Лоран оскалилась, еще раз сверкнув клыками.

Сотник выхватил свой меч, встал в оборонительную стойку. Клинок и шлем окутало фиолетовое свечение, как тогда, в Деханском лесу. Бесполезно. Приземлившись на корпус боевой машины, Лоран рубанула по доспехам Урмасом.

Сотник напоминал северянина. У него были белые как снег волосы, так что, вероятно, он прибыл издалека, из самой Хиберии. Он что-то пробормотал на незнакомом Лоран языке. Она заглянула в испуганные глаза. Они были такого же цвета, как облачное небо. На мгновение ей стало жаль этого человека, который оставил родину лишь для того, чтобы умереть на чужбине. Но потом жалость сменилась чем-то иным. В душе бурлила горящая смесь гнева, грусти и жажды мести. И именно эти чувства оказались решающими. Одним взмахом Лоран разрубила сотника надвое.

Затем она вонзила Урмас туда, где стоял сотник, и заставила клинок вспыхнуть. Взметнулся столб черного дыма, блеснуло ярко-фиолетовым. Лоран едва успела спрыгнуть, когда боевая машина взорвалась. Металлические осколки отскочили от чешуи, покрывшей лицо и руку Лоран. Оставшись без магического генератора, три других машины замерли и безвольно повалились на мостовую.