Луч - Даниил Туровский Страница 19

Эвакуации отсюда никакой не было. Несмотря на то что городское руководство не было моментально уничтожено, как в Москве, беженцы потом рассказывали, что чиновники просто сбежали. Никто из них не выступил с экстренным предупреждением, не говоря уже о координации работ по спасению. На второй день катастрофы, когда выяснилось, что Луч быстро распространяется, люди начали выезжать сами. Автобусов не хватало, поезда переполнились и не двигались, на трассах выстроились пробки, самолеты не вылетали из-за разрушения навигационных систем. Многие уезжать отказывались: «Куда нам ехать, нас там не ждут», «Чего только этот город не пережил, справимся».

Экспедиция, которую возглавлял Юрий Кучеров, сначала прошла через торговый центр у кольцевой дороги. Исследователи не бывали в таких уже больше пяти лет (а ведь когда-то – почти в любые выходные: шопинг, фудкорт, кино, иногда каток). Освещение не работало, они включили фонари. Кучерову все вокруг – масштабом и тенями – напомнило Морию. Водя фонарем по вывескам, он вспомнил, что еще до Луча торговые центры в стране пришли в упадок: бренды, работавшие тут десятилетями, ушли, помещения стояли пустыми или заменялись фейковыми альтернативами с нелепыми названиями.

Группа забрела в гипермаркет. В овощном и мясном отделах за эти годы уже исчез запах тухлятины. Исследователи прихватили чипсов, шоколадок и газировку. Несколько минут подурачились на фудкорте, играя в продавцов и покупателей. Попримеряли костюмы, рубашки, платья, часы, туфли, которые раньше казались люксовыми. В одной из кабинок они обнаружили два повешенных на джинсах скелета. Через минут тридцать экспедиция уже вышла с другой стороны здания и отправилась к Неве. Идти вдоль воды безопаснее.

Настя знала, что Кучеров прожил всю жизнь в Петербурге, а до Луча работал в лучшем, по его словам, книжном магазине в мире – «Подписных изданиях». Он как-то описывал ей помещение, атмосферу, лестницу, кофейню, детали так, что ей сразу захотелось там оказаться. Удивительно, она так много раз бывала в городе, но туда не заходила.

В последние месяцы Лозова и Кучеров много общались: об экспедициях и галлюцинациях, о книжках и кино. В долучевской жизни она была журналисткой, он работал в книжном, много общего. Ничего романтичного между ними не происходило, хотя Настя и чувствовала это забытое напряжение и замирание воздуха, когда они находились рядом. Читая его отчет, она радовалась, что друг смог оказаться в родном городе, дома, пусть и полностью захваченном и опасном.

Вот что было написано в отчете дальше:

«Вдоль Невы группа начала движение на север; меньше чем через час мы оказались на площади у Московского вокзала. Как и на других зараженных территориях, тут везде появился лес. Он пророс через поезда, рельсы, здание вокзала, палатки с пышками, через Невский проспект. Понимаю, что не имеет отношения к делу, но на асфальте и столбах по-прежнему висят объявления о секс-услугах. По Невскому мы прошли мимо моего бывшего места работы – удивительно, но все книги остались на месте, только запылились и пожелтели. Мы взяли по несколько книг (я – Дэна Симмонса). Когда я завис в зале с нонфикшен, Катя и остальные позвали меня в отдел с русской литературой. Они показали на следы: отпечатки и на полках, и на книге Мамлеева, будто ее кто-то брал и рассматривал. Я переспросил, может, это кто-то из наших, но все сказали, что не подходили к этому стеллажу. Мы коротко обговорили, что, значит, нужно держать наготове не только «Мухоморы», но и огнестрельное оружие. Я сказал, что сложно поверить, что в Петербурге спустя столько лет волн Луча мог кто-то выжить, но с очень небольшой вероятностью здесь могли остаться мародеры или беженцы. Я высматривал среди разбросанных по помещению тел приятелей, работавших в книжном, но никого, конечно, не смог распознать. После магазина мы прошли вдоль Фонтанки до Летнего сада, к Русскому музею. Там мы по плану собирались закрепиться на ночевку, чтобы на следующий день отправиться в музей за архивами Билибина. Все прошло без проблем, мы остановились в корпусе Бенуа, разложились около работ Врубеля. Правда, через полчаса, когда никто не смог уснуть рядом с таким соседством, мы передвинулись в помещение без картин. Кое-как заснули. Проснулись рано, разогрели завтрак в бывшей столовой сотрудников, где все еще оставался запас газовых баллонов. Коллеги в это время сходили в архив, забрав билибинские записи, Катя вытащила его работы из рам. Следующей точкой маршрута был Эрмитаж. Как только мы вышли на улицу, сразу почувствовали запах упавших на землю позднеосенних яблок. Очень сильный, такой, словно на яблоки еще и кто-то понаступал.

* * *

Мы одновременно услышали писк, шуршание, хохот. Из канала и сквера повылезали кикиморы, русалки, черти, лешие, шурале, полудницы, ырки. Это только те, кого я успел рассмотреть. На куполе Спаса-на-Крови появилось лихо одноглазое, засвистело так, что пришлось закрыть уши. После свиста существа бросились на нас. Я предложил искать помещение для обороны. Мы осмотрелись и увидели, что на другой стороне реки существ почти не было. Побежали туда, но дорогу преградили черти, их сразу же расстреляли из «Мухоморов». Пока наш военник Саша перезаряжался, на него наскочил леший. Видимо, он мгновенно проник в его сознание – Саша остановился, выронил оружие и закричал так, будто увидел самое страшное в своей жизни (говорят, чаще всего они пугают мыслями о том, что внутри и сквозь тебя прорастает дерево, прокалывая внутренние органы и кожу; в дереве, в тебе, поселяются черви, голуби внутри тебя устраивают гнездо; и ты такое хочешь выковырять, вырезать из себя).

У нас не было времени на антидот для Саши, погибли бы тогда все. Мы перебежали мост. Отстреливаясь, по переулкам добрались до Дворцовой площади. Там, как армия, выстроились сотни существ. Они не двигались. Мы вбежали через арку прямо на них, но они никак не среагировали. Не уверен, что даже в самом начале Луча, когда существа появлялись в пораженных городах, их было так много. Но сейчас они не двигались, при этом нас догоняли черти и лешие, они бежали по стенам и крышам. Мы бросились вдоль площади к Эрмитажу. Раздался свист – лихо. Армия сказок очнулась, все существа посмотрели на нас. Мы начали безостановочную стрельбу, я разливал жидкость по новым патронам. Нам хватило бы ее на несколько десятков существ, но не на несколько сотен. Я уже попрощался с жизнью. Катя и наш второй военник Денис – судя по их глазам –