Топить в огне бушующем печали. Том 2 - Priest P大 Страница 171

Рассудок его немного прояснился, и он задумался: почему Солнечное перо признало этого духа меча прямым потомком Вэй Юня? Цепляясь за остатки здравого ума, император спросил и спросил:

– Каковы условия жертвоприношения?

– Родство, – тихо произнес Чжичунь. – По крови я принадлежу к гаошань, и потому его высочество Вэй Юнь принес в жертву горну себя, отдав собственную жизнь ради моей.

Янь Цюшань вдруг расхохотался и попятился к запасному выходу из машины.

– Но как это связано с тем, что ты не стал искать нас? – в недоумении спросил Чжан Чжао.

Гу Юэси тихо проговорила:

– Значит, обломки меча из Главного управления выкрал тоже ты.

– Что? Чжичунь сам… Но зачем? Неужели меч можно починить? – Чжан Чжао запутался еще больше и, указав на Янь Цюшаня, заявил:

– Тогда ты тем более должен был разыскать нас, еще один обломок – у командира Яня…

Но только эти слова сорвались с его уст, как он осознал, в чем дело, и указывающая на Янь Цюшаня рука повисла в воздухе. Чжичунь унес фрагменты меча из Бюро не для того, чтобы восстановить его, а чтобы Янь Цюшань не смог его перековать.

Но тут земля под колесами автомобиля как будто ожила и вздыбилась. Кулон в руках Чжичуня вдруг дернулся, отломив ему палец, и стрелой полетел прочь. Гу Юэси попыталась поймать его, но не смогла ухватить – словно бестелесный луч, он легко пронзил бронированное стекло машины оперативников и ушел под землю. Твердая почва, словно трясина, засосала кулон, а наружу тонкими нитями потянулась ртуть.

Со всех сторон раздался голос жэньмо-Тени, то мужской, то женский, то пожилой, то юный – словно множество людей шептало во тьме:

– Жалкая, пустячная хитрость…

– Жалкая хитрость…

– Ваше величество…

– Ваше величество Император У…

– Алая Бездна запечатана костями Чжу-Цюэ…

– Костями Чжу-Цюэ… Числом тридцать шесть…

– Тридцать шесть…

– Неужто ты думал, что сможешь остановить меня обрывками пера?

На этот раз не только Гу Юэси услышала, как Тень именует Шэн Линъюаня. Не успев опомниться от рассказа Чжичуня, оперативники ошарашенно уставились на «духа меча».

Что за день: одно открытие невероятнее другого!

Шэн Линъюань же спокойно сидел впереди, опираясь локтем на окно. Ни на что не обращая внимания, он сжимал пальцами виски. Его величество казался призраком, появившимся здесь и сейчас из-за нарушения пространственно-временного континуума. Даже не взглянув на порожденные жэньмо тени, он обеими руками взял куклу-Чжичуня и тихо спросил:

– Если дух меча уцелел, то сломанный клинок возможно перековать, верно? Нужны лишь все обломки, кровь кого-либо из гаошань, его кости… и желание отдать жизнь за жизнь, чтобы потомок клана смог принести себя в жертву горну.

– Ты… – Чжичунь смерил его взглядом, не зная, что и думать. – Вы…

Шэн Линъюань взял пальцами его крохотную ручку, деревянный пальчик, отлетевший в дальний угол машины, сам собой вернулся на место, и черная дымка тут же присоединила его без всякого шва.

– Я прав? – почти доброжелательно проговорил Шэн Линъюань.

Замявшись, Чжичунь кивнул:

– В целом да…

И тут он увидел, что Шэн Линъюань улыбается. Странная это была улыбка – не счастливая, но и не горькая. Казалось, собеседнику Чжичуня разом открылись все глупости от сотворения мира и до наших дней, заставив его усмехнуться.

– Вот оно что, – сказал Шэн Линъюань и бережно передал куклу Чжичуня ближайшему оперативнику.

Вот оно что.

Для жертвы подходит лишь родная кровь, нужно общее происхождение, а в те годы во всем мире кровь Чжу-Цюэ текла лишь в его сердце. Неудивительно, что, когда Вэй Юнь скрыл это, по сути, обманув государя, кровная клятва осталась тиха, как невинный цыпленок… Клятва расценила обман как попытку защитить Владыку людей.

Алую Бездну усмиряли его сердце и кровь Чжу-Цюэ, из костей Чжу-Цюэ было магическое построение вокруг нее, а когда он прыгнул в пламя, при нем как раз были обломки меча Демона Небес. Весь мир превратился в горн. Меч, кости, кровь и жертва – все собралось воедино, чтобы перековать меч заново.

Разве могут мертвые птичьи кости породить живой дух?

Почему дух огненной птицы обладает властью над золотом и железом?

Что за Хранитель пламени… Хранитель пламени…

Три тысячи лет спустя, неважно, живые или мертвые, старые друзья встретились и не узнали друг друга. Оказывается, невидимая человекоптица и вправду наблюдала за всеми событиями, проявившимися в миазмах внутренних демонов.

Оказывается…

Вслед за памятью об утраченном сердце на него бурлящей водой накатили все чувства, испытанные при жизни, смывая клубок черной дымки, заменивший ему настоящее сердце. Казалось, ледяной ветер Цзянчжоу пронизывал его насквозь.

Изначально он был ничем, всего лишь тенью, блуждавшей по бренному миру, равнодушно взирая издалека на все беды и радости. Но внезапно оказавшись среди людей, он ощутил давно забытые холод и боль.

028

– Ты прав, не следовало Нам использовать перо, – Шэн Линъюань наконец неспешно поднял голову и с улыбкой посмотрел на многочисленные воплощения Тени. – Ты этого не заслуживаешь.

– Сей раб – всего лишь ничтожная Тень, – послышался ответ. Капли ртути закипели, запузырились на поверхности земли, и из почвы вознеслись вверх бессчетные силуэты – кого среди них только не было: и последний Всеслышащий, и первый начальник ведомства Цинпин, и девятихвостая лиса-полукровка… и причудливо одетые люди, и исполинские полузвери – из их пастей смердело так, что можно было задохнуться. – Не знаю, достойны ли сии предшественники созерцать искусство Владыки людей?

Тень перенимала умения хозяев, словно записывала их на жесткий диск. Те, кто при жизни пытался ею повелевать, после смерти превращались в бережно хранимые образцы своих умений – всю их мощь, все силы Тень присваивала себе. Последним из ее многочисленных воплощений была семисотлетняя зеленая змея-полукровка Хэ Цуйюй, известная как матушка Юй. Она стояла поодаль в укромном месте, столь слабая в сравнении с могучими предшественниками, что, казалось, присутствует только для ровного счета. Но для молодого поколения она была недосягаемым авторитетом – что говорить об остальных? Среди великих мастеров прошлого элита «Фэншэнь» чувствовала себя, как детсадовцы в окружении головорезов.

– Твою мать, да что тут происходит? – дрожа от страха, выговорил Чжан Чжао. – Что за Призрачный полк героев прошлого? Да это покруче будет, чем марки собирать…

«Призрачный полк» расхохотался. От звуковых волн ужасающей силы автомобиль потрескался и развалился на части. Воцарился хаос. Оперативники под прикрытием парящего в воздухе защитного снаряжения помогали друг друга выбраться из груды обломков. Зрелище было жалкое.

«Господа, – голос Шэн Линъюаня зазвучал прямо в