Топить в огне бушующем печали. Том 2 - Priest P大 Страница 159

вас спасти, просто… боюсь, что в жертву горну годится лишь кровь общего с духом оружия происхождения, – продолжил Вэй Юнь. – Ваше высочество Тун, вы родились во время жертвоприношения Демону Небес. Восемьдесят один совершенствующийся монах из рода людского отдал свою жизнь ради его, а не вашего появления. Чтобы подарить жизнь Небесному духу Чжу-Цюэ, был убит не кто иной, как получеловек, полудемон-яо – маленький принц. Он превратился в демона-мо, а тело полудемона-яо стало жертвой во имя твоей жизни… Если у его величества родится ребенок и он согласится ради вас принести в жертву собственную плоть и кровь… тогда, быть может, удастся снова даровать вам жизнь».

Глаза Сюань Цзи вмиг заалели – он и сам пару мгновений не мог понять, что разъярило его больше: сама мысль о том, что у Линъюаня может быть ребенок, или предложение принести его в жертву.

«Сделай милость, передай вашим мастерам, чтобы они потрудились побольше читать в перерывах между ковкой железа! О чем ты вообще говоришь…»

Но Вэй Юнь и не подозревал, что кто-то ругает его на чем свет стоит. Не сводя глаз с собственной тени, он хрипло объяснял: «Но Демон Небес бесплоден, как Алая Бездна, у него никогда не будет потомства».

Сюань Цзи застыл от удивления.

«Вы появились на свет, когда умерло тело его величества. Если мы хотим… Если мы хотим заново отлить дух меча Демона Небес, нужно пригвоздить государя к горну, дабы его тело погибло, как в прошлый раз. Так ли все обстоит на самом деле… Узнаю наверняка, когда попробую… Точно! Я связан кровной клятвой, и если я утаю это от государя и не умру…»

Кровная клятва защищала Владыку людей от предательства. Если Вэй Юнь скроет правду от государя, то кара настигнет его, как только слова лжи покинут его уста – если только кровная клятва не «решит» что «ложь» направлена на спасение господина. Если клятва не убьет его на месте, значит, догадка верна.

Вэй Юнь поступил так, как научил его Дань Ли, и пришел к его величеству с заготовленной отговоркой, что «дух меча Демона Небес мертв, воскресить его невозможно». Он обманул государя, но кровная клятва и в самом деле не обрушилась на него. Дань Ли оказался прав. Он, похоже, всегда оказывался прав.

Но государь и слушать не захотел: из-за кровной клятвы он не мог не поверить Вэй Юню и просто не стал с ним разговаривать, чтобы и дальше обманывать себя. Здравый смысл его, некогда непоколебимый, как скала, ныне выгорел дотла в пламени горна.

Тогда Вэй Юню ничего не оставалось, кроме как поручить клану бифанов втайне раздобыть пламя Чиюань. В своей последней попытке перековать меч он украдкой добавил его в горн, и оно осквернило клинок: некогда дух меча Демона Небес сдерживал мятежную Алую Бездну, теперь же он стенал и вопил в отчаянном сражении внутри клинка. Всепоглощающий, словно адское пламя, огонь вырос на три чи вверх – и сжег горн до основания. Клинок разлетелся вдребезги, не успев даже установить с Сюань Цзи связь.

Вэй Юнь распростерся на полу в глубоком поклоне, словно поджавший хвост старый пес, его обгоревшие волосы торчали во все стороны. Целая палочка благовоний успела бы выгореть, а Шэн Линъюань все молчал. Наконец он с ледяным спокойствием велел Вэй Юню удалиться, лично закрыл плавильную печь и принялся тщательно собирать вместе обломки и стружки. Он поднял с земли все крупные куски и постепенно счистил всю железную окалину, приставшую к кирпичам.

Он трудился с рассвета и до самого заката. Невидимый Сюань Цзи держался рядом, там, где взгляд Линъюаня не мог случайно упасть на него. Невесомо приобнимая его величество, он шептал ему в ухо: «Хватит».

Сам подумай, сколько раз ты уже подвергал меня казни «тысячи надрезов»?

Ты был мне дорог, но хоть я в своей жадности и не хотел ни с кем делить твое внимание, за все время, от начала и до конца, я ни разу не вышел за рамки дозволенного. Я не заслужил такого наказания.

Если не остановишься, я возненавижу тебя.

Стоявший на коленях Шэн Линъюань в этот миг застыл, а глаза его сверкнули, будто он услышал что-то.

Но, присмотревшись, Сюань Цзи понял: блеск в его глазах был всего лишь отсветом заходящего солнца – долгим и одновременно кратким, а потом, когда солнце окончательно скрылось из виду, пропал и этот блеск.

Император, собрав наконец все обломки, развернулся, вышел с ними наружу и собственноручно запечатал кузницу. Он сохранял ледяное спокойствие – более ничто не держало его в этом мире, и, отринув мирскую суету, Шэн Линъюань ступил на путь, ведущий к Алой Бездне.

Миазмы внутренних демонов вдруг сгустились: казалось, из них вот-вот начнет сочиться черная кровь.

– Что происходит? Потеряна связь одновременно со всеми четырьмя отделениями Бюро в Цзянчжоу…

– Эй, взгляните-ка на снимки со спутников!

Где-то внизу как будто произошел взрыв: черные миазмы, постепенно окутывавшие Цзянчжоу, в мгновение ока затопили большую часть округа, поглотив даже столицу провинции.

– Вы распорядились перекрыть дороги? Так живее! Картина с камер видеонаблюдения не обнадеживает.

– Состояние угодивших в ловушку обычных людей тоже оставляет желать лучшего.

Отчего-то попавшие под влияние миазмов внутренних демонов простые люди буйствовали куда сильнее оперативников. Тех, кто просто упал и уснул, было немного, как и тех, кто уселся в укромном месте и застыл, уставившись в одну точку. Одни, поспокойнее, останавливались у обочин и сквернословили, другие били стекла, ломали машины, дрались. Кто-то притаскивал канистры с бензином и устраивал поджоги на улицах, кто-то хватался за нож и кидался на всех подряд… Тяжелее всего обстановка была на автомагистралях: буйнопомешанные за рулем огромных смертоносных коробок как с цепи сорвались, на дорогах и мостах воцарился кромешный хаос.

В сторону заправки мчалась фура с опасным грузом – ситуация была критической. Но вдруг машина высвободилась из-под контроля водителя и резко затормозила – цистерна, полная бензина, прочертила по земле белый след. С ближайшей стройки к машине подлетели несколько листов стали и тут же изогнулись, укутав фуру в несколько слоев. Прямо над ней завис вертолет, на борту которого находился Янь Цюшань – после этих манипуляций с него градом катился пот. Он потянулся за шоколадкой, но плитка дважды выпадала у него из рук, прежде чем он сумел дрожащими пальцами кое-как разорвать обертку. Шоколад он проглотил, почти не жуя.

Тем временем прибыла первая партия подкрепления «Фэншэнь». Все оперативники были обернуты защитной пленкой, сотворенной благодаря способностям линий воды или металла, за