Танго с демоном: Танго нуэво. Танго верано. Танго эсценарида - Галина Дмитриевна Гончарова Страница 156

Если бы…

И не надо сваливать на некромантов. Они во всем виноваты, они чего-то не доделали… кто – они? Антония Лассара, которая только из пеленок вылезла? Она еще маленькая.

Эрнесто Риалон? Так он лично с демоном и не общался.

Богине претензии предъявлять? Ла Муэрте? Ага, поди, поори в кустиках у храма, повесели народ. Богиня поступила, как ей и положено, демонессу выгнала взашей. А с производными от демонессы должны были разбираться люди. Церковь, вот кто главный в борьбе со всякой нечистью! Церковь!

А они это дело завалили. За что сейчас и отвечать придется.

Епископ понимал, что выхода нет. Если в ближайшие два дня ничего не прояснится, он лично все расскажет его величеству. И примет всю тяжесть наказания.

Да, именно он.

Не тан Кампос – тот всего лишь чиновник. Не полиция, нечисть – не их епархия.

Именно Храм.

Именно церковь должна бороться с нечистью и нежитью. Некроманты… ну, будем честны. Сколько тех некромантов? Правильно, очень и очень мало. И они как раз боролись. А что не со всеми совладали…

Это как раз должна была доделать церковь. И проверить, и подумать…

Не сделали?

Нет.

Горели светлыми огоньками свечи, укоризненно глядели с икон святые. Ну, или епископу так казалось. Виноват же…

И ответит за свою вину. Впрочем, чуточку епископ все же кривил душой. Ему уже давно пора на покой, отдыхать, цветы выращивать… ладно, садоводство – не его стезя. А вот рыбку ловить он бы не против. Но…

Есть такое выражение в психиатрии – синдром штурвала. Вот, именно оно у епископа и было. Этакая сверхответственность. Без него все обязано было рассыпаться, пойти прахом, подчиненные обязательно опростоволосятся, проглядят нечто важное…

Это просто судьба!

Он хоть как-то сглаживает их ляпы, но всем известно, хочешь сделать хорошо – сделай сам.

Ладно-ладно. Брату Анхелю еще можно доверять. Он неглупый, но… Наверное, еще не готов к столь важному посту? Или готов?

Кто ж его знает…

Раньше бы епископ точно сказал, что брату Анхелю надо еще годик-другой подучиться, подождать, прежде чем на такой важный пост становиться. А сейчас…

Сейчас у епископа шла переоценка ценностей. Все же наедине с собой и Богом он мог быть честным. Вульгарно выражаясь, это он пролопоушил мединцев.

Именно он. Не кто-то другой, не брат Анхель – он должен был все обдумать, он отдать приказ разобраться более тщательно, он…

Он этого не сделал.

Результат будем расхлебывать всем Риматом.

Иконы молчали. Молчал и Господь, и в этом молчании епископу чудился упрек. Молчаливый, невысказанный, но от того не менее увесистый.

Все погибшие от рук мединцев, все, и за эти пятнадцать лет, и возможные, в результате попытки вернуть демонессу – все будут на его совести. И только на его.

Что бы ни случилось, епископ Тадео оставит свой пост. Он честно проведет корабль Храма через этот шторм, примет на себя всю вину – и отойдет от дел. Отдаст свое место брату Анхелю.

Епископ отчетливо понимал, что виноват. И собирался за эту вину расплачиваться. По справедливости. Перед Богом и людьми.

Поздно?

Лучше поздно, чем никогда.

* * *

– Сестричка.

– Братик.

Лоренсо и Ленора смотрели друг на друга достаточно настороженно. Рита покачала головой.

– Дети, я понимаю, вы не станете по-настоящему родными. Но вы оба меня любите. Разве этого мало? Ради меня, Ленора тебя не предаст, Рен. Ради меня, Рен, ты всегда поможешь сестре. Мало этого или много?

– Думаю, нам хватит, – определился Лоренсо. – Ленора, мама сказала, что ты замуж выходишь?

– Да.

– За кого?

– За простолюдина. Но мага, почти архимага, – ехидно ответила Ленора. – Это важно?

Лоренсо потер лоб.

– Важно. Ты разрешение от дяди уже получила на брак?

– Получу.

– Отлично. Как получишь – приглашай мужа сюда.

– Зачем?

– Как – зачем?! А приданое?

– Приданое? – растерялась Ленора.

– Ты же не поденщица, а дочь герцога, – сдвинул брови Лоренсо. – Все будет прописано честь по чести.

– Да нам не нужно, – Ленора как-то об этом и не думала. – Заработаем сами.

Магам хорошо платят, а богато она никогда и не жила. Да и на что в Академии тратить? На занятия в золоте ходить? Глупо…

– Вот и хорошо. Значит, пропишем все так, чтобы доставалось тебе и детям. Согласится твой избранник?

– Конечно, – даже удивилась Ленора. – Почему нет?

– Вот и хорошо. После коронации и займемся.

Маргарита смотрела на своих детей и ощущала тихое счастье.

Ее дети.

Живы, здоровы, счастливы… будут. Выросли, вот, решают за себя и для себя, несут ответственность за свои решения. Разве плохо? И дед их не раздавил, она смогла их обезопасить.

Может, совсем родными они и не будут. Но стать друзьями, близкими – они могут. И их дети дружить будут, и родными себя ощущать. А это уже отлично.

Пока она жива, она этому поспособствует. И безразлично ей, что избранник дочери – безродный. Главное, чтобы Ленору любил!

И сын вроде как жениться собирается. Говорит, раньше бы дед разрешения не дал, а теперь, может, и сладится? А там и внуки пойдут? И жизнь будет прекрасна и удивительна…

Маргарита Мария смотрела на своих детей, смаргивала слезы и мечтала о счастье.

* * *

– Ваше…

– Без церемоний, брат Анхель.

– Хорошо, брат Тадео.

Епископ поглядел на своего возможного преемника с сомнением. Но слово дано – слово будет сдержано. Самые крепкие обещания это те, которые между человеком, Богом и совестью. Конечно, если в душе человека есть Бог и совесть.

С другой стороны, авось брат Анхель и справится?

Но говорить об этом надо сейчас.

– Брат Анхель, что вы уже сделали, чтобы обнаружить мединцев?

Брат даже не задумался.

– Я попросил в полиции списки проживающих в Римате. По улицам.

– Так?

– Я решил так. Мединцы могут жить в столице, и наверняка живут. Но в храм они ходить не будут. Или редко будут заглядывать. А если и наведаются, то не будут откровенны…

Епископ кивнул.

Что ж, это логично. Действительно, мединцы не будут рваться в храмы.

– Я приказал раздать эти списки по приходам. И пусть отметят тех, кого знают.

Тадео посмотрел на своего подчиненного с интересом.

С одной стороны, идея здравая. Скажем, числится семья, а в храме не бывает. Повод проверить? С одной стороны – нет. Мало ли кто в храм не ходит?

С другой стороны… а вдруг?

Утопающий за что угодно схватится, хоть за соломинку, хоть за гадюку. Может, кого и удастся найти?

– К сожалению, дома с заложенной взрывчаткой таким образом