Топить в огне бушующем печали. Том 2 - Priest P大 Страница 146

«Хочешь сказать…»

«Если ваш подданный не ошибается, истинное тело духа меча Демона Небес – это, вероятнее всего, Небесный дух Чжу-Цюэ. Много лет назад люди вырезали его из яйца и совершили Великое жертвоприношение во имя Демона Небес, умертвив восемьдесят одного совершенствующегося мастера, что возложили на себя бремя участи рода людского. Так был создан меч Демона Небес. Подумайте сами, ваше величество, разве смог бы простой маленький демон совладать с мощью этого меча? Только чудесное от рождения существо, заключающее в себе силы как божественные, так и демонические, на такое способно. К тому же место, где появился меч Демона Небес, – это храм предков Чжу-Цюэ».

У стоящего неподалеку Сюань Цзи голова пошла кругом от услышанного.

Молодой Владыка людей с несвойственной ему горячностью тем временем спросил: «Ты говорил, что если найти истинное тело духа меча, то меч Демона Небес получится починить. Если все так, как ты сказал, то его истинное тело – Чжу-Цюэ…»

«Небесный дух Чжу-Цюэ, ваше величество. Переплавка Небесных духов в духов оружия имеет свои особенности – дозвольте вашему подданному рассказать вам подробнее».

Шэн Линъюань махнул рукой: «Говори».

«Обычно если разбить вдребезги меч, то с ним погибает безвозвратно и его дух. Но я перерыл все старинные книги моего клана, касающиеся создания духов оружия, и обнаружил один удивительный случай. Некогда существовал длинный меч, чей клинок переломился пополам. Поскольку он был из тысячелетнего черного железа[103] – редкого материала, который крайне трудно добыть, – владелец нанял Всеслышащего нашего клана, дабы тот перековал меч. Истинным телом того духа меча был Небесный дух зайца-яо. Перековывая клинок, Всеслышащий счел, что владелец уже привык к прежнему мечу, и захотел восстановить его как можно ближе к изначальному, а потому отыскал еще один Небесный дух зайца-яо, чтобы тот стал новым духом меча. Перековав меч из черного железа, Всеслышащий, к своему удивлению, обнаружил, что прежний дух меча „воскрес из мертвых“».

Глаза молодого Владыки людей тут же загорелись, и Сюань Цзи, глядя на него, оторопел: глаза вернувшегося из мертвых Шэн Линъюаня ни разу так не светились.

«Мои предшественники посчитали, что это особенность Небесных духов. Вы знаете, что создание духов оружия определяется законами общности судьбы и равноценного обмена, законами второго ранга, уступающими законам естественного порядка. Но когда духом оружия становится Небесный дух, все иначе. Он изначально не жив и не мертв, и благодаря переплавке его в дух оружия он оживает и обретает разум – это и есть его „рождение“. Таким образом, дух меча подчинен законам первого ранга, а его „сосуд“-клинок – законам второго. Вполне вероятно, дух меча способен жить и вне своего „сосуда“. При создании духов оружия из живых существ самое главное – кровь и кости, определяющие исток этого духа и его облик. Если мы сумеем отыскать кровь и кости, имеющие общее происхождение с духом меча, и перекуем меч Демона Небес с соблюдением тех же условий, что сопровождали его создание, то, быть может, сумеем спасти дух меча!»

Сюань Цзи был потрясен. Он оглянулся на стоящего рядом Шэн Линъюаня, которого разделяли с молодым Владыкой людей три тысячи лет. Его величество стоял в длинной серой ветровке нараспашку – по последнему слову моды. Он прислонился к стене, держа в руке фонарь, и пристально, но бесстрастно наблюдал за самим собой из прошлого, словно все происходящее совершенно его не касалось.

– Что тебя удивляет? – произнес Шэн Линъюань, заметив потрясенное лицо маленького демона. – Разве Наш меч не был сломан? В те годы Всеслышащий Вэй Юнь оказался как раз при Нас, Нам нечего было терять, и Мы повелели ему отыскать способ починить меч Демона Небес.

Тон его звучал обыденно, словно он говорил о каких-то не заслуживающих упоминания пустяках. Но проницательный Сюань Цзи заметил, что безразличие Шэн Линъюаня было напускным. Они были в мире иллюзий, сотворенном Демоном Небес, каждая травинка, каждое деревце в нем существовали лишь для того, чтобы всколыхнуть чувства Шэн Линъюаня, – тут не могло быть ничего незначимого.

Сюань Цзи снова вспомнилась загадочная деревянная куколка. Шэн Линъюань редко высказывался категорично, так отчего же он был так твердо убежден, что деревянная куколка никак не может быть мечом Чжичунем?

При этой мысли сердце его отчего-то само собой сильно заколотилось, и он невольно разжал кулак.

021

Сюань Цзи вдруг резко втянул воздух, сунул парализованную кисть за пазуху и принялся ее растирать: ладонь с нарисованным на ней заклинанием «Очищения сердца» покрылась толстым слоем инея.

– Тебе же было велено не отвлекаться и не предаваться бесплодным размышлениям, – Шэн Линъюань подумал, что тот разжал кулак случайно, и небрежным тоном предостерег его еще раз:

– «Очищение сердца» не может запечатать внутренних демонов – оно лишь помогает тебе сохранять трезвую голову. В мире иллюзий опасность таится на каждом шагу, и даже если то, что ты видишь, не имеет к тебе никакого отношения, все равно не следует относиться к этому легкомысленно.

Дрожа от холода, Сюань Цзи стискивал заледеневшую, ничего не чувствующую руку – он подозревал, что стоит ударить чем-нибудь по предплечью, и она тут же отвалится. Какое-то время он не мог вымолвить ни слова.

Император снова бросил на него взгляд и вдруг засомневался: в мир иллюзий, сотворенный Демоном Небес, они попали вдвоем, так почему тогда демоненок здесь как будто лишний, а все воспоминания нацелены на него, Шэн Линъюаня?

– Если я не запамятовал, ты с самого детства рос в Чиюань, а в мир людей вышел только десять лет назад? – уточнил он.

Сюань Цзи так замерз, что у него зуб на зуб не попадал – казалось, верхняя и нижняя челюсти объявили друг другу войну и никак не могли перестать биться друг с другом. Весь дрожа от холода, он закивал.

– И чем ты занимался потом, очутившись среди людей?

– У-уч-чился, ра-раб-ботал…

– Часто ты сталкивался с неудачами?

Неудач ему выпало немало. Когда он только очутился в мире людей, на него сразу же обрушилась высшая математика с иностранным языком, он провалил экзамены, а результаты пересдачи даже прислали его отцу, чтобы тот расписался. Потом он начал работать и как проклятый гнался за показателями эффективности, ежедневно имел дело со скандальными клиентами, а его годовая премия была премией Шрёдингера… Пока он пытался хоть как-то упорядочить все это у себя в