Лотар Желтоголовый. Книги 1-8 + Трол Возрождённый. Книги 1-8 - Николай Владленович Басов Страница 122

— Если им что-то мешает, значит, у них есть какая-то цель? — подал голос князь. — И что же это за цель?

— Разумеется, власть, престол, богатство, возможно, что-то ещё, может быть, завоевательные походы на соседей или создание полупиратской гавани, как на Алдуине. В любом случае эти люди впустят сюда зло, которое приходит с чёрным колдовством и в демонском обличье.

— Ты имеешь в виду Кнебергиша? — спросил Гергос.

— Наоборот. Именно он и был с самого начала вашим надёжным союзником, потому-то его и оклеветали, чтобы изгнать из города. Он мог помешать преступным планам, раскрыв вам глаза на происходящее. Ведь он учёный, он знал эти книги, мог их прочитать и, конечно, сделал бы верные предположения.

— Предположениями делу не поможешь, — тяжко вздохнув, произнёс Гергос.

Лотар усмехнулся и ответил капитану городской стражи:

— По-моему, это лучше, чем хватать первого, кто попадётся на глаза.

— Ну, может, довольно? — попросил Гергос.

— Как только развяжешь мне руки, я всё сразу и забуду, — пообещал Лотар.

Гергос вопросительно посмотрел на Бугошита, потом на князя. Тизун кивнул, Гергос с лязгом вытащил кинжал и разрезал путы на руках Лотара.

После этого князь спросил тихим, невыразительным голосом:

— Что же ты предполагаешь делать дальше, чужеземец?

— Первым делом я попрошу Каписа рассказать мне, как он узнал, что Сошур купил какое-то зелье, чтобы приманивать собак или, наоборот, чтобы отравить их. — Лотар с удовольствием потёр затёкшие запястья. — И пойду по этой цепочке. Возможно, она приведёт если не к главе заговора, то к тем, кто его замыслил.

Все повернулись к тёмному углу, который облюбовал себе лекарь в начале допроса. Там было тихо, и даже Лотар ничего не мог увидеть. Один из стражников взял факел и осветил весь угол. Стул Каписа стоял на месте. Княжеского лекаря не было.

Глава 17

Комната Каписа показалась голой даже привыкшему к казарме Гергосу. Лотар понял это по выражению его глаз и по оттопыренной нижней губе. Лишь кровать, застеленная очень толстым одеялом, и крохотный столик, где пожилые матроны обычно держат притирания и щётку с вырванными седыми волосами. Но столик возле кровати был пуст, если не считать нескольких ореховых скорлупок.

— Интересно, — пробормотал Гергос, — он что, вообще не жил здесь? Я не вижу даже одежды.

— А меня удивляет, что здесь как-то не очень много медицинских инструментов, — поддакнул капитану мирамцев Сухмет.

Он подошёл к кровати и принялся тщательно ощупывать её.

— Мог бы гобелены или хотя бы пару клинков повесить на стену, — пророкотал Гергос. — Живёт, как в трактире.

Лотар покачал головой:

— Пожалуй, он здесь и не жил. Я не чувствую человеческого присутствия. Сухмет кивнул:

— Наверное, готовился дать дёру в любой момент, даже барахло своё хранил где-то в другом месте.

— Да, он был готов удрать, — сказал Гергос задумчиво. — Знал бы это раньше, многое сделал бы иначе.

Лотар подошёл к окну, раскрыл его и осмотрелся. С одной стороны стена переходила в какие-то башенки, и в сбитом ритме внешней кладки без труда читались ступени лестницы. А вот с другой стороны оказалась широкая глухая стена без окон. За ней могло быть что угодно.

Лотар подошёл к той стене комнаты Каписа, которая снаружи была глухой, и стал её внимательно прощупывать. Сухмет, который закончил осматривать кровать, принялся помогать ему.

— Нашёл что-нибудь? — спросил его Лотар, хотя уже знал ответ.

— На этой кровати никто не спал недели две.

Лотар оставил Сухмета заниматься стеной и подошёл к Гергосу, который, нахмурившись, смотрел невидящими глазами на кровать княжеского лекаря. Внезапно он прошептал:

— А я ничего и не заметил.

Лотар почувствовал симпатию к этому большому и сильному человеку, простодушием напоминавшему Рубоса.

— Ты должен был находиться на стенах. В этой невнимательности нет твоей вины. Гергос вздохнул:

— Всё равно мог бы заметить. Ну ладно. — Он посмотрел на Лотара: — Ты чего хотел?

— Хотел спросить, у Каписа были слуги? Или хотя бы один слуга?

Гергос сокрушённо покачал головой:

— С полгода назад он разогнал всех слуг, хотя до этого держал их больше дюжины. Капис долго не знал удержу в тратах, покупал разные вещи, хвастался высоким положением. Потом пошли слухи, что он стал разоряться. Уж не знаю, то ли вложил деньги в неудачную заморскую экспедицию, то ли просто промотал… Но такого, — Гергос обвёл рукой пустую комнату, — я не ожидал. Это как-то плохо вяжется с его тягой к роскоши.

— Наоборот, очень хорошо, — отозвался Сухмет. — Он припрятал своё добро, чтобы оно не пострадало, когда лекарь примкнул к заговорщикам.

— Но слух о его разорении идёт уже с полгода.

— Значит, ещё полгода назад у кого-то вызрел этот план настолько, что он посвятил в него Каписа, — сказал Лотар.

Гергос нахмурился ещё больше:

— Но разве не сам Капис — глава заговорщиков?

— Не думаю, — ответил Лотар, но пояснить это соображение не успел. Дверь в комнату распахнулась, и вошёл Рубос, а за ним двое слуг, которые почти внесли на сильных тренированных руках князя. Бугошита не было, он, очевидно, уже уехал в свой замок.