Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник - Николай Дронт Страница 101

Все офицеры, конечно и безусловно, были согласны с государем. Но выйти с одним кинжалом против четырёх мечей… Оно весьма достойно. Государь всегда прав, однако и удаль заслуживает уважения. Вот так лихо выступить далеко не всякий решится. Да коли и решится, выйдет ли победителем? То-то! Тут на неделю не то что без сладкого, на хлеб и воду сесть согласишься. А уж за изумруды на золотой кинжал вообще горы своротить можно.

– Что за повод был для дуэли? Серьёзный, надеюсь? – спросил прежде молчавший поручик.

– Не могу знать. Его милость перед тем этих четверых сильно побил. Они были немного выпивши и начали приставать к двоим гимназисткам из простолюдинок. Как наш господин им замечание изволил сделать, они в драку и полезли…

– Да-да-да! – воскликнул прапорщик. – В «Сплетнице» было! Они ему только пуговицу оторвали, а он их… И, главное, кинжал не доставал, говорит: «Не для пьяной драки мне клинок государь пожаловал». И про дуэль было. Как какой-то С. сбежал. Трус!

– Под таким командиром и служить-то лестно, – сделал вывод капитан.

А поручик живо поинтересовался:

– Гимназисточки, они что? Благодарили?

– Не могу знать. Одна записочки пишет, к другой по делам ездил.

– Хе-хе! – франтовски подкрутил ус поручик. – Дамский пол весьма благодарный к спасителям бывает.

– Точно так, – подтвердил прапорщик. – Я вот как-то…

– Молчи уж! Герой! Еле от мужа сбежал тогда. Ты, любезный, дальше сказывай.

– Да вроде больше нет ничего. Разве когда его милость за дуэль ругали, её светлость герцогиня Лаура попросила себе его в кавалеры. Его величество не отказал, посвятил в рыцари-волшебники…

– Нашей герцогине?! – перебил незаметно подошедший к компании бургомистр.

– А какой ещё? Её светлость – герцогиня Зеленоземья. Господин барон – хранитель печати Зеленоземья и шеф-комендант своей крепости. При дворе поставлен на должность гоф-медика. Числится при Зелёном дворце, раз в неделю дежурит как личный секретарь наследника. – Рассказчик конфиденциально шепнул: – В театр иногда сопровождает. Чем по службе занимается, не знаю, но «За заслуги» уже вторую ступень заслужил. За последнее дело «Золотой пентаграммы» удостоился.

После такой характеристики слышавшие разговор прониклись гордостью за такого юного, но героического начальника.

Военные начали сбивать обоз для сопровождения, горожане разбежались по домам, дабы обсудить услышанное.

Силестрия

– Ваша милость, как вы изволили почивать?

– Чудесно, просто чудесно. Малыш был неутомим. Только болтать бы не начал. Если дойдёт до мужа, будет неудобно. Мы, конечно, дали друг другу свободу, но всё же.

– Вы мальчику поместье пожаловали?

– Нет, жирно будет! Ему и перстенька с топазом за глаза хватит.

– Ваша милость, вы помните Исвира? Вчера за картами в салоне он очень вами интересовался. Отпускал такие славословия в ваш адрес! Даже соблазнял меня брошкой, чтобы я устроила разговор.

– Исвир? Это красавчик-брюнет с такими пронзительными голубыми глазами?

– Да, ваша милость.

– Наследник богатого папаши, который ему содержание больше герцогского даёт?

– Точно, ваша милость.

– Который своей любовнице золотой ночной горшок подарил?

– Он, ваша милость.

– Я его даже почти и не помню. Так… Что-то слышала… И чего он хотел?

– Ваша милость, просит разговора тет-а-тет. Мечтает узнать ваше мнение по поводу какой-то вещицы.

– Он что, купить меня вздумал?!

– Как можно, ваша милость! Просто старается привлечь ваше благосклонное внимание. Ну и… хи-хи!.. Записать себе на счёт знатную добычу.

– Подлец! Как он посмел обо мне так думать?!

– Откажете в свидании, ваша милость?

– Не откажу. Однако он нахал и подлец. Но хотя бы красив и галантен.

– И щедр, ваша милость.

– Посмотрим. Победу себе решил записать…

– А что? Вы, ваша милость, женщина красивая и знатная. Такую любому мужчине лестно… А что про записать на счёт – так надо посмотреть, кто кого пишет.

– Как Тихий немного привёл тело в порядок, у меня будто крылья выросли. Не хожу, летаю. Такая уверенность в себе. И от мужчин отбоя нет.

Король

– Ваше величество, в связи с покушением произведены аресты. Около сорока человек. В основном мелкая сошка, но и из главных зачинщиков никто не скрылся.

– Что говорят по салонам, в Дворянском собрании? Не ропщут?

– Никак нет, ваше величество! Ведь не ряженого во дворце поймали, а реального бомбиста. Мы специально привлекли сторонних секретарей к допросам заговорщиков, чтобы записывали показания. Тех, что не из охранителей, верных короне, но болтливых. Вроде как сами не справляемся. И эти писарчуки такое нашёптывают по своим знакомым, что первейшим сплетникам сто очков вперёд дадут. Что можно и чего нельзя рассказали, а втрое больше придумали. Так что ропота нет. Однако после арестов, а особенно после отравления до смерти семнадцати генеральских чинов, идут разговоры о предбудущих изменениях в должностях и рангах.

– Пожалуй, так оно даже хорошо.

– Ваше величество! Прекрасно! Виновник известен. Патриотические настроения всколыхнули столицу. Народ ждёт объявления войны Ловиасу.

– Что между нами две страны, никого не смущает?

– Никак нет, ваше величество. Скорее добавляет остроты разговорам.

– Что мои дети?

– Его королевское высочество Лагоз много времени проводит с женой и детьми. Однако совещается по поводу списка заместителей и по поводу свадьбы дочери. Услал барона Тихого на день показаться в крепости и ободрить сторонников короны. В свете скорой передачи герцогства хочет оставить максимальным влияние короны.

Его королевское высочество Торан старается загладить последствия известного события. Встречается с генералитетом. Её светлость Силестрия, виноват, ваше величество, буду говорить как есть. Увлечена неким юношей. Сегодняшнюю ночь он провёл в её опочивальне.

– Хм… Ну… Даже не знаю… Поговорите с ним, коли не дурак, пообещайте следующий чин или орден.

Братья

– Донесли мне тут, что Тихому дорогие реагенты для некромантических заклинаний пытались подсунуть. Так он их не взял. Сказал, что умения его рода отсекают чары для нежити. Я у Дивазы уточнил. Подтвердила. Говорит: «Никто не силен во всём сразу, а если где-то получаешь, то что-то теряешь. Некроманты, например, полностью неспособны к школам Иллюзии и Очарования. А у Тихого Жизнь и Огонь сильны. За Жизнь порезана некромантия, а за Огонь ещё что-нибудь, пока не совсем ясно, что».

– Да это и так понятно было. Нам оно безразлично.

– Не скажи! Сейчас безразлично, а потом могло бы пригодиться… Давай про дело. Я амулеты взял, а Дивазу на всякий случай услал на ревизию арсенала. Вроде она и в столице, да не во дворце.

– Правильно. Я потребовал соли. Бертиос принёс.