Владимир Городов - Козыри богов(СИ) Страница 398

- С тобою всё в порядке? - поинтересовался я у жертвы грабителей.

- Я цела, - ответила она. Темнота скрывала её лицо, но по дрожащему голосу можно было определить, что принадлежит он молодой девушке.

- Как ты здесь очутилась в такой час? Впрочем, неважно. Барракуда, мы должны проводить её до дома.

- Я не получал такого приказа от Напутника, - ответил тот.

- Барракуда, это ты? - раздался снизу сдавленный голос. - Что ж ты?.. Наших же бьют!

- Это ваши проблемы, Крысолов. Ни мешать вам, ни помогать я права не имею. Семейная Конвенция, если помнишь, - невозмутимо ответил грабителю Барракуда, а затем вновь обратился ко мне. - Я получил только приказ доставить тебя до места.

- Ну что же, в таком случае подождёшь меня здесь, пока не провожу даму до дома.

- У меня больше нет дома, - едва слышно произнесла девушка.

- Как так?

- Мой отец, торговец домашней утварью Тиби, умер четыре дня назад. А сегодня пришёл лэд Диро и выгнал меня из дома. Отец был должен лэду Диро, и он забрал наш дом за долги...

- Соболезную. Но что же с тобой делать?

- Не знаю... - опустила голову она.

- Пускай идёт с нами в имение, - предложил Барракуда. - Там для неё найдутся и работёнка, и крыша над головой. Если только у тебя, лэд, найдётся лишних три катима.

- Для чего?

- Для пропуска.

- Найдётся, - заверил я и, вновь обернувшись к девушке, спросил.- Пойдёшь... извини, не знаю, как зовут?

- Пойду, - кивнула она. - Меня зовут Ти. Можно, я возьму тебя за руку? Испугалась очень, ноги дрожат, не держат...

До городских ворот мы добрались уже без приключений. Вдоль них при свете факела прохаживались два стражника. Барракуда коротко свистнул, и один из охранников, тот самый рябой, который собирал пошлину при въезде в город, воровато озираясь по сторонам, направился в нашу сторону.

- Ило, сова, - сказал Барракуда.

- Ило, куница, - ответил стражник. - Что, до поля кривнуть?

- До него. Три прокрива. Киман лонду дал.

- Точно киман? Ну, тогда по миркому кушику.

- Греби! - Барракуда протянул руку, и в подставленную ладонь стражника звонко ссыпались наши "пропуска". Рябой дал отмашку, и его напарник потушил факел, накрыв его колпаком. В темноте послышались звяканье запоров, тихий скрип и черноту ворот рассёк чуть более светлый прямоугольник, инкрустированный несколькими звёздочками.