Владимир Городов - Козыри богов(СИ) Страница 263

- То есть, две дюжины риков остались без хозяев уже при вас? Понятно... Дима, заканчивай врать. Рассказывай, как дело было.

- Есть у меня в роте гвардеец один, Санк. Так вот он долгое время в привольных ходил и множество их уловок знает. Приручить рика, конечно же, даже он не может, а только ведома ему одна травка, от которой рики просто дуреют и ничего не соображают: бери их голыми руками и делай что хочешь. Вот мы и решили взять этих риков себе, а потом к тебе за помощью обратиться. Ну, чтобы ты их тоже... как тогда Буцефала. Мне Петя рассказывал.

- Почему со мной не согласовал?

- Так ведь, понимаешь, Светлый... Увидел там этих красавцев - и решил. На согласования времени не оставалось.

- Опять врёшь! Хочешь меня уверить, что твой Боло за несколько минут нашёл на ночной поляне столько этой травы, что её хватило на то, чтобы одурманить две дюжины риков?

- Виноват, генерал,- смутился Дима.- Всё это, в самом деле, задумалось заранее. И траву дурманную с собой взять я гвардейцу приказал. Так ведь не для себя же! Для укрепления боеспособности.

- Трое суток домашнего ареста за несанкционированные действия! И молись Обоим, чтобы гвардейцы твои невредимыми вернулись!

- Есть трое суток ареста! - козырнул Дима.- Так как с риками-то, Светлый? Поможешь?..

- Петя немного напутал. С риком поработал не я, а Аррутар.

- Нет, Петя ничего не напутал. Он так и рассказывал: ты и Аррутар с помощью Синего Пса. Но теперь-то, Светлый, у тебя свой пёс имеется.

- Попробую. Только получится ли?

- Как есть получится! - обрадовался Дима.

Позже я вновь соединился с Долгой Гривой. В пещере было довольно темно, а вход в неё после обстрела энергетическими лучами почти завален горой камней. Лишь высоко вверху оставалось крошечное окошко, через которое проникал слабый дневной свет, периодически заслоняемый жирными чёрными клубами дыма от догорающих обломков "Летающего дракона". Я залез по осыпи и выглянул наружу. Над Полуденным Морем стояла лёгкая дымка, но плато просматривалось превосходно. Ни катера, ни тарелки уже не было. По небу плыли редкие облака. Несколько штук я согнал в одно и вылепил из них сжатую кисть руки, оттопыренным мизинцем указующую на Суонар.