!Фантастика 2024-4". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Проскурин Вадим Геннадьевич Страница 231

Джон Росс сидел в пилотском кресле истребителя, его голову облегал шлем виртуальной реальности, похожий на шапочку-содомку. Джон наслаждался полетом. Он установил режим полного слияния сознания с машиной, он не управлял истребителем, а летел сам. Порывы ветра колыхали его композитную кожу и отдавались в углеродных костях. Антигравитационные мускулы направляли его полет по расчетной траектории. Его электронное осязание следило за нагревом наружной обшивки, а его получеловеческий-полуэлектронный мозг принимал эту информацию к сведению, но не волновался, потому что знал, что температура обшивки не успеет войти в критический диапазон. Для боевой машины суборбитальный полет по экономной трассе — это как для лошади неспешная рысь по ровной утоптанной дороге. Можно отключить сознание от корабля, полностью доверить управление бортовому компьютеру, и ничего плохого не произойдет. Окажись на месте Джона любой нормальный человек, он так бы и поступил. Но человека, не имевшего доступа к высоким технологиям на протяжении бесконечно долгих восьмисот двадцати двух лет, никак нельзя назвать нормальным.

Узор гравитационных вихрей за бортом изменился. Основные силы эскадры начали выход на низкую круговую орбиту, а двум командирским истребителям поставлена особая задача. Незаметно приземлиться в окрестностях города Идена и морально подготовить бойцов к тому, что летающие тарелки, от которых скоро потемнеет небо — не авангард мифических инопланетных захватчиков, а боевая добыча, эпик вин, как говорили в конце первой эпохи.

Кажется, верхняя точка траектории уже достигнута. Да, достигнута, компьютер подтверждает. Самое время уточнить, как идут дела на других кораблях… вроде нормально. А у Алисы как? Гм… Забавная девочка. Уговаривать бортовой компьютер дать порулить — это примерно как со статуей беседовать и обижаться, почему та не отвечает. Впрочем, что взять с девчонки? Деревенщина необразованная, только-только читать выучилась… Но какая же она милая, непосредственная…

— Хорошо, уговорила, — произнес нечеловеческий голос в наушниках Алисы. — Но тебе придется снять всю одежду, кроме наушников можно оставить. Не торопись так, а то заденешь что-нибудь… Молодец. Теперь вот этот рычаг надо вставить в…

Композитную кожу Джона защекотало ионосферой. Сейчас начнется вход в плотные слои, связь прервется. Довести шутку до конца не получилось, но не менять же из-за этого траекторию снижения! Передать компьютеру корабля Алисы приказ, чтобы извинился, когда она догадается, и перейти в автономный режим. Поехали! Хотя нет, «Поехали!» надо было раньше кричать, на старте.

В небе над Иденом вспыхнули две падающие звезды. Джон не рассчитывал, что их заметят, но он недооценил бдительность караула. Не успели летающие тарелки коснуться пожухлой травы, а на базе уже взвыли сирены боевой тревоги и засуетились бойцы.

Летающая тарелка смачно чмокнула, в борту открылся маленький круглый люк, из него выполз Джон Росс. Выпрямился, подвигал руками и туловищем, разминаясь. Прислушался.

— И чего они суетятся? — задал он риторический вопрос. — Можно подумать, они нас победить хотят.

— Правильно они суетятся, — ответил ему полковник Слайти, также известный как Дубовый Джозеф. — Встретившись с неведомой угрозой, настоящий боец сперва пытается ее победить, а уже потом начинает думать. Это называется «отвага».

Произнося эту маленькую речь, Джозеф тоже стал разминаться, при этом его экзоскелет отчетливо посвистывал в такт движениям. Надо сказать, что обе ноги Джозефа были ампутированы ниже коленей, их временно заменяли соответствующие детали экзоскелета. Джозеф из-за этого походил на мифического сатира. Кисти рук у него тоже были ампутированы, вместо них стояли металлические нейропротезы, придававшие полковнику сходство не только с сатиром, но и с другим мифическим существом — терминатором.

— Пойдем, вождь отважных, — сказал ему Джон. — Там вон уже дозор выезжает, надо им показаться издали, а то столкнутся с тобой нос к носу, подумают: «О, терминатор мифический!», и сразу побеждать начнут. И ведь победят, они у тебя отважные!

Джон и Джозеф взобрались на вершину небольшого холмика, закрывавшего место посадки со стороны базы.

— О, вон уже скачут, — сказал Джозеф и помахал рукой всадникам.

Солнце блеснуло на металлической кисти полковника.

— Ты их лучше не пугай, — посоветовал ему Джон. — А то подумают, что к ним голем в гости явился. Мы лучше вот что сделаем.

Он вытащил из кармана телефон и несколько секунд пристально вглядывался в него, при этом на экране мелькали картинки.

— Вот, — сказал Джон и протянул артефакт Джозефу. — Сейчас он работает в режиме радиостанции, на вашу волну я его уже настроил, скажи дежурному радисту, чтобы трубили отбой.

— Радиостанция не работает, — сказал Джозеф.

— Работает, — возразил Джон. — Просто я помехи ставлю, а сейчас временно снял. Осторожнее, не раздави!

Джозеф немного расслабил металлические пальцы, корпус телефона перестал хрустеть. Джозеф поднес телефон к уху и сказал:

— Дежурный! Полковник Слайти говорит, прием. Отбой тревоги, прием. Подтверждаю отбой тревоги, прием. Конец связи.

Он вернул телефон Джону, Джон его спрятал. Через полминуты Джозеф сказал:

— Не верят, суки.

— Ничего, сейчас поверят, — заверил его Джон.

Еще через две минуты Джозеф истошно заорал во всю глотку:

— Лейтенант Бист, ко мне! Чего пялишься, это я, Слайти!

Еще через минуту всадники приблизились к ним, возглавлявший всадников лейтенант Бист спешился.

— Сэр полковник, лейтенант Бист по вашему приказанию прибыл, — доложил он. — Разрешите узнать… эээ…

— Тяжелое ранение, — ответил Джозеф на невысказанный вопрос. — Протезы. Еще вопросы?

Лейтенант отрицательно помотал головой.

— Двух лошадей нам, — потребовал Джозеф. — Едем на базу, срочно.

Когда они подъезжали к воротам, сирена тревоги наконец-то заткнулась. А еще через пять минут над базой разнесся голос полковника, усиленный десятком громкоговорителей:

— Говорит полковник Слайти. Отбой боевой тревоги. Всем офицерам немедленно явиться в штаб.

Еще через полчаса ворота базы распахнулись, и наружу выехала сотня конных воинов. Вооружены они были традиционно — не бластерами, а мечами и луками. Бойцы распределились по периметру большого ровного луга к югу от базы и спешились. Казалось, они охраняют этот луг от какой-то неведомой угрозы. Хотя, если вдуматься, зачем его охранять?

Ответ на этот вопрос стал ясен, когда ясное небо расцветилось двумя сотнями падающих звезд. И когда эти звезды опустились достаточно низко, стало видно, что это вовсе не звезды, а боевые дисколеты ушедшей эпохи. И заполнили они весь луг своими композитными телами, и стали из них вылезать люди, и смеялись они, и радовались, и хлопали друг друга по плечам и спинам, и здоровались с теми, кто их как бы охранял, и столько было радостных возгласов, что слились они в сплошной непрерывный галдеж. И смотрели на это зрелище Джон и Джозеф, и были их лица радостны и светлы.

— А все-таки мы это сделали, — сказал Джозеф.

— Угу, — сказал Джон.

— Давай, я ребят построю, — предложил Джозеф. — Произнесешь речь, у тебя тогда отлично получилось, мне очень понравилось. Как там было… кто не со мной, тот сам по себе, а кто со мной, тот со мной до конца… Так, вроде?

— Что-то типа того, — рассеянно кивнул Джон. — Нет, спасибо, я больше не хочу демагогией заниматься.

— Почему? — удивился Джозеф.

— Демагогия — это спецсредство, — объяснил Джон. — Нельзя пользоваться им слишком часто. А то стану как Морис Байтер, разве это хорошо будет?

— Нехорошо, — согласился Джозеф. — Но ты не станешь как Морис Байтер. Потому что Байтер — дурак, а ты нет.

— Это временно, — сказал Джон. — Начну злоупотреблять демагогией — тоже поглупею. Да и не нужно сейчас никаких речей, особенно от меня. Командуешь-то ты, а я так, советами помогаю помаленьку.

— Фигасе помаленьку, — сказал Джозеф.