"Фантастика 2024-64". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Ежов Михаил Страница 228

— Так ты видишь узлы и потоки Ци в себе?

— Вижу.

— Хм… — явно Мейлин пребывала в недоумении. — Ладно. Лучше всего развивает данный навык гимнастика, которая называется «тайцзи». Слышал о такой?

Я отрицательно покачал головой.

— Так я и думала, — снова вздохнула Мейлин. — Данная дисциплина рассматривается одновременно и как внутреннее боевое искусство, и как философия. Но главное — она позволяет достичь Высшего предела — то есть, раскрыть верхний энергетический узел и прийти в гармонию с силами вселенной.

— Что значит внутреннее боевое искусство? — спросил я.

— Мы — наш главный враг, — ответила Мейлин. — Нельзя побеждать других, не победив себя.

Я кивнул.

— Ясно. Ну, так и с чего начнём-то?

Девушка подошла ближе и остановилась в шаге от меня. Брови у неё были нахмурены, губы сжаты. Всем своим видом она демонстрировала, как не хочется ей этого делать.

— Чтобы добиться открытия узла Байхуэй, нужно регулярно прогонять Ци по всем узлам, постепенно расширяя, таким образом, каналы. Путь энергии начинается вот отсюда, — Мейлин указала на мой рот. — Это узел Женьчжун. Затем Ци движется вниз, проходит через Таньчжун, питая Инь, — палец девушки опустился в область солнечного сплетения, не касаясь меня. — Далее энергия попадает в Цихай, потом — в Хуэйинь, где претворяется в Ян, и затем начинает подниматься к узлу Минмень, — тут моя наставница слегка надавила на мой позвонок, чтобы я понял, о каком месте идёт речь. — Далее Ци попадает в Линтай, где насыщает Ян, и отправляется в Фэнфу, — я почувствовал мимолётное прикосновение к основанию черепа. — И лишь затем устремляется к коронному узлу Байхуэй.

Девушка отступила, взглянув мне в глаза.

— Чем чаще делать гимнастику, тем больший будет эффект. Не всем удаётся раскрыть лепестки лотоса, но даже прокачка остальной системы делает мага гораздо сильнее. Да и обычного человека — тоже.

— Ты унаследовала Дар своего отца? — спросил я.

Девушка нехотя кивнула.

— Да, само собой.

Значит, способности Сяолуна не случайны — как у некоторых одарённых, заполучивших кристаллы. Такие люди не способны передавать Дары потомкам, но сами ими пользуются. Правда, в большей части мира это считается незаконным, и люди вынуждены скрывать свои магические возможности.

— И что ты умеешь? — спросил я.

— Неважно! Мы здесь не для того, чтобы обсуждать меня. Перейдём к упражнениям. Для начала займи начальную стойку. Спину прямо, ноги на ширине плеч, руки согни в локтях и выстави ладони перед собой. Вот так, — и девушка застыла в описанном положении. — Теперь начинаем двигаться вот так, очень плавно, чувствуя каждое движение. Нет, всем телом. Никаких отдельных движений! Ещё раз. Представь, что гладишь гриву коня.

Всего мы попробовали пять поз с переходами. Мейлин оказалась придирчивым учителем. Но меня это радовало, ведь это означало, что она отнеслась к данному отцу обещанию с полной серьёзностью и ответственностью.

Наконец, она заявила, что на сегодня достаточно.

— Можешь отработать их до завтра, если хочешь, — сказала девушка, направляясь к двери. — Это в твоих интересах. Моё дело — показать. Твоё — трудиться.

— Премного благодарен за науку, — ответил я.

— Благодари отца, — бросила Мейлин, прежде чем исчезнуть за дверью.

Оставшись один, я сел в кресло и достал телефон. Компьютера в покоях не было, но средств связи нас не лишили. Что, кстати, мне удивило. Тем не менее, интернет у меня был, так что я занялся поисками новостных каналов, делая подборку сообщений о том, как движется наращивание военных мощностей Германии. Судя по всему, обороты набирались. Страна кайзера готовилась к войне, и Британия не могла этого не замечать. Соответственно, отвечала тем же. В Африке уже имели место несколько приграничных стычек между колониями. Эксперты считали, что в конце концов они и послужат поводом к объявлению войны.

Чтение заняло у меня несколько часов. Во внешнюю политику я мало углублялся, ибо до сих пор занимался по долгу службы внутренними проблемами. Теперь же картина становилась для меня всё шире и объёмнее.

Мои штудии прервало появление камердинера, который сообщил, что ужин подан, и ждут только меня.

— Я обнаружил признаки обыска, когда распаковывал багаж, — сказал Матвей, пока мы шли в столовую. — Все чемоданы были осмотрены.

— Ну, это неудивительно, — пожал я плечами. — Было бы странно, поступи немцы иначе.

— Вы не обеспокоены? — камердинер взглянул на меня как-то странно.

— А что должно меня обеспокоить?

— Ваш Родник, господин. Я опасался, что вы оставили его в багаже.

— Но ничего не сказал, когда мы вылетали.

— Это только сейчас пришло мне в голову. Простите, но я вообще не думал, что у вас есть Источник. Или у вас его нет?

— Есть, старик. Правда, пришлось прихватить его тайком. Думаю, Павел не дал бы мне его добровольно. Да и времени ждать, пока он получит разрешение открыть родовое хранилище, не было. Меня ж выставили за порог в рекордные сроки.

— Как же вы достали Родник? — удивился камердинер.

— Неважно. Главное, что он у меня есть. И не беспокойся, немцы его не нашли. Думаю, они искали именно его и были весьма разочарованы. Попади он к ним в руки, и Вождь обрёл бы весьма действенный рычаг давления на меня.

— Вы носите его при себе? — нахмурился Матвей. — Это довольно рискованно.

— Но не так, как оставлять в багаже. Не волнуйся, с ним ничего не случится. Он надёжно спрятан.

Камердинер скептически покачал головой. Он понятия не имел о том, что у меня есть астрал, куда можно складывать целую кучу всего. Ему бы это и в голову не пришло: здешние маги подобными возможностями не обладают, ведь у них нет фамильяров.

— Немцы готовы наложить лапы на любые Источники, — проговорил Матвей. — Они постоянно занимаются поисками артефактов, Родников, костей титанов и их крови. Для этого кайзер даже учредил особый орган — институт, официально занимающийся исследованием германской истории и культурного наследия, а на деле ведущий раскопки везде, где только может. И цель у них одна — собрать как можно больше магических артефактов. Кайзер Вильгельм верит, что они помогут ему выиграть войну.

— Пусть верит, — сказал я, входя в столовую. — Как только люди начинают полагаться на подобные вещи, их дело швах.

— Нет, если артефакты работают, — сказал Матвей. — И если есть маги, умеющие ими пользоваться.

— Оставим эту тему, — улыбнулся я собравшимся за столом девушкам. — Дамам такие вещи не интересны. Расскажи лучше, как ты жил в Германии в молодости. Раз уж у нас нет возможности осмотреть достопримечательности, будем довольствоваться твоими байками.

— Это было не совсем в молодости, господин, — отозвался Матвей. — И это вовсе не байки. Если угодно, кое-что расскажу.

— Мы будем счастливы, — расплылась в сахарной улыбке Юшен. — Правда, девочки?

Джу кивнула, не считая возможным возражать, а Мейлин равнодушно пожала плечами. Мол — делайте, что хотите. Мне всё равно.

— Что ж, раз всем интересно, пожалуй, поведаю о своём первом задании, — ничуть не смутился Матвей. — Видите ли, было время, когда я служил в разведке, — начал он, пригладив усы. — Приходилось выполнять задания по всему миру. Длилось это недолго, но я успел побывать почти во всех странах Европы и кое в каких колониях — пока меня не призвали на иную службу, — тут он бросил взгляд на меня, намекая, что ему пришлось сменить деятельность агента на более спокойную — камердинера молодого барина. — Так вот, довелось выполнить одно задание и в Германии.

Матвей излагал складно, неспешно, делая драматические паузы и прерываясь на еду, так что его история — одна из многих, что я слышал от него за свою жизнь — длилась почти всю трапезу. Ему удалось заинтересовать девушек, ибо он был мастерским рассказчиком. Иногда они задавали ему вопросы, на которые камердинер с удовольствием отвечал.

— Вам бы книги писать! — восхищённо сказала в конце Мейлин. — Заработали бы кучу денег!