Лавка забытых вещей. Дело о белом пере - Марина Исайр Страница 9

Лилия посмотрела на браслет.

В лавке стало тихо. Даже за окном будто приглушили голоса. Рей заметил, что её пальцы чуть дрогнули, но она не потянулась к вещи.

— Мёртвые не любят, когда их используют для результатов, — сказала она наконец.

— А когда их убийца остаётся на свободе? — спросил Рей.

Она подняла на него глаза.

Вот тут он впервые пожалел, что сказал это именно так.

В её взгляде была не обида. Обида проще. Там была усталость человека, который слишком часто слышал от живых, что мёртвые должны быть удобными.

— Вы утверждаете, что можете говорить с умершими? — спросил он уже спокойнее.

— Я утверждаю, что иногда слышу тех, кто не ушёл.

— А сейчас?

— Сейчас я слышу, как вы не верите ни одному моему слову.

— Это не требует дара.

— Зато честно.

Дамиан снова кашлянул, но на этот раз не от смеха.

Рей смотрел на Лилию и пытался понять, где подвох. В шарлатанах обычно много лишнего: жесты, паузы, рассчитанные взгляды, загадочные фразы. Лилия же выглядела не как человек, который хочет произвести впечатление, а как человек, который очень хочет, чтобы от него ушли и забрали с собой опасную вещь.

Она снова посмотрела на браслет.

— Не сейчас, — прошептала она.

Рей не понял, кому это было сказано.

А потом в лавке запахло мокрым камнем и фиалками.

Запах появился сразу, ниоткуда, чужой для пыли, воска и корицы. Лампа у прилавка дрогнула. Чёрный кот поднялся на лапы и выгнул спину. Лилия побледнела, но уже не отступила.

У прилавка появилась девушка.

Рей её не увидел.

Он увидел только, как Лилия смотрит в пустое место перед собой, и как её лицо меняется — осторожность уходит, а вместо неё приходит боль. Но почему-то в тот же момент ему стало холодно. Не так, как от сквозняка. И не так, как бывает в плохо натопленном помещении. Холод прошёл по коже изнутри, будто кто-то приоткрыл дверь туда, где света быть не должно.

— Что вы видите? — тихо спросил Дамиан.

Лилия не ответила ему.

— Кто? — спросила она в пустоту.

Голос у неё был почти обычным, только слишком бережным.

Рей заставил себя не перебивать.

— Он не успеет, — сказала Лилия, но интонация была чужая. Будто она повторяла слова за кем-то другим. — Следующая уже выбрана.

У Дамиана вытянулось лицо.

Рей шагнул ближе к прилавку.

— Кто выбрана?

Лилия закрыла глаза.

— Девушка с золотой лентой.

Браслет на бархатной ткани потемнел.

Не покрылся сажей, не обуглился — просто серебро за несколько секунд стало старым, серым, почти чёрным, словно на него легли годы.

Рей резко выпрямился.

— Что вы сделали?

Лилия открыла глаза. Она выглядела так, будто её только что вытащили из ледяной воды.

— Ничего. Пока.

— Что вы увидели?

— То, чему вы не поверите.

— Скажите.

— Зачем? Чтобы вы объяснили это артефактной утечкой, кривым полом или подростком с богатым воображением?

Дамиан тихо сказал:

— Лилия.

Она посмотрела на него, потом на потемневший браслет, и вдруг вся её колкость куда-то ушла.

— У девушки была тёмная коса, — сказала она. — Синие губы. На шее след, похожий на тонкую светлую нить. Она сказала, что вы не успеете. Что следующая уже выбрана. Девушка с золотой лентой.

Рей молчал.

В голове сразу начали выстраиваться варианты. Случайное совпадение. Наблюдательность. Заранее полученные сведения. Кто-то мог рассказать ей о деле, хотя подробности по Ирис Лан ещё не попали в газеты. Браслет мог почернеть из-за реагента, спрятанного в ткани. Подсвечник мог зависнуть из-за домашнего артефакта. Запах фиалок… запах тоже можно подстроить.

Можно объяснить почти всё, если очень постараться.

Но четыре девушки всё равно были мертвы.

И если существовал хотя бы один шанс, что где-то в городе действительно есть девушка с золотой лентой…

Рей убрал браслет обратно в свёрток.

— Вы понимаете, что если это ложь, я вернусь уже не с вопросами?

— А если правда? — спросила Лилия.

Он встретил её взгляд.

Она не выглядела победительницей. Не выглядела довольной, что произвела впечатление. Скорее наоборот — словно хотела ошибиться больше, чем он хотел ей не поверить.

— Если правда, — сказал Рей, — то мне нужно её найти.

— Тогда ищите быстрее. Потому что мёртвые редко предупреждают просто так.

Дамиан уже направился к двери, но у порога обернулся.

— Мы можем прийти снова?

Лилия устало усмехнулась.

— Можете. Только в следующий раз попробуйте постучать как живые люди, а не как Управление магических расследований.

— Это как? — спросил Дамиан.

— Вежливо.

Он улыбнулся.

— Попробуем.

Рей ничего не сказал. Уже на улице, когда колокольчик за их спиной затих, он остановился и посмотрел на вывеску лавки.

Дамиан не выдержал первым.

— Ну?

— Она наблюдательна.

— Рей.

— Браслет мог быть повреждён магическим фоном лавки.

— Рей.

— Подсвечник мог быть на бытовом левитаторе.

— Рей.

— Что?

Дамиан смотрел на него с раздражающим терпением.

— Девушка с золотой лентой.

Рей сжал свёрток в руке.

— Найди все заявления о пропажах за последние сутки. Проверь ателье, танцевальные школы, пансионы, дома модисток и лавки украшений. Всё, где могли видеть девушку с золотой лентой.

Дамиан улыбнулся краем рта.

— Значит, не веришь, но проверяешь.

Рей пошёл быстрее, потому что на улице уже темнело, а темнота в этом деле слишком часто означала, что они опоздали.

— Я не верю, — сказал он. — Я исключаю случайность.

Глава 4. Девушка с золотой лентой

А к ночи случайность получила имя. Мира Эш, девятнадцать лет, дочь владельца ювелирной мастерской на Латунной площади. Из дома вышла после ужина, около восьми, сказала, что зайдёт к подруге, потому что та обещала показать новое платье к осеннему балу, но подруга её так и не дождалась. На улице возле дома никто ничего странного не заметил, хотя, как обычно, когда дело касалось пропавшей девушки из приличной семьи, через час нашлось сразу двенадцать человек, которые «кажется, видели что-то подозрительное», и ещё трое, уверенные, что во всём виноват плохой знак в небе. Горничная вспомнила главное уже после того, как Дамиан третий раз переспросил о наряде. На волосах у Миры была золотая лента. Подарок от отца. Рей прибыл в дом Эшей за пятнадцать минут до полуночи, и уже с порога понял, что хороших новостей тут никто не услышит. Дом пах дорогим мылом, полированным деревом, розовой водой и страхом. Страх вообще имеет запах, хотя эксперты и не заносят его в протоколы. В богатых домах он просто прячется лучше: под духами,