Соцслужба для монстров. Люди на блюде - Анастасия Сиалана Страница 47

Тишина внутри была плотной, тяжелой и подозрительной. Казалось, даже пылинки в луче закатного солнца замерли, боясь выдать свое присутствие. Амапола, которая обычно заходила в помещение с грацией груженого прицепа, сейчас ступала на цыпочках, а её хвост нервно подергивался, то и дело задевая мои лодыжки, чем еще больше нервировал меня. Не хотелось пасть наземь мертвым грузом от неловкого движения мантикоры.

Лорд Лайфер, которого я привыкла видеть исключительно в роли вежливого градоначальника с безупречными манерами, внезапно сменил амплуа. Он решительно скинул пиджак прямо на диван в гостиной — жест, который в любой другой ситуации я бы сочла верхом небрежности, но сейчас он выглядел как начало боевой операции. Когда он принялся закатывать рукава своей молочно-белой рубашки, обнажая крепкие предплечья, мой академический мозг, до этого занятый исключительно теорией социальной интеграции, выдал системную ошибку.

— Лучше оставайтесь в коридоре, — сказал мэр спокойно, даже не оборачиваясь.

Я замерла в коридоре, буквально вжимаясь в теплый бок Амаполы. Мантикора тихо сопела мне в макушку, и мы обе, затаив дыхание, наблюдали за трансформацией мужчины.

Я уже видела магию раньше, но всегда мельком — небольшие бытовые заклинания, вспышки света, защитные знаки. То, что делал сейчас Лайфер, было совсем другим.

Мэр начал колдовать. Воздух в гостиной мгновенно изменился, наполнившись резким запахом озона и свежести, как перед мощной грозой. Его глаза вспыхнули ровным, завораживающим голубым пламенем, от которого по стенам поползли странные тени. Короткие темные волосы лорда зашевелились, будто от невидимого ветра, а под тонкой тканью рубашки, натянувшейся на плечах, проступила такая мускулатура, которой позавидовал бы любой капитан королевской стражи.

«Боги, — подумала я, судорожно сжимая сумку в руках, — он же сложен, как истинный воин».

Через расстегнутый ворот была видна его сильная шея и мощная грудь, и в этом свечении он казался не просто человеком, а каким-то суровым божеством, сошедшим с древних фресок, чтобы покарать нарушителей спокойствия. Движения его рук стали медленными и точными, словно мэр не просто проводил магию через себя, а разговаривал с чем-то, что было вплетено в саму ткань дома. Это было красиво. Настолько красиво, что на несколько секунд я просто забыла, зачем мы здесь. Я поймала себя на мысли, что смотреть на него — это чистое эстетическое удовольствие, если бы не контекст ситуации, в которой меня могли сожрать стены собственного дома.

Лайфер медленно двинулся вглубь комнаты, проверяя и буквально «щупая» пространство магией. Его пальцы едва касались предметов, но те отзывались тихим гулом.

— Здесь ничего… — тихо пробормотал он, больше для себя, чем для нас.

Когда он направился к лестнице на второй этаж, мой инстинкт самосохранения окончательно победил над правилами приличия. Я рванула за мэром, буквально вцепившись пальцами в рубашку на его спине. Мне жизненно необходимо было чувствовать эту силу рядом, ощущать тепло его тела через ткань, чтобы просто не свалиться в обморок от ужаса.

Амапола, не желая оставаться внизу в одиночестве, потрусила следом, превращая наш подъем в странную процессию: сияющий маг, перепуганный соцработник и мантикора-арьергард. Так и двигались гуськом. Лестница под нами не скрипела, она замерла, будто дом сам боялся пошевелиться под взглядом лорда.

Мы вошли в мою спальню. Здесь Лайфер внезапно замер, и я едва не врезалась ему в лопатки. Воздух в комнате загустел, став почти осязаемым. Мэр внезапно зарычал — звук был низким, вибрирующим и совершенно нечеловеческим, а его глаза на мгновение наполнились непроглядной тьмой, поглотившей голубое пламя.

Одним ловким, молниеносным движением, которое невозможно было отследить взглядом, он выбросил руку вперед, выхватывая что-то прямо из пустоты в самом центре комнаты.

— Попался! — выкрикнул он, и его голос прозвучал, как удар колокола.

19,5

Я осторожно выглянула из-за широкого плеча лорда Лайфера, всё еще не решаясь разжать пальцы на его измятой рубашке. Амапола вытянула шею с другой стороны. В мощном кулаке мужчины, отчаянно извиваясь и издавая стрекот, похожий на помехи в радиоприемнике, находилось нечто совершенно невероятное.

Это был пушистый золотисто-желтый шарик размером с крупный грейпфрут. У него было множество мохнатых лапок, которыми он молотил по воздуху, пара почти прозрачных крылышек и огромные, влажные, полные праведного негодования глаза.

— Клетти! — выдохнула я, и мой страх мгновенно испарился, уступив место профессиональному азарту. — Лорд Лайфер, ради всех архивов, не задавите его! Ослабьте хватку!

Я вспомнила раздел в книге Каллахана «Монстры малых форм». Клетти были редчайшими симбионтами, которые почти никогда не принимали физическую форму. Они предпочитали сливаться с неодушевленными предметами, часто домами, становясь их «душой». Теперь всё встало на свои места: и хлопающие ставни, и «заботливо» открытые окна, и вздохи в пустых коридорах. Всё это время я жила не в живом доме, а в доме, одержимом крайне хозяйственным пушистым колобком.

— Маленькие существа, — пояснила я, осторожно подходя ближе. — Они редко принимают физическую форму. Обычно предпочитают сливаться с неодушевлёнными предметами, особенно с большими: домами, мебелью, иногда деревьями… Чем-то устойчивым.

Амапола тихо охнула.

— Так вот почему дом…

— Да, — кивнула я, не отрывая взгляда от пушистого шарика. — Это что-то вроде духов, только они живые. И могут управлять неживыми предметами.

Лайфер внимательно посмотрел на существо в своей ладони.

— Я что-то слышал о них, — произнёс он задумчиво. — Кажется, они не агрессивны.

— Если не пытаться их убить, — добавила я.

Лайфер, услышав мои сбивчивые объяснения, нахмурился. Он явно не ожидал встретить одного из представителей редчайшего вида монстров в спальне своего нового сотрудника. Клетти в его руке снова жалобно застрекотал. Я медленно протянула ладони в его сторону.

— Можно?

Лайфер несколько секунд колебался, после чего осторожно разжал пальцы.

Пушистый шарик, едва почувствовав свободу, не бросился бежать. Он с грацией пушечного ядра перелетел прямо ко мне в подставленные руки. Ощущение было странным: будто я держу вибрирующее облако, пахнущее старым деревом и сушеной лавандой. Клетти тут же притерся к моей ладони, замурчал, как крохотный котенок, и посмотрел на меня с такой преданностью, что мне стало неловко за все те разы, когда я ругала дом за скрипучие двери.

— Вот видите, — прошептала я. — Он душка.

Однако идиллия длилась недолго. Стоило Лайферу сделать шаг к нам, как клетти преобразился. Его золотистая шерсть встала дыбом, он раздулся до размеров футбольного мяча, угрожающе застрекотал и... Совершенно отчетливо, с видом крайнего пренебрежения, высунул крошечный ярко-розовый язык, показав его мэру.

Лайфер опешил. Его благородное лицо вытянулось.

— Какая дерзость... — пробормотал он, и в его голосе прорезались нотки оскорбленного достоинства. — Я твой мэр. Побольше уважения к представителю власти Кросса.

Он протянул руку,