Охотник на маньяков. Том 1 - Петр Алмазный Страница 2

Дело заглохло, и постепенно наши отношения со следователем испортились. Для него это было лишь очередное сложное дело, часть служебного графика. Для меня же это был вопрос жизни и смерти. Очень скоро моё нетерпение начало перехлёстывать через край. В один из тяжёлых дней я сорвался. Разговор в кабинете пошёл на повышенных тонах, и я, не сдержавшись, приложил собеседника затылком о стену.

Наверное, я был неправ. Эмоции — плохой советчик для мужчины.

Следователь оказался нормальным мужиком: не стал раздувать скандал, не побежал докладывать начальству. Правда, общаться со мной после этого случая перестал.

Я пошёл по милицейскому начальству. Меня уверяли, что преступника разыскивают, делают всё возможное. Может, и правда делали. Я, простой водитель с автобазы, проверить этого не мог. Как не мог и дать выход своей холодной ярости.

Того, кто убил мою дочь, так и не нашли.

Шли годы, Оксанка росла. Маму свою она не помнила, только по фотографиям.

— Какая она была? — спрашивала внучка жену или меня. — Она любила мультики? А какой у неё был голос?

И я чувствовал, что сердце у меня разрывается на части.

Боль от потери никуда не ушла. Да и меньше не стала. Жена читала церковные книги и просиживала вечера, беззвучно шевеля губами перед старой потемневшей иконой. А я посвящал время поисками той нелюди, которая отобрала у нас дочь. Бродил по лесу. Сидел у того самого оврага в мучительных попытках увидеть прошедшее. Понять, кто же был тот зверь в человеческом обличье.

Я собирал вырезки из газет и журналов — о подобных случаях. Сначала материалов было совсем мало. Но времена менялись, и говорить и писать о таком стали больше. Три раза, когда судили пойманных серийных убийц (так их стали называть), я ездил на процессы. Смотрел ублюдкам в глаза. Пытался понять, что двигало этими существами, которых на вид было не отличить от обычных людей. Может, среди этих есть и тот самый, думалось мне. Но этого было не узнать.

Потом времена поменялись совсем круто. Страна как будто провалилась в какое-то зазеркалье. Республики отгородились друг от друга границами, все кричали о независимости, где-то на окраинах воевали.

Мы переехали жить в другие места. Я работал, крутил по-прежнему баранку, зарабатывал на хлеб. На дорогах стало небезопасно. Но чего мне было бояться, с гибелью дочери самое страшное для меня уже произошло.

Когда появился интернет, находить нужную мне информацию стало куда проще. У меня собрались целые досье на каждого из известных маньяков. «Не ты ли это был тогда?» — спрашивал я у размытой мужской фотографии на сайте. «А может, ты?» — щурился, глядя на другую. И понимал, что тот самый урод, может, до сих пор живёт среди людей. Ходит, сутулый и облысевший, по городским улицам. Не исключено, что и продолжает своё смертельное занятие. Но найти его и отомстить мне уже не суждено.

Так я думал, просиживая перед мерцающим экраном. И так моя жизнь прикатилась к старости.

Внучка Оксана выросла, стала взрослой. В прошлом году выдали замуж, отгуляли свадьбу.

А позавчера умерла моя жена. Отказало сердце. Сегодня похоронили…

Кто-то тронул меня за плечо. Это был Анатолий, муж внучки. Мы с ним стояли на крыльце моего дома. Он что-то говорил, а я ушёл в свои мысли и его не услышал.

— Может, поживёте пока у нас? — повторил он. — Какое-то время. А если решите, то давайте и насовсем.

Предложено было искренне, от души. Хороший парень Анатолий, повезло с ним Оксанке. И нам с женой с ним повезло. Есть теперь с кем её оставить. Так я думал. Хотя умирать пока не собрался.

— Спасибо тебе, Толик, — ответил я. — Не беспокойся. Я уже здесь как-нибудь.

Стеснять молодёжь своим стариковским присутствием я, конечно, не собирался.

Дунул ветер, зашелестел листьями яблонь. Шевельнул волосы на голове у подошедшей Оксаны.

— Ты держись тут, деда…

Внучка обняла меня на прощание. И я обнял её. Увидимся. Я собирался приехать к ним после Нового года.

Хлопнули автомобильные дверцы. Машина выехала со двора, захрустела щебёнкой по грунтовой поселковой дороге. Скрылась за поворотом.

Я сдвинул створки ворот и пошагал в дом.

До вечера сидел за столом, вспоминал, думал. А вечером это случилось.

Я отправился в ванную комнату, умыться и почистить на ночь зубы. Потом вышел из ванной в коридор — и резко остановился. Стены коридора оказалось залиты солнечным светом, ярким и неожиданным. А коридор, куда я вышел из своей привычной ванной, был не от моего дома.

Не мой это был коридор.

Комната, что виднелась за раскрытой коридорной дверью, тоже была не моя. И не успел я ничего понять, как за стеной кто-то вдруг закричал дурным голосом.

Глава 2

За стеной кричали, а потом забарабанили в дверь.

— Ваня, ты дома⁈ — послышался из-за двери голос неизвестной старухи. — Пожар! У нас пожар!

Не понимая, что здесь происходит, я повернул ключ в замке и выглянул наружу. В нос тут же шибануло гарью. Где бы я ни очутился, здесь действительно что-то горело.

Хоть я и не Ваня, но нужно было действовать. Я рванул за дверной проём. Там оказался широкий тёмный коридор, по обе его стороны виднелись двери. В одну из них стучала и опять что-то кричала старушка, из другой испуганно выглядывала девочка-школьница. Остальные были закрыты.

А сквозь щель ещё одной двери тянулись чёрные струи дыма.

Оказавшись у проблемной квартиры, я шарахнул кулаком в дверное полотно. Звук удара гулко разнёсся по коридору. Бабуля уже суетилась рядом со мной. «Там никого, никого нету, — суетливо забормотала она. — Я уже стучалась».

Я показал ей отодвинуться, отступил на шаг и ударил в дверь с ноги. Со второго раза мне удалось — дверь с треском распахнулась. В лицо повеяло жаром, клубы дыма полезли в глаза. Старушка ойкнула и отбежала в сторону. Я и сам слегка отшатнулся, но тут же, пригнувшись, ринулся внутрь помещения.

Там пылал и трещал письменный стол, занимался стоящий рядом шифоньер. На стене пузырились обои, из-под них сочился дым. Там же висели обугленные провода: отсюда, видимо, из искры и возгорелось пламя. На полу дымился обугленный паркет.

Прикрывая от жара лицо и дыша через ткань своей рубахи, я быстро осмотрел помещение. Никого. Наткнулся в дыму на дверь в другую комнату. Спальня, санузел — там тоже пусто.

— Ваня! Ваня! — кричала бабуля где-то по ту сторону дымовой завесы.

Услышав это, я обрадовался: помощь неизвестного Вани