Соцслужба для монстров. Люди на блюде - Анастасия Сиалана Страница 16

Родители обеих химер влетели в отдел, как два торнадо, каждый уверенный в невиновности своего чада. Пока я пыталась вести беседу, они успели трижды обвинить друг друга в бесчеловечности, — это монстры то! — дважды в дискриминации, и один раз в связях с контрабандистами из Нижнего рынка. Я так и не поняла, причем здесь черный рынок, но им, похоже, вообще было все равно в чем друг друга обвинять. В какой-то момент я даже начала записывать контакты тех самых теневых торговцев, мало ли пригодится.

В общем, я не смогла долго выносить этот хаос и выпроводила всех взрослых из кабинета, иначе мы бы не дошли до сути до самого заката. С детьми всё оказалось проще: первый признался, что хотел победить, второй, что просто не рассчитал траекторию. Кто именно попал в мальчишку, так и осталось загадкой даже для самих скорпиончиков. Удивительно, что родители так сильно спорили, обвиняя друг друга, при этом их дети близко дружили. А мать пострадавшего и вовсе молча сидела с сыном в уголке, боясь попасть под хвост разъяренным взрослым химерам и вместе с сыном угодить в ожоговое. Ковер мне эти две вспыльчивые семейки таки прожгли капающим ядом.

Результат: ожоги залечили, компенсацию выдали, родителей занесли в список для наблюдения в течении полугода, а двум скорпиончикам назначили занятия по самоконтролю второй ипостаси и курс «Социализация с людьми. Как не отравить друга на перемене».

Следующим пришёл кентавр. Но не привычный, с конским телом, а бычий — с соответствующим видом, мощью и рогами. Он требовал справедливости: фермер, видите ли, скосил его священное поле, где табун собирался на обряды плодородия каждую осень и весну. Я уточнила, чьё поле, и когда выяснилось, что оно городское, а фермер просто выполнял свою работу по сбору урожая, кентавр взбрыкнул, пробил задними копытами стену и сорвал рогами люстру, после чего начал мычать что-то о нарушении традиций и оскорблении древних духов. С хрустальными подвесками на голове сложно было воспринимать его всерьез.

Честно? После скорпионов, оторванной головы и мантикоры я даже не моргнула, хоть это и стоило мне всей моей выдержки. Пояснила, что я бессильна в этом случае, как и бедный фермер, которого кентавр притащил за шкирку в мой отдел. Бедняга рассыпался в благодарностях и выскользнул из кабинета, как только бык разжал хватку. Последний остался очень недоволен, что виновника нет, и его священного поля тоже нет.

Пришлось предложить ему официальное обращение к мэру. И не к любому из двух, а к самому Маралиану Грейфоллу. Пусть тёмный мэр разбирается с быком, который считает, что поле пшеницы — это его храм. Я почти почувствовала облегчение, представляя, как дракон слушает это с каменным лицом и предлагает ромашковый луг по соседству.

Так и прошёл мой день под лозунгом «уладить без крови, без смертей, без суда». К вечеру я всерьёз задумалась, сколько чашек чая нужно, чтобы не заработать нервный тик от этой профессии.

Джек, как обычно, появился в дверях моего кабинета без стука и с видом человека, пережившего за сегодня не меньше. В руке у него был блокнот, в глазах искорки ехидства.

— Ах да, Айви, — сказал он тем самым своим беззаботным тоном, за которым наверняка скрывалось что-то неприятное для меня. — У тебя по выходным, с часу до шести, приём граждан. Анонимный.

— Прошу прощения, что у меня? — как в воду глядела.

— Ну, любой житель Кросса может войти в будку социальной помощи — знаешь, такие странные зеленые будочки без окон в тихих переулках — и его телепортирует к тебе в кабинет.

— Ко мне? — я чуть не подавилась воздухом. — Прямо сюда?

— Ага, именно сюда, — Джек довольно щёлкнул пальцами. — Местная система порталов, разработка твоего предшественника. Гениально, если подумать. Экономия времени, удобство, интеграция, всё такое. Обычно, если у тебя уже кто-то есть, то будка может записать посетителя в очередь на определенное время, и тогда клиент придет позже. Это сделано специально, чтобы не было толкучки.

— И сколько таких будок в городе? — с мрачным предчувствием уточнила я.

— Двадцать семь.

Я уронила голову на стол и несдержанно застонала. Все равно из свидетелей только юрист, пробитая стена и остатки шикарной люстры в урне.

— Значит, двадцать семь способов умереть от переутомления раньше, чем меня соизволит съесть хоть кто-нибудь, — сказала я так, будто хотела, чтобы мной хоть кто-то закусил и не пришлось работать в выходной.

— Оптимизм тебе к лицу, — хмыкнул Джек и, уходя, добавил: — Не переживай, тебе не доверяют, и вряд ли кто-то вообще придет в эти выходные. Кстати, чай закончился.

Когда дверь за ним закрылась, я позволила себе на мгновение закрыть глаза. В голове гудело, как в улье. Всё это: жалобы, химеры, кентавры, порталы — напоминало мне страшный сон, где ты работаешь на границе мира людей и мифических существ, пытаясь объяснить обоим сторонам, что убийство — это не лучший способ самовыражения. Иногда мне казалось, что я не соцработник, а заклинатель змей или шаман. Но, если честно, я чувствовала, пусть пока слабо, что впервые за долгое время делаю нечто действительно важное.

А потом я вспомнила, что завтра суббота. И что в субботу с часу до шести я принимаю всех желающих.

Похоже, этот город решил проверить, кто кого сломает первым: он меня, или я систему.

10,2

Просыпаться от хлопка двери — это, как оказалось, особая форма пытки. Особенно в Кроссе, где любой подобный звук может означать всё, что угодно: от приветствия соседа до внезапного появления трёхметрового зубастого чего-то, которое потребует на завтрак часть тебя.

Поэтому первое, что я ощутила, — это не сонливость, а холодную волну паники, словно меня дернули за незримую верёвку и вытащили из мягкой ватной дремоты прямо в суровую реальность.

Кто-то в доме.

Эта мысль пронеслась мгновенно. Хотя Лайфер уверял, что дом настроен на мою ауру, а значит, никто не войдёт без разрешения. Но что толку от логики, если разум ещё спит, а тело отрабатывает древний рефлекс «Бей, беги, замри»?

Я выскользнула из постели, волосы упали на глаза, ночнушка запуталась в ногах, делая меня неуклюжей. Кочерга у камина словно сама прыгнула мне в руки: тяжёлая, неудобная, но крайне необходимая. Очевидно я выбрала «бей». Абсурд, конечно. Кто я? Хрупкая соцработница в хлопковом одеянии, которая собирается противостоять… Кому? Крысе-мутанту? Бродячему оборотню? Мародёру? Или, знаете, моему соседу-дракону, который решил проведать слабое звено системы?

Лучше бы это было игрой моего