Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова Страница 92

Я мысленно пролистывала страницы «Устава» – неужели я что-то упустила из виду, что-то забыла? Какой-то маленький абзац, который показался мне незначительным? Я лихорадочно думала, но ничего не могла вспомнить, чувствуя, как мной начинает овладевать паника.

– Кора! – Ран взял меня за плечи, чувствуя: что-то происходит. – Кора, что случилось?

Я обернулась к нему за поддержкой. Ран такой умный. Он тоже читал «Устав». Может быть, он увидел что-то, чего не заметила я?

– Фрост, дай нам секунду, – попросил он, и брат кивнул.

Они окружили нас кольцом, заслоняя. Ран наклонился к моему лицу, и я, запинаясь, указывая на поле и вверх, на небо, рассказала о своих опасениях.

– Я не знаю, как это сделать! – выпалила я.

Я увидела на лице Рана сосредоточенное выражение, будто он тоже мысленно пролистывал страницы, как это только что делала я. Он становился все мрачнее, и слабая надежда гасла в моем сердце.

– Крис… – прошептала я. – Ну как же так…

– Одно ясно – отступать нельзя, – жестко сказал Ран. – Продолжаем делать то, что начали.

– И молимся светлым богам! – передразнил Димер любимую присказку Фроста.

Димер едва на ногах держался, как и все мы, а все острил. Я его все-таки стукну, когда все закончится…

Танатосы тоже несли потери, но вовсе не в том количестве, на которое мы рассчитывали. Удивительно, что все они скопились на противоположной стороне полигона, довольно далеко от нас. Наверное, это можно считать везением. Такая глупая ухмылка судьбы… Но сколько еще пройдет времени, прежде чем они начнут опускаться прямо на наши головы?

Я подчиняла бестий. Я уже сбилась со счета. Палочники, буравчики, ридусы, анки, злозубы…

У меня даже не оставалось сил на то, чтобы обернуться и посмотреть, как держатся мои защитники. Я только слышала тяжелое дыхание, стук металла, рев бестий и изредка видела вспышки пламени. Меня изо всех сил оберегали, давая делать то, для чего я предназначена, но я уже понимала, что битва проиграна. Не сейчас, но скоро…

Танатосы плавно перемещались в нашу сторону. Два огромных, словно горы, мертвых тела лежали в восточной стороне полигона. Мои обращенные бестии все же сумели их одолеть. Но танатосов были десятки, и еще прибудут.

Вдруг я услышала за спиной крик, как от нестерпимой боли. Он был такой мучительный и жуткий, что я не могла не обернуться. Что случилось? Кто-то ранен? Но Ран не дал мне повернуть головы. Обнял, удерживая на месте. Я чувствовала, что он весь дрожит. Как он, наверное, устал, удерживая щит. Мы все были вымотаны до предела.

– Нет, Кора, – сказал он. – Не оборачивайся.

У меня внутри словно прокатилась холодная ледяная волна. Случилось что-то жуткое. Но я понимала, почему не дают посмотреть: пока я не увидела – этого словно и нет.

Ран отпустил меня, а чуть позже мне показалось, будто что-то коснулось моей ноги. Вовсе не гадкое, холодное прикосновение бестии, а живое и теплое… На секунду за спиной все замерло, затихло. Такая неестественная, мертвая тишина. А потом кто-то захлебнулся рыданиями. Вита? Норли?

– Тихо, – сказал Ран, и его голос звенел от напряжения. – Ей сейчас еще тяжелее. Нам всем просто надо продолжать делать свое дело.

И я услышала, как они снова взялись за оружие и снова держат оборону вокруг меня. Еще на что-то надеясь… На что тут можно надеяться. Танатосы недосягаемы, а мы обречены…

Ран

Димер, прости, что в последнее время мы отдалились. Как-то так все навалилось, закрутило, что не вынырнешь… Но я знаю, что позже, когда-нибудь потом, ты бы вновь стал мне близким другом…

Теперь уже никогда.

Все случилось настолько быстро! Я оглянулся на твой крик, когда было слишком поздно. Я даже не успел увидеть тварь, сделавшую это с тобой…

– Нет, Кора, – сказал я. – Не оборачивайся.

Спазм скрутил мое тело, я с трудом сдерживал вой отчаяния, который рвался наружу. Димер. Проклятие, Димер! А как же теперь твои глупые шутки? Все эти дурацкие подколы и усмешки? Кто теперь станет называть Кору мелкой Корявкой, а меня – жижей? Помню, один раз в детстве я отчаянно тебя за это поколотил…

Я увидел, что Кора смирилась с необходимостью – она не обернется, – и присел рядом на колени. Фрост подхватил тебя на руки. Кровь текла по каменной площадке, смешиваясь с водой, и казалось, что мы стоим в озере крови.

Взгляд зачем-то скользнул по смятой, грязной, истоптанной в ходе битвы мантии Виты. Еще и часа не прошло с того момента, как мы смеялись над смертью, нисколько не веря в ее реальность. Час назад это было почти игрой…

Все опустили оружие. А мне вновь пришлось сделать щит непроницаемым, хотя сил почти не осталось.

Мы сцепили руки, как раньше, словно собирались бороться. Твоя рука была сейчас совсем безвольная и легкая. Ты поднял глаза на Кору и попытался что-то сказать. Не сумел. Потянулся к ней и коснулся ноги – это все, что ты мог сделать, чтобы попрощаться. Может, хотел прощения попросить?

Кора вздрогнула, сжав руки у груди. Не оборачивайся, не оборачивайся, моя рыбка. Я понимал, если она увидит мертвого обезображенного Димера, то совсем отчается. Надежды и так почти не осталось.

А ты больше не щурился от дождевых капель, падающих на лицо. Теперь вода застывала в твоих глазах, но тебе это стало безразлично.

Брида прикусила кулак. Фрост, не глядя, нащупал ее руку. А Вита не сдержалась, заплакала, но Лекс и Норли обняли ее с двух сторон, Лекс накрыл ладонью ее рот.

Я сказал что-то невнятное, пытаясь привести всех в чувство. Действовал больше инстинктивно – щит забирал всю энергию, и голова соображала с трудом.

Все молча подняли оружие, и битва продолжилась. Большая часть бестий уже подчинилась Коре, вот только толку от этого было немного. Случилась какая-то досадная и непоправимая ошибка. Крис забыл упомянуть о каком-то важном, ключевом моменте, без которого все рассыпалось, как осенние листья на ветру. Танатосы недосягаемы. Добраться до них невозможно. К тому же оставалось еще огромное количество бестий, для которых не существовало формул подчинения, и они продолжали нападать.

И все же нам исключительно везло все это время: танатосы держались на расстоянии. Вот только даже этому сомнительному везению пришел конец: над нашими головами из облаков проступило сизое брюхо, вблизи казавшееся огромным, как днище корабля. Его все увидели, не только я. Танатос пока не опускался, висел над нами,