Иной мир. Разведчик - Никита Эдуардович Шарипов Страница 91

изменившегося, заметно помолодевшего и без устали болтающего о всякой ерунде. Всю дорогу теперь уже не одноглазый полковник говорил-говорил и снова говорил. Он говорил с Антоном и Максом, которые не горели желанием общаться, но хотя бы делали это из уважения к когда-то спасшему их человеку. И он говорил с Ермаковым, который просто шел и делал вид, что рядом с ним нет без устали несущего всякую ахинею человека. А когда Жданов немного отставал от группы, то он говорил сам с собой. И даже перед сном его рот не хотел закрываться и нёс всевозможную ахинею.

— Ты был там и знаешь правду! — это был один из множества разговоров, которые произошли между Максом и Антоном по инициативе последнего. — Ты первым дошел до туда и видел, что там было! Это не было самоубийство! Почему ты не можешь рассказать мне правду? Это подло!

Антон знал, что несмотря на приличное расстояние Никита всё слышит. Новый Ермаков был способен на многое и то, что он способен читать мысли, не было секретом. Новый Никита мог с легкостью подчинить волю любого человека, а то и десятков людей, что уж о мыслях говорить. Но Антону на это было абсолютно фиолетово, после пережитого он не боялся вообще ничего и даже если бы ему пришлось умереть прямо сейчас, то он нисколько бы не расстроился из-за этого и попытался принять смерть с достоинством. Он будет жить новые жизни благодаря Россу. Он знает это наверняка!

— Я уже сказал тебе, что проиграл именно Ермаков. — Макс отвечал без раздражения. Уже привык к упорству товарища. И отвечать как-то иначе не планировал. Если ты говоришь правду, то зачем говорить что-то другое? — Михаил Росс мог бы убить Никиту, я уверен в этом. Но вместо этого он решил умереть сам. Я видел его смерть собственными глазами. Я говорю правду…

В какой-то момент Антону надоело расспрашивать Макса и он решил переключиться на Ермакова. Он знал, что совсем скоро они будут на месте и там им будет точно не до разговоров. И поэтому он решил попытаться получить ответы сейчас, пока это еще возможно.

— С какой целью ты тащишь нас в корабль? В одиночку ты можешь добраться туда всего за час, а то и быстрее. И никого не придется убивать. Просто оставляешь нас тут, а сам сломя голову добегаешь до корабля, пробуждаешь ядро Основы и всё, можно возвращаться в прошлое. Не сразу конечно, а после того, как твоя хозяйка отчитает тебя за все твои косяки, которые ты сумел наворотить действую самостоятельно. Пять минут покраснеешь и всё, отправишься в прошлое и начнется новая попытка. Это ведь лучше, чем тащиться как улитки в компании троих ничем не примечательных людей.

Ермаков не ответил, но Антон и не надеялся, что будет легко. И стараясь идти в ногу с Никитой, он вновь заговорил:

— Раб всегда остается рабом и ты тому доказательство. По крови ты Росс, но по духу неизвестно что. Благодаря хорошей родословной ты заполучил могущество, в данный момент ты вероятнее всего самое сильное существо из всех живущих, но при этом ты остаешься никчемной марионеткой, которая всецело зависит от Основы. Основа твой абсолютный хозяин и быть иначе не может. И даже сейчас ты пытаешься хотя бы немного угодить ей. Все мы контактировали с Россом, кто-то больше, кто-то меньше. Росс важен для Основы, она бесконечно изучает его и наши воспоминания возможно могут чем-то помочь. Особенно мои, ведь я долго говорил с Россом, а ты уже успел побывать в моей голове и убедиться в этом. Ты прислужка, Ермаков, и мне даже говорить об этом неприятно.

Никита остановился и медленно повернул голову в сторону Антона. На лице не было эмоций, оно было спокойным, но при этом Ермакова выдавали глаза, в них отчетливо виднелись языки гневного огня, который разгорался всё больше и больше.

Медленно, практически по слогам, Никита сказал:

— Росс общий враг, поэтому я сотрудничаю с Основой. Никто из вас не знает того, что сделал Михаил. У меня была семья, которую он убил. Этого прошлого уже не может случиться. А вот новое может и я творю его таким, каким вижу. Это моя война, личная, и в ней Основа всего лишь эпизод. Первым будет Росс, а после него я уничтожу Основу. И последним себя. Такой будет моя победа.

— Это бред! — Антон наигранно посмеялся и при этом сам того не ведая почти идеально повторил манеру Росса. — Правда веришь, что Михаил главная цель Основы? Ну и глупый же ты, какой же глупый!

— Росс владеет командным центром, мы заберем его у него, я заберу! — Никита сжал кулаки. Желание раздавить этого выскочку удавалось сдерживать с огромным трудом. Дед бесил его даже после смерти, он заложил в разум Балмакова своего фантома и сейчас этот фантом делал всё, чтобы усложнить Никите жизнь. Стоит только захотеть и от назойливого Антошки не останется даже мокрого места!

— Злишься! — радостно воскликнул Антон и тут же спросил: — Хочешь меня убить?

Никита не ответил. Повернув голову, он продолжил идти в прежнем направлении. Но Антона это ничуть не смутило. Шагая почти в ногу, он начал говорить:

— Ты у нас могучий теперь, стоит тебе только подумать и всё, человека нет. Могучий раб, который верит, что получит в пользование командный центр. Верит и даже не осознает, что Основа подобного просто не допустит. Но дело даже не в Основе, Никита Андреевич, а в Михаиле Россе. Если Росс по какой-либо причине когда-нибудь устанет и захочет проиграть, то ты можешь быть уверен, что именно тебе он не отдаст командный центр даже в том случае, если ты будешь последним живым существом во вселенной. Основе, он лучше отдаст его ей, но точно не тебе. И я сейчас говорю правду, потому что в данный момент во мне говорит твой дед Михаил Росс.

— Значит Михаил Росс не будет говорить! — злобно прорычал Никита и вновь остановился.

Антон видел всю ненависть в глазах Ермакова и был уверен, что тот убьет его. И не сразу понял, что с его ртом начало происходить что-то странное. Губы, язык и десна — все это онемело и вообще лишилось какой либо чувствительности.

И машинально дотронувшись до рта рукой, Антон понял, что рта у него больше нет, он полностью парализован. И чувствительность кожи на самом