Звездные Рыцари. Книга 2 - Юрий Винокуров Страница 90

Глава 25

Все первые сутки нашего «возвращения» Скверна вела себя на удивление прилично.

Мы шли ходко, неуклонно двигаясь на восток. Река шумела слева, тяжёлая ржавая вода катилась нам в противоход, видимо, её исток находился где-то там, в горах, а её ровный шум уже давно стал привычным фоном нашего существования в этом Мёртвом мире. Справа, километрах в десяти, над невысокими холмами висело бледное золотистое зарево. Там находилась элериумная зона. Даже днём её свечение было заметно, а уж ночью, я знал это по своему нелегкому пути от капсулы, полнеба будет отливать нездоровой позолотой.

Порядок движения я предусмотрел заранее. Я шёл первым, потому что сейчас видел дальше и, как говорится — «больше» всех. За мной Гримм с «Шершнем» на плече (из которого он так и не научился стрелять) и половиной нашего груза за спиной. К слову, если особо не присматриваться, наш здоровяк сильно напоминал мне погибшего Вальтера, который как будто родился с «Шершнем» в руках, вот кто бы был идеальным инструктором! При воспоминании о погибшем человеке, который за столь короткий срок мне стал боевым товарищем, почти другом, у меня невольно защемило в груди.

Ну и замыкающим шел Олег, со снайперкой на плече и шотганом в руках.

Примерно к полудню сбоку показались первые «гости». Это были обычные дозорные жуки внешнего периметра.

Олег приятно удивил, почуяв их «пробуждением» до того, как я подал сигнал, и потянул с плеча винторез.

— Справа жуки, командир! — взволнованно, но не испуганно, воскликнул наш снайпер и безошибочно указал направление.

— Вижу, спокойно, — кивнул я, не замедляя шага.

На самом деле, я их почувствовал тринадцать минут назад, именно тогда они вылезли из-под земли, превратившись из «фонового шума» Мёртвого мира во вполне определенную угрозу.

Между холмами, метрах в пятистах, в тусклых лучах местного солнца коротко блеснули панцири. Один, два… шесть. Лёгкие жуки-дозорные, из тех, что в прошлый раз висели у эвакуационной колонны «Браво-7» на плечах двое суток подряд, нервируя и пробуя нас на зуб.

Вот только сейчас всё было по-другому, ведь нападать на нас конкретно эти особи не собирались.

Они просто шли параллельным курсом, не приближаясь и не отставая, в том же темпе, что и мы. Так мы и шли еще некоторое время, пока не остановились на первый привал. Жуки тоже остановились. Вежливо дождались, пока мы быстро перекусим и немного отдохнем, а когда мы двинулись дальше, двинулись и они.

— Командир, — не выдержал Олег часа через два. — Меня, определенно, раздражает этот почетный эскорт. Чем мы заслужили подобную честь?

— Понятия не имею, — честно ответил я.

Хотя кое-что я всё-таки видел. И чем дольше смотрел, тем меньше мне хотелось делиться увиденным вслух.

Моё зрение теперь доставало далеко, много дальше, чем ранее, подозреваю, что подальше, чем даже у наших высокоранговых Рыцарей. И в какой-то момент я увидел, что там, за жуками, у подножья большого холма, на самой границе внешнего пояса зоны, стояло что-то большое. Очень большое! Плотные узлы элериума, вросшие в тело, я уже видел такие у мёртвого Стража возле базы. Только этот был жив, и этот был еще крупнее. Он не двигался за нами. Он просто стоял на самом краю своей территории, как будто вышел из глубины специально, до самого «предела» и дальше ему было нельзя.

А вот жуки, кажется, были с ним незримо связаны. Я не мог этого доказать, но чувствовал: тонкие, едва различимые иллюзорные нити тянулись от дозорных куда-то в сторону зоны. Я всё еще не до конца верил своему новому «сверхчувству», но кое-что уже понимал. Эти «нити» не были чёрными, мерзкими нитями Изнанки. Это точно.

«Маршал. Скажи мне, что я это не придумал?» — при своих ребятах я старался не разговаривать с невидимым собеседником, чтобы их лишний раз не нервировать, поэтому обратился к нему мысленно.

Маршал тут же откликнулся, вот только отвечал он, делая большие паузы, как будто сам сейчас подбирал слова и в процессе анализировал само происходящее.

«Не придумал. Страж вывел дозорных за пределы зоны и ведёт их вдоль вашего маршрута. Он смотрит их глазами, Виктор. Он использует их так же, как поводырь использует стаю. Только они… одно племя»

«И что это значит?»

«Не знаю. И мне очень не нравится, как часто я стал говорить эти слова»

Я невольно хмыкнул. Старый рыцарь, который прожил не одну сотню лет и который знал о войне с Изнанкой больше, чем всё нынешнее человечество про неё забыло, уже второй месяц подряд открывал для себя Скверну заново. И его это, похоже, злило.

«Ты же тысячу лет с ними рядом воевал. Как вы могли этого не видеть?»

В голосе его внезапно явственно проявилась горечь.

«А мы не смотрели. Мы приходили за элериумом, зачищали зону и уходили. Стражи были для нас частью зоны. Опасной частью, не более. За все века ни один брат не шёл рядом с ними три дня, глядя на них так, как смотришь ты. Некому было. И незачем… как нам тогда казалось. Как я сказал, Незримые в Мёртвые миры не ходили.»

Я не стал дожимать. За этой горечью стояло слишком много всего, что мы оба уже проговорили над свежей могилой Стража у стен «Браво-7», и повторять это по кругу не имело смысла.

Вечером, на привале, я спросил Гримма. Тот долго смотрел на далёкие панцири, блестевшие в закатном свете, потом пожал плечами.

— Смотрят. Не трогают, — он еще немного помолчал и добавил. — Со мной так же было. Долго.

И всё. Больше из него, похоже, ничего нельзя было вытянуть, хотя, честно говоря, не очень-то хотелось. Гримм некоторое время, вынуждено, прожил рядом с ними. Теперь, похоже, к списку тех, кого зона «терпит», добавились и мы.

Ночёвки проходили спокойно, если это слово вообще применимо к ночёвкам на Мёртвом мире. Мы вставали лагерем в стороне от воды, Гримм и Олег делили дежурства, а я после ужина уходил в работу с Маршалом. Полог Тишины держался на мне уже увереннее: я научился держать его на себе и моих товарищах постоянным фоном, так, чтобы не думать об этом каждую секунду. Да, для Изнанки я теперь навсегда чёртов маяк, но вот от человеческого восприятия, от чужого «Пробуждения» и местных тварей я мог спрятаться вполне себе надежно. И, при желании, для людей я мог стать просто «крепким» инициированным, одним из многих. И, поверьте, именно